Человек из чужого времени - Борис Сидненко

– Ну как же так, ведь это не только культовое сооружение, это же еще и культура, история России.

– У нас его рассматривают прежде всего как культовое сооружение.

– Так-то оно так, но у него есть и другие достоинства. Во-первых, это архитектурно-исторический памятник, созданный по проекту архитектора Василия Стасова в память о победе в русско-турецкой войне 1828–1829 годов.

– Ну это-то у нас знают все культурные люди.

– Хорошо. Во-вторых, это единственный собор, который удостоен звания «всей гвардии», и в-третьих, он выполнял еще и гуманитарно-социальную миссию. Созданное при нем приходское благотворительное общество предоставляло работу, бесплатную столовую, больницу, детский приют, школу для солдатских детей, бесплатные квартиры.

– Этого я не знала.

За разговорами они подошли к самому собору. Повернутые вниз стволы трофейных турецких пушек блестели на солнце. Это ли не символ мира, это ли не отрицание насилия?

Миновав ограду, они вошли в собор. Зрелище небывалой красоты открылось их взорам, преломленный солнечный свет тысячью маленьких лучей освещал лики святых. Один из таких лучиков указал им дорогу. Лиза и Михаил подошли к иконе Николая-угодника и стали шепотом задавать друг другу вопросы.

– Готова ли ты взять меня в мужья и жить со мной в мире и согласии, в горе и в радостях, в болезнях и здравии, пока смерть не разлучит нас?

– Да. Готов ли ты взять меня в жены и жить со мной в мире и согласии, в горе и в радостях, в болезнях и здравии, пока смерть не разлучит нас?

– Да.

Она протянула ему правую руку. Михаил взял ее своей правой рукой, поднес к губам и поцеловал. Все это время за ними наблюдал служитель храма. Он подошел к ним и ненавязчиво поинтересовался:

– Вам помощь нужна?

– Благословите нас, батюшка, – неожиданно для Михаила произнесла Лиза.

– Вам что-то мешает?

– Да, – сказала Лиза.

– Вы любите друг друга?

– Да, – хором ответили они.

– Благословляю вас, дети мои, будьте счастливы.

Молодые люди вышли из собора. Такого чистого голубого неба и ослепительно яркого солнца Михаил не видел с прошлого века.

Они одновременно остановились, одновременно повернулись друг к другу и одновременно произнесли:

– Я счастлива.

– Я счастлив.

Они поцеловались и с веселым смехом перебежали Преображенскую площадь. И тут словно кто-то окликнул их. Михаил и Лиза одновременно обернулись и увидели над собором ореол. Это длилось всего одно мгновение, и ореол исчез.

– Ты видел? – словно завороженная, спросила Лиза.

– Я видел. Мне кажется, наш поступок одобрен. Я люблю тебя.

– И я тебя люблю.

* * *

Из докладной записки.

«Считаю своим долгом дополнить свой отчет к оперативному заданию следующим.

Конечно, аналитический отдел обладает большей информацией, чем я, и имеет полное представление об объекте наблюдения, но, по моему глубокому убеждению, объект номер один пребывает в абсолютном здравии и светлом уме. Что с ним произошло в клинике, мне неизвестно. Это никому не известно, так как запланированное кодирование не удалось. В какой мир мы его отправили, тоже неизвестно. Мне известно лишь одно – это исключительно порядочный и интеллигентный человек. И в этом я убежден. На данном основании я считаю, что мои последующие отчеты могут стать субъективными и безрезультатными. В этой связи прошу освободить меня от дальнейшего выполнения данного мне задания и разрешить продолжить выполнение моих обычных профессиональных функций. Прерванная работа с диссидентом Коваленко А. А. может в итоге привести к тому, что психически неуравновешенный человек войдет в состав новых политических сил».

Резолюция.

«Отказать. Контакты продолжить. Перейти ко второй фазе задания. Документы должны быть найдены. Дело по Коваленко передайте в 12-й отдел».