Все наладится! - Дженнифер Чиаверини

– Мисс Мершо! – позвала Эллен. Джулия остановилась и механически развернулась, как робот. – Ну, что он сказал? Передумал?

– Он будет снимать Саманту.

– Болван неотесанный!

– Он не болван, – деревянным голосом отозвалась Джулия. – У него «Оскар» и четыре «Эмми». Или пять… Не помню.

Эллен схватила ее за плечи:

– Он погубит наш фильм! Надо его остановить!

– Это не наш фильм. – Грубое прикосновение вернуло ее в реальность. – Вы продали ему свой сценарий, теперь он волен делать с ним все, что пожелает.

У Эллен навернулись слезы на глаза:

– Если б я знала!

– Зато ваша фамилия будет в титрах.

– Да я уже и не хочу…

Внезапно память услужливо подсунула ей собственные нравоучения: «…фильм – плод совместных усилий, однако мнение режиссера приоритетно. Нам всем приходится подстраиваться, чтобы на выходе получился качественный результат…»

Джулия закрыла глаза, стараясь унять подступающую тошноту. Дыши, приказала она себе. Открыв глаза, она увидела встревоженное лицо Эллен.

– Вам плохо?

Джулия проигнорировала вопрос.

– Он сейчас сообразит, что меня кто-то предупредил. Возвращайтесь на площадку.

Эллен горько усмехнулась:

– Да он вообще меня не замечает!

– Эллен, я серьезно! Он вообще запретит вам появляться на съемках.

– Вы что! Это же мой фильм!

– Не ваш, а его, – повторила Джулия, отчетливо выговаривая каждое слово. – Примите это как данность и успокойтесь.

Какое-то время Эллен молча переваривала услышанное, затем медленно кивнула и поспешила обратно в павильон. Только тут Джулия вспомнила, что даже не поблагодарила ее.

По дороге домой в голове постепенно прояснилось. Она будет бороться! Первым делом нужно позвонить Аресу – пусть ищет лазейку в контракте, запрещающую этот произвол.

Дозвониться не удалось – секретарь сказала, что он уехал на встречу и будет только завтра.

– Должен он когда-нибудь появиться! Пусть позвонит мне.

Не дождавшись ответа, Джулия бросила трубку. Мори прерывал любую встречу, чтобы ответить на ее звонок!.. Со злости Джулия пнула медную вазу, и сухие лепестки рассыпались по блестящему деревянному полу. Ну и что теперь делать?

И тут ее осенило.

– Люси, в гостиной беспорядок! – крикнула Джулия, устремляясь в кабинет. Саманта заменила ее потому, что лучше шила? Так это можно исправить! Рванув на себя ящик стола, она вытащила папку с курсов, нашла листок с адресом и телефоном Донны Йоргенсон и присела в кресло, стараясь успокоиться.

Ладно, они не очень-то жаждали общения – это неприятно, но ей нужна помощь Донны, и ждать больше некогда. Джулия придвинула телефон и набрала номер.

– Алло? – откликнулся девичий голос.

– Попросите к телефону миссис Йоргенсон, пожалуйста.

– Подождите минутку.

Послышалось приглушенное «Мам, тебя!» – и вскоре знакомый голос мелодично произнес:

– Да?

– Донна?

– Слушаю вас.

– Это Джулия. – Тут ее охватила паника – а вдруг та ее не помнит! – С курсов.

– Джулия! – воскликнула Донна. – Не может быть! Где вы пропадали? Мы все решили, что вы исчезли с лица Земли!

Да неужели?

– Могли бы и написать, – заметила Джулия обиженным тоном.

– Вы смеетесь? Я писала дважды, Грейс с Меган по разу, а Винни уже пошла не то на восьмой, не то на девятый заход! В ответ мы получили формальные отписки и ваши фотографии с автографом. Не поймите меня неправильно: нам, конечно, приятно, но куда девать столько одинаковых фоток? – засмеялась она.

Во второй раз за день Джулии показалось, будто ее ударили пыльным мешком по голове.

– Вы мне писали? Домой??

– Ну, я не знаю… На тот адрес, что вы нам дали, – я думала, это домашний. – Донна зачитала вслух – все было правильно до циферки.

– Ничего не понимаю…

– Вот и мы не поняли. И обратный адрес совсем другой. – Донна принялась диктовать, но Джулии было достаточно первого слова.

– Вот скотина!

– Кто?

– Да мой агент! – Видимо, Арес каким-то образом устроил так, что ее письма перенаправляли в его офис. А-а, ясно!.. – Моя помощница отдавала ему мою личную почту.

– Зачем?

– Когда узнаю, уволю, к чертям!

– Уволите? – в ужасе воскликнула Донна. – Наверняка есть какое-то разумное объяснение…

– Воровству? – Неужели она не понимает? Все это время Джулия чувствовала себя позабытой, заброшенной, а Люси… Ведь она дала ей четкие указания немедленно сообщать, когда придет письмо от подруг с курсов!

– Может, просто попросить ее больше так не делать? – взмолилась Донна. – Дайте ей шанс, у вас такое доброе сердце! Нельзя же увольнять людей под праздники!

Вот тут Донна ошибалась – сердце у Джулии было вовсе не доброе, особенно сейчас. Однако что-то в голосе Донны ее зацепило, и она неохотно согласилась.

– Ладно, выслушаю ее оправдания – но ничего не обещаю! – И не дай бог, услышанное ей не понравится…

– Вы не пожалеете, я уверена!

На этот счет у Джулии имелись большие сомнения.

– Донна, я, собственно, вот зачем звоню…

– Да?

В голосе Донны было столько теплоты, что гордость Джулии сама собой куда-то испарилась.

– Мне нужна ваша помощь.