Арабская сага - Таня Валько

Женщина благодарно смотрит в честные глаза Омара:

– Я твоя должница.

– Не преувеличивай! Каждый мужчина должен встать на защиту женщины, – говорит юноша, довольный удивлением и восхищением, которые видит во взгляде Аиды.

Хамид, стоящий невдалеке в тени столба, смотрит на группу и думает о том, что его желторотый двоюродный брат делает в обществе этой подозрительной семьи, за которой спецслужбы – с ним самим во главе – следят уже долгое время. И что делает с ними его Мириам?! Он не знает, поэтому решает не терять след и лично заняться этим делом.

На следующий день, с самого утра, Омар звонит своей девушке, просто лучась от счастья:

– Вчера все было прекрасно, правда?

– Да, но… – слышит в трубке ее грустный голос.

– Будешь в скайпе? Сможешь? – беспокоится парень, потому что предпочитает смотреть Аиде прямо в глаза, слыша плохие новости.

– Да, наверное.

Девушка отложила мобильный и мгновенно подключается к интернету.

– Что случилось, йа хабибти?!^[79] – спрашивает он в испуге, видя грустное выражение лица собеседницы, а она при таком обращении краснеет по самые края платка, плотно закрывающего волосы. – Я сделал что-то не так?

– Нет, это не твоя вина, но мой брат вчера очень нервничал.

– Из-за чего, черт возьми?

– Из-за всей этой ситуации. Он с самого начала был против того, чтобы к нам присоединиться, но я его упросила. Но когда дошло до стычки твоей родственницы с мутаввой, он очень испугался. Понял, что то же самое могло случиться с нами, а он, как мой и Абли опекун, не хочет допускать такой ситуации.

– Я не удивлен. Но что же делать в таком случае? Мы молоды, нуждаемся друг в друге и не хотим смириться с кретинской системой! – возмущается Омар; он думал, что Абдул более отважный, бойкий и современный парень.

– Знаешь, он боится прежде всего за нашу двоюродную сестру Аблю, в которую влюблен по уши. Они еще не помолвлены, но наверняка это вскоре случится. Думаю, что вчерашний вечер это ускорит.

– Мои поздравления…

– Нечему радоваться, потому что, когда они поженятся, наверняка будут жить отдельно. У них будет своя жизнь, а я потеряю молодого доброго махрама. У меня останется тогда только отец, а это не очень хорошо, ведь он постоянно занят, даже во второй половине дня у него пары. Кроме того, он ненавидит выходить из дому, когда уже туда возвращается.

– Как это? Это же тюрьма! – удивляется юноша, так как сам бывал в такой ситуации.

– Он так тоже считает. Наша богатая Саудовская Аравия – это золотая клетка как для женщин, так и для мужчин. Он все же говорит, что пару месяцев или даже полгода можно выдержать, а потом нужно ехать проветриться за границу. Ты не представляешь, как он радуется даже вылазкам в соседний Бахрейн.

– Представляю, дорогая. Я сам постоянно мечтаю о путешествиях.

– Но он буквально живет от одного путешествия до другого. Он любит ходить в нормальной одежде. А нас на чужбине никогда не принуждает носить абаю или закрывать лицо. Мы ходим в рестораны, родители шутят и громко смеются, а мама даже курит. Не знаю, почему мы туда не уедем совсем? – спрашивает Аида плачущим голосом. – Тут ведь невозможно жить!

– Теперь нужно будет что-то придумать, чтобы как-то продержаться. Потом, может, поедешь со мной учиться за границу? – Юноша впервые открывает девушке, что у него с ней все серьезно и что он планирует с ней будущее.

– Да? Ой… Не знаю… – У растроганной Аиды спирает дыхание. – Мне еще два года до получения аттестата.

– Я подожду. Начну учиться здесь, как положено. Но мне не хочется эти два долгих года видеть тебя только на экране компьютера или слышать только по телефону.

– Иногда мама все же вытягивает куда-нибудь отца, – сообщает юная конспираторша. – Мы могли бы тогда посидеть напротив и поговорить по телефону на более близком расстоянии.

– Вот видишь! Не все так плохо! – утешает ее влюбленный парень.

– Любишь ходить в «Икею»? В покупке нового письменного стола или стула мне не могут отказать, значит, есть шанс встретиться. В конце концов, мама, как и каждая женщина, любит такие места и всегда найдет что-нибудь интересное и нужное в хозяйстве.

Аида озорно смеется и уже не помнит о грусти, всю долгую ночь наполнявшей ее сердце и не дававшей заснуть.

– «Икея» во второй половине дня открыта исключительно для семей и, пожалуй, никогда для одиноких парней, – озвучивает Омар то, о чем они оба и так прекрасно знают. – Я слышал, что в магазине крутилось много таких ловкачей, как мы, и теперь там свирепствует полиция нравов.

– Валлахи! Что же делать?! – заламывает руки Аида. – Нужно прекратить свидания. Не знаю, зачем Бог нам дал встретиться, зачем мы узнали друг друга, если теперь не можем видеться?

Девушка вот-вот расплачется. Но у Омара уже готов план.

– Уж я-то что-нибудь придумаю, не бойся. Когда бы ты хотела со мной условиться, моя красавица? – спрашивает он игриво.

– В ближайшие выходные? – предлагает Аида тихо, так как не имеет понятия, что в этой ситуации можно сделать.

– Хорошо, мы еще не раз будем говорить до этого и уточним время, но будем считать, что предварительно договорились о свидании.

Омару сразу пришла в голову мысль о первой жене двоюродного брата Хамида – Марысе. Он никогда бы не подумал о возможной благодарности за свой галантный поступок – он считает свое поведение естественным, – но ситуация вынуждает его просить о помощи. Юноша почувствовал в женщине родственную бунтовскую душу и не боится к ней обратиться: знает, что встретит понимание. Но как с ней связаться? Где ее найти? Он часами выжидает, когда женщина приедет за ребенком, но как-то не везет ему с ней встретиться. Потом он проводит следствие, расспрашивая няньку Адиля, но, не желая возбудить нездоровые подозрения, должен от этого отказаться.

«Лучше всего стучаться с главного входа», – решает наконец он и планирует встретиться с Хамидом. Но это тоже не так просто. Похоже, мужчина в собственном доме редкий гость.

Проходит два дня. Посреди ночи Омар слышит тихие шаги по коридору и сразу выбегает из спальни.

– Привет, дядя, – ввиду большой разницы в возрасте и чтобы выказать почтение, так он обращается к двоюродному брату.

– Ох, Омар!

Хамид подскакивает от удивления: он не надеялся кого-нибудь встретить в эту пору.

– Ты почему еще не спишь?

– А ты, дядя? – спрашивает молодой человек игриво, так как подозревает, что у родственника роман на стороне, интрижка. Ему никогда бы не пришло в голову, что этот вежливый спокойный человек ведет двойную жизнь, но это связано с его профессией.