Поступки во имя любви - Роушин Мини

– А почему ты думаешь, что эта новость его не радует?

Фиона взяла печенье и разломила его пополам.

– Дес не проявляет никакого интереса, ни малейшего. Он никогда не заговаривает на эту тему, ни разу не спросил, как я себя чувствую, не нужно ли мне что-нибудь… Я оставила подаренную тобой книжку с именами на видном месте, где он никак не мог ее не заметить, но Дес книгу проигнорировал.

Чайник засвистел. Мег налила кипяток в заварочный чайник и опустила в него чайные пакетики, придумывая, что бы такое сказать.

– А ты не думаешь, что он со временем свыкнется с этой идеей?

– Я-то думаю, но прошла уже почти неделя с тех пор, как я ему сказала. Ты говорила, что Генри сразу был в восторге, даже когда ты еще не знала наверняка.

Мег принесла чайник на стол. Честно говоря, Генри радовался больше, чем сама Мег. Он повел ее в самый модный ресторан Кэррикбоуна и подарил золотую подвеску в виде детских пинеток на тонкой цепочке.

Она разлила чай по чашкам.

– Не знаю, что и сказать тебе, Фи. У меня есть только мой опыт. Но все мужчины разные, и ты знаешь, что Генри всегда был сентиментальным. Дес… больше мужчина. Он стесняется показывать свои чувства. Я уверена, что дело только в этом.

Хотелось бы ей на самом деле быть такой уверенной, какой она пыталась казаться. Вполне вероятно, что Десу не по душе появление ребенка в доме. Ведь все внимание Фионы будет принадлежать малышу. Кто знает, что у него творится в голове?

– Может быть, ты и права. – Фиона добавила в чай молоко и сахар и медленно размешала. – Полагаю, мне нужно просто подождать и посмотреть, что из этого выйдет.

– Ты уже рассказала своим родителям?

Родители Фионы управляли почтой в маленькой деревушке недалеко от Лимерика.

– Нет. Дес считает, что мы должны подождать еще немного. Думаю, он прав, ведь еще только самое начало беременности.

Мег окунула печенье в чай.

– Знаешь что? Думаю, тебе следует им сказать. Пожалуй, тебе стоит съездить к ним прямо завтра и обо всем рассказать.

– В самом деле? Тебе не кажется, что еще слишком рано?

– Для кого-то другого – возможно, но только не для твоих родителей. Представь, в какой восторг они придут.

Пусть Дес катится ко всем чертям. Раз он не собирается радоваться вместе с Фионой, пусть это делают ее родители.

– Думаешь, стоит? Мне не терпится сказать им. Мама будет так счастлива… – Фиона резко замолчала, тревога снова омрачила ее лицо. – Мег, но ведь он привыкнет, правда?

– Разумеется, привыкнет. Дес будет в таком же восторге, как и ты.

– Надеюсь, ты права, – Фиона откусила от половинки печенья. – Вкусно… Чем займешься в выходные?

Мег скорчила гримасу.

– Сегодня вечером мы идем на ужин к бывшему мужу Энн и его новой женщине. Будет очень «весело».

Ей следовало бы быть счастливой. У нее есть Генри, они родили дочку, которую оба обожают. Генри стоил двух таких, как Дес или Том Макфадден, если уж на то пошло. Так откуда это гложущее чувство неудовлетворенности? Почему она не думает о том, как ей повезло?

Все восемь лет их брака Генри полностью устраивал Мег, поэтому эти новые ощущения выбивали ее из колеи. Но что ей остается делать? Она не может включать и выключать эмоции по желанию.

Понятно, что отношения между ними оставались натянутыми после ее вспышки во вторник. Они были безукоризненно вежливы друг с другом, особенно в присутствии Руби, но тепло, к которому оба привыкли, ушло. И в спальне между ними сохранялась дистанция.

Мег бы поделилась этим с Фионой, но, разумеется, не могла этого сделать. У Фионы своих проблем хватает.

Они услышали, как открылась входная дверь. Через минуту в кухне появились Генри и Руби, заставив обеих женщин загнать мрачные мысли поглубже.

* * *

Они стояли в очереди за попкорном, когда Оуэн вдруг сказал:

– Эге.

– Что «эге»?

– Я вижу Чарли.

Джеки развернулась и принялась вглядываться в людей, толпившихся в вестибюле кинотеатра.

– Где?

Оуэн указал налево от себя.

– Вон там. Можно мне подойти и поговорить с ней?

Джеки заметила в толпе девочку с таким же цветом волос, как у Чарли, но ей не удалось рассмотреть, с кем она пришла.

– Только на минутку, – предупредила она. – И если ты не вернешься к тому времени, когда я куплю попкорн, я пойду в зал без тебя.

– ОК.

Мальчик развернулся, быстро ввинтился в толпу, и Джеки вскоре потеряла его из виду.

Никуда девочка не уехала на выходные, как написал ее отец. И раз она здесь, значит, и он тоже. Разумеется, они могут уехать завтра утром, и он не солгал, но Джеки не собиралась искать для него оправдания. Он был резким и неконтактным, не предложил никакого другого варианта для совместного досуга детей. Он был совершенно антисоциальным, и это еще мягко сказано.

Подошла ее очередь. Джеки купила попкорн. Когда она убирала кошелек в сумку, появился Оуэн.

– Ты вовремя, – она снова оглядела холл. – Чарли пришла со своим папой?

– Ага. Они идут смотреть «Мартышки в космосе 3».

– Рада за них.

Этот человек даже не потрудился подойти и поздороваться с женщиной, которая не поленилась написать записку и пригласить его дочь в свой дом, которая предложила накормить ее и освободить ему несколько часов в воскресенье после обеда.

Антисоциальный, и это еще мягко сказано.

* * *

– Ну, как идут дела в детском саду?

– Сумасшедший дом, – ответила Мег. – Изнурительно.

– Не знаю, как тебе это удается и как ты одна справляешься со всеми этими маленькими детьми. Должно быть, тебе помогает то, что ты дипломированная учительница.

– Полагаю, должно помогать.

Разговор не то чтобы был очень оживленным, но они каким-то образом обходились без долгих пауз. За прошедший час они обсудили неожиданно теплую для октября погоду, последние зверства «Аль-Каиды», планы городского совета насчет строительства объездной дороги, новое крыло городской больницы Кэррикбоуна, предстоящие съемки телесериала по книгам Генри и занятия по рисованию с живой натуры, которые посещала Мег.

Они съели восхитительно вкусный суп из цветной капусты и теперь пробовали блюдо из курицы с ананасами, которое очень вкусно пахло. Мег пришлось это признать.

А если учесть, что она с куда большим удовольствием оказалась бы в любом другом месте, но только не здесь, то вечер вообще можно было считать удавшимся.

– Морковь положить?

– Спасибо.