В ожидании любви - Ирина Семина

И Демон вновь устремился вверх — добиваться любви.

На этот раз он решил действовать по-другому. «Цветы — это обыденно, — решил Демон. — Я подарю ей то, от чего не одна женщина не откажется. Драгоценный камень, вот!»

За драгоценным камнем Демону пришлось слетать в Южную Африку. Там он нашел подходящую кимберлитовую трубку высмотрел в ней большущий алмаз и длительное время сопел, выковыривая его. А когда камень оказался у него на ладони, долго пытался понять, что такого женщины находят в этом куске прозрачного вещества. Он ведь не знал, что неограненный алмаз никакого товарного вида не имеет. Так и не придумав, Демон решил, что непостижимость — одна из самых привлекательных черт в земных женщинах, после чего, отбросив сомнения, полетел к своей возлюбленной.

— Вот, смотри! — торжествующе сказал он, представ перед ней. — Это тебе.

— А-а-а-а-а! — завизжала она, отмахиваясь полотенцем. — На помощь! В доме воры!

Демон, забывшись, совсем не подумал, что материализовался прямо у нее в коридоре возле ванной, а время уже позднее, и она может испугаться.

— Это не воры, это я, я принес тебе камень! — попытался успокоить ее Демон, протягивая ей алмаз.

Его возлюбленная была современной девушкой, взращенной на сериалах, и поэтому мгновенно сориентировалась: схватила камень и со всей дури запулила ему в лоб. Демон охнул и на миг потерял человеческое обличье, представ во всей своей первозданной красе, и даже без одежды.

— Мама! — пискнула она и отключилась. Даже самая смелая девушка лишится чувств, если перед ней предстанет обнаженный темнокожий мужчина в сиянии черных лучей, да еще с рожками.

Тут на крик захлопали двери, и Демон, не став дожидаться мамы и прочих обитателей квартиры, сквозанул в форточку.

Ночью он в тоске сидел на крыше и беседовал с вышедшими погулять котами.

— Я так ее люблю! — жаловался он. — Просто ни о чем больше думать не могу. Но у меня так мало опыта в любовных делах. Все, знаете ли, работа, работа… Мы, демоны, по сути — трудоголики. Просто не представляю, как мне себя вести, чтобы она обратила на меня внимание!

— Женщины — странные существа, — изрек рыжий одноглазый котяра. — Уж если кошки нам, мужикам, малопонятны, то женщины — вообще… Никогда не знаешь, когда приласкает, а когда с дивана скинет.

— Это точно, — включился второй, огромный перс. — На моей родине, на Востоке, женщин еще кое-как в узде держат. И то феминизм голову поднимает. А уж про здешних-то что говорить! Чего им неймется и чего хочется — уму непостижимо.

— Да им, по-моему, и самим непостижимо, — предположил сиамец. — Вот наша… Полный шифоньер тряпок, чего только нету, а она хозяина все точит, что одеть, мол, нечего. Он уж, бедный, не знает, как ее благосклонность заработать. Только что ноги не облизывает!

— Что женщины, что кошки, они уверенных и сильных самцов любят, — задумчиво сказал одноглазый. — Подходишь к ней так развязненько, смотришь прямо в глаза, потом хватаешь ее твердой лапой за холку и говоришь: «Киска, не пора ли нам подумать о потомстве?» И она твоя.

— Потомство — это хорошо. У нас ребенка родила — и вроде успокоилась, — похвастался полосатый кот. — Все нравится, всем довольна и к мужу ластится.

— Ну да, так бывает, — закивали головами все коты. — Котят и детей женщины любят.

— Ага! — смекнул Демон. — Вон оно, значит, что. Спасибо, братаны! Полетел я. Есть, стало быть, шанс!

На следующий день он был вполне подготовлен к встрече. Он сильно изменил свой облик — ведь демонам и не такое под силу. И выбрал совершенно новый стиль поведения.

На этот раз он подстерег ее в кафе, куда она вечером пошла посидеть с подругами. Но подходить не стал — сидел у барной стойки, потягивал коктейль, ждал.

— Какой красавчик! — сразу обратили на него внимание девчонки. — А рост! А фигура! А волосы! О-бал-деть!

Демон сидел и делал вид, что очень интересуется футбольной беготней в телевизоре, висевшем у стойки. И когда зазвучала музыка, он не сразу двинулся приглашать ее на танец. Выждал время, и только потом медленно, вразвалочку, независимо, как советовал тот рыжий кот, двинулся ее приглашать.

— Потанцуем? — интимно спросил он своим низким голосом.

И — о радость! — она не отказала, пошла с ним танцевать. А потом еще и еще. Демон внутренне ликовал. Похоже, на этот раз он шел верным путем. Не врали коты! Что значит — близость к природе!!! Сам же он не забывал посылать ей демонические взгляды и время от времени издавал демонический смех. Приемчики действовали! Она как загипнотизированная прижималась к его могучему плечу. И вот наконец наступил тот момент, который должен был стать решающим.

Очередной танец закончился, и Демон, положив ей сильную ладонь на затылок и глядя прямо в глаза, уверенно спросил:

— Киска, не пора ли нам подумать о потомстве?

Раз… два… три! И Демон неожиданно оказался в глубоком нокдауне. А она, отряхнув свою тренированную фитнесом ручку, презрительно сказала: «К чертовой бабушке!» — после чего, развернувшись, пошла прочь, демонстрируя ему высшую степень забвения. Прямо как после реки Леты.

А что же Демон? Он, как обычно, послушно выполнил ее желание и отправился туда, куда сказано.

…Он сидел на кухне у чертовой бабушки, плакал и пил чай с вкусным чертополоховым вареньем. А чертова бабушка подкладывала ему всяких печенюшек и ласково почесывала между рожками.

— Дурачок! Что ж ты так расстроился-то? Не ты первый, не ты последний. Вон, художник Врубель каких распечальных демонов рисовал! Тоже от любви пострадали!

— Но почему? Я же так старался завоевать ее любовь! — жаловался Демон.

— Вот-вот… Завоевать! Какая ж от войны любовь может получиться? — качала головой чертова бабушка. — Только полная победа и капитуляция. А кому охота побежденным числиться?

— Но что же мне делать? — вопрошал Демон.

— Может, стоит поискать подругу среди своих? — советовала чертова бабушка. — Сколько демонических женщин кругом! Сколько чертовок незамужних! Оглянись, разуй глаза-то!

— Не хочу демонических, хочу ее! — упрямился Демон.

— Но она же тебе не пара! Ты ж Демон! А она — простая смертная. Она ж просто чувствует, что вы из разных миров! — горестно всплеснула руками чертова бабушка, надеясь хоть так вразумить упрямца.

— О! — замер Демон. — А вот это, пожалуй, ты права! Ох и умная же ты, чертова бабушка!!! Она чувствует. Не может не чувствовать! Та-а-а-ак… Прекрасненько! Стало быть, надо сделать так, чтобы мы были из одного мира. Правильно я говорю?

— Ты чего удумал? — всполошилась бабушка. — Ты ж Демон! Ты ж бессмертен! У тебя ж почти неограниченные возможности!

— К черту возможности! — вскричал Демон, спешно допивая чай. — Любовь важнее!

…В Бюро Демонологии Демона крутили и так, и так, разъясняли, уговаривали, даже чуть-чуть угрожали, но он был непреклонен.