Солдаты армии ТРЭШ - Михаил Лялин

И тут я заглядываю, будто ныряю в воду бассейна, еще глубже. Я вижу смерть. В его душе смерть! Но нет, постойте, теперь я замечаю и жизнь! Они борются, и на землю обрушиваются мириады ракетных носителей с ядерными зарядами. Они бьются на мечах, и земля впитывает густую, слегка буроватую кровь тысяч армий, павших за всю историю человечества.

Все они здесь, передо мною: от печенегов до штурманов. С угрюмыми лицами, изуродованными войной. Выжидательно наблюдающие за Битвой с холодным спокойствием на челах. И я начинаю видеть точно такие же Битвы в каждом из них. Миллионное отражение Битвы Тьмы и Света. Будто все мы заключены в каком-то огромном хрустальном кубе, который ловит солнечный свет и тысячекратно приумножает его…

И под конец путешествия я понимаю, что же хотел сказать нам Иоанн. Нет, не стоит ждать исполнения пророчества – дождей из крови, посланников Тьмы… Нет, мы никогда этого не дождемся! Все очень просто – это пророчество исполняется в каждом из нас в каждый момент нашей жизни. И поэтому глупо сидеть и ждать конца света, потому как он в каждом из нас. Он для каждого из нас. И цель всей жизни – побороть его в нас. И я уже точно не сумею разобраться, когда это началось. И был ли заложен началом конец. Может быть, это и не начиналось вовсе, это существует, и мы обязаны смириться. Но одно я знаю теперь точно – теперь я знаю, когда это все закончится…

И еще я услышал трубы… Я точно знал – это ангельский хор голосов зовет всех нас в Царствие Твое, Господи.

Взойдет новая заря,

И ты позовешь меня

Посмотреть на нее.

Но я не пойду.

Я знаю:

В каждом из нас

Эта заря умерла за час!

Тяжесть камня чуть спадает с моих ног, и я прихожу в себя. Я вспоминаю, как уложил тех двух у входа, и думаю, улыбаясь, что это было неплохо. Единственное, что я должным образом сделал сегодня. Я смотрю на свою Festin’у, заляпанную кровью. Протираю циферблат плохо слушающейся рукой. 12:35. Плохо, день только начинается, а я уже мертвый…

Мне больше ничего не хочется, и я чисто машинально снимаю ствол с предохранителя. Я кладу окровавленную руку с пистолетом на распростертую на полу ногу. Поднимаю взгляд на окно. Мне уже все равно. Краем уха замечаю скрип половиц и перешептывание где-то на лестнице. Шорох все ближе. Я смотрю за окно. Там, в голубом весеннем небе, плывут облака. Они непостижимо величественно красивы, чтобы не смотреть на них без содрогания и слез. У меня тоже намокают глаза, но я пытаюсь смотреть сквозь густую пелену и вижу, как солнечные лучи, словно целый сонм ангелов, опускаются на землю с Небесного царства. И кучерявые, с вычурным профилем темноватые облака становятся прозрачными по краям. В этих местах лучи пробиваются и падают на землю столпом, будто лестница для Господа и Его братии. Я смотрю, чуть приоткрыв рот, с пеленой на глазах, и молча восхищаюсь. Я восхищаюсь простотой красоты и торжественностью момента…

Разрешите, я попытаюсь начать сначала?.. Если бы кто-нибудь знал, как я заебался каждый раз начинать все заново. Тем более эту часть моей истории навряд ли прочтут…

С чего бы это получше начать, а?.. А, ну конечно!

День неплохо начался.

На моей Festin’e 10:46, а я уже говорю своему закадычному другану Тесаку что-то вроде:

– А спорим, что ни хуя не сможешь!..