Песни мертвых детей - Тоби Литт

Тревоги кажутся мне вздором порой!

Ушли погулять и скоро вернутся домой!

День ведь сияет! Не трясись, словно лист.

Скоро раздастся Команды радостный свист!

i

В следующую пару недель установился определенный распорядок Эндрю по-прежнему игнорировал школу, зато каждый день являлся в дом Динозавров. По выходным к нему присоединялись Питер и Пол. Операция «Вымирание» стремительно набирала темп. Изобретательность Эндрю проявлял необычайную. Он методично вспоминал навыки, полученные от отца, и столь же методично выворачивал их наизнанку. Предохранительные механизмы превращались у него в опаснейшие ловушки. Замена электрических предохранителей стала лишь первым шагом в изобретении опасностей. Винты во всем доме были теперь ослаблены на два-три оборота, а гвозди вытащены на четверть дюйма; над ковром на лестнице потрудились таким образом, чтобы он елозил взад-вперед; дверь столовой скребла по притолоке. Когда в доме не осталось ничего, что можно было бы превратить в ловушку, Эндрю принялся за мелкие неудобства. Он подкрутил термостат в холодильнике, и вся пища Динозавров замерзла и превратилась в камень; он напустил воздуха в батареи отопления, чтобы они подтекали и гудели; он регулярно прятал консервный нож в самую глубь ящика для столовых приборов; он по новой привязал бельевую веревку так, чтобы она постоянно провисала; он пооткрывал на кухне все банки с вареньем, чтобы в них завелась ядовитая плесень; он незаметно приоткрыл створку окна в комнате Мэтью, чтобы из дома постепенно улетучилось все тепло; уходя, он неизменно оставлял включенным свет во всех комнатах, чтобы счета Динозавров за электричество выросли до небес. Он проделал все, что смог придумать. А Эндрю умеет придумывать.

С точки зрения Динозавров, у дома как будто случился нервный срыв, — хотя они вряд ли стали бы использовать это слово. «Стал немного чудаковатым» — вот что больше в их стиле. Динозавры были обескуражены, как и замышлялось. Шкафчики на кухне ходили ходуном, явно намекая, что скоро не выдержат нагрузки; их дверцы, все как одна, перестали закрываться; часы на каминной полке в гостиной — подарок в связи с выходом на пенсию — вдруг начали безбожно отставать, хотя все эти годы отличались удивительной точностью (и Динозавры несколько раз пропустили начало «Арчеров».) Кое-какие перемены Динозавры даже не осознавали или же не понимали, что произошло: чай потерял прежний приятный вкус (щепотка соли в сахарнице, стружка мыла в чайнике); утреннее повидло стало немножко противным (чуток молотого карри); а лекарства мистера Динозавра продолжали убывать с поразительной скоростью (утопали в унитазе).

И чем больше дом приходил в упадок, тем сильнее Динозавры зависели от Эндрю, тем упорнее видели в нем своего защитника. Если бы не он, думали Динозавры, как бы они теперь справлялись.

Они до такой степени полюбили Эндрю, что именно его одного попросили отправиться вместе с ними покупать Солнышко. (Миранда заявила, что волнистый попугайчик — идея совершенно дурацкая, топнула ногой, надулась и отказалась участвовать в этой затее.) Зоомагазин находился в Мидфорде, на Замковом шоссе. В витрине был выставлен аквариум со змеей. Еще в магазине имелся огромный выбор тарантулов. Когда Динозавры не смогли выбрать будущего любимца из двух в равной степени расчудесных желтых пичужек, на помощь призвали Эндрю. (В конце концов, это ведь он предложил купить попугайчика.) И именно Эндрю во время поездки обратно в Эмплвик сидел на заднем сиденье и держал на коленях тяжелую клетку с Солнышком.

Во время поездки миссис Динозавр вела себя куда взбалмошнее, чем Солнышко. Она беспрестанно спрашивала Эндрю, точно ли с малюткой все в порядке. И Эндрю заверял, что Солнышко просто млеет от удовольствия. А миссис Динозавр тут же говорила, что всегда знала, что Эндрю замечательно умеет ладить с животными.

Эндрю сидел на заднем сиденье, прижав к себе главное орудие мести. Рядом с ним в сумке лежало все, что могло доставить Солнышку радость в жизни (короткой жизни). Поилка, которая автоматически наполнялась, так что в нее не нужно постоянно подливать воду. Маленькое кругленькое зеркальце, чтобы Солнышку было над чем поломать голову и по чему постучать своим прекрасным клювиком, а под зеркальцем висел колокольчик, который будет звенеть всякий раз, когда Солнышко будет стучать клювиком по своему чудному отражению. Еще там лежали новенькие качели, на которых Солнышко сможет предаться заслуженному отдыху. Имелась даже высшая радость всякой птицы, без которой ни одна уважающая себя клетка не может считаться укомплектованной, — кость каракатицы.