Кот по имени Алфи - Рейчел Уэллс

– Мэтт, у Полли хорошая мама?

– Да, замечательная.

– Может, она поживет у вас пару дней, пока Полли не пойдет на поправку? – предложил Томаш.

– Отличная идея! – обрадовался Мэтт. – Я сейчас же ей позвоню. У нас есть раскладушка, можно поставить ее в комнату Генри. Правда, тогда места в квартире совсем не останется… – озадаченно пробормотал он.

– Это не важно. Главное, что кто-то сможет позаботиться о Полли. Доктор выписал ей таблетки, но, чтобы они подействовали, потребуется время, – предупредил Томаш.

Мэтт посмотрел на него с благодарностью.

– Ты прав. О чем я только думаю? Спасибо тебе огромное. И тебе спасибо, Алфи. Боюсь представить, что случилось бы, не окажись ты рядом. – Мэтт наклонился и от души меня погладил. Я надулся от гордости: сегодня я превзошел самого себя. Конечно, можно сказать, что мне просто повезло оказаться в нужном месте и в нужное время, но я не хотел умалять собственные заслуги.

Жизнь на Эдгар-Роуд раз за разом ставила передо мной сложные задачи. Еще недавно я самонадеянно воображал, что легко решу все человеческие проблемы. С Джонатаном так и получилось, но с Клэр… Она по-прежнему нуждалась в помощи. Однако сейчас я был нужнее здесь. Алексей не отходил от меня весь вечер. Он, скорее всего, не понимал, что происходит, но чувствовал беспокойство взрослых. И я как мог старался его успокоить.

– Алфи, ты мой лучший друг, – прошептал мальчик, стиснув меня изо всех сил. Я мужественно терпел, до глубины души тронутый его словами.

Да, сегодня я доказал, что не зря ем сардины в этом доме. Но если Томаш говорил правду, Полли предстоял еще долгий путь к выздоровлению.

Наконец Франческа вернулась. Она была одна.

– Полли спит. Ей прописали снотворное, и доктор велел выпить его сразу, как она придет домой. Ей нужно отдохнуть после…

– После чего? – встревоженно спросил Мэтт.

– Сегодня у Полли был нервный срыв. Она любит тебя и Генри, но с головой у нее не все в порядке. Таблетки помогут первое время, но чтобы выздороветь, ей понадобится помощь специалиста. Психотерапевта. А еще ей нужно больше отдыхать и не оставаться одной с Генри. На Полли слишком много навалилось.

– Я уже позвонил ее маме, она приедет завтра, – поделился Мэтт. – И взял два отгула на работе. Там знают, что Полли заболела, а родственников у нас тут нет.

– Зато есть мы, – просто сказала Франческа.

– Да, и я не представляю, что бы мы без вас делали. Спасибо, – искренне поблагодарил их Мэтт.

– Не стоит, – смущенно улыбнулась Франческа. – А теперь иди и позаботься о своей семье. Если что-нибудь понадобится, мы будем здесь.

– Я уже подвел Полли и не могу подвести еще и Генри, – грустно сказал Мэтт. – Наверное, я худший муж и отец на свете.

– Ничего подобного, – заверила его Франческа. – Когда целыми днями торчишь на работе, трудно заметить все, что происходит дома. К тому же Полли не хотела, чтобы ты видел, как ей плохо. Получался плохой круг.

– Порочный, – машинально поправил ее Мэтт.

– Что?

– Правильно говорить «порочный круг». Прости, я не хотел критиковать твой английский, – замялся Мэтт.

– Нет-нет, все в порядке! – засмеялась Франческа. – Нам нужно учиться. Давай я сейчас пойду с тобой и покажу, как кормить Генри. Доктор дал Полли таблетки, чтобы у нее пропало молоко. Она сказала, что от кормления грудью ей становится хуже. Генри уже ввели прикорм, так что он проживет и на смеси. К тому же теперь кормить его сможешь и ты, и ее мама. А Полли будет отдыхать.

– Я об этом позабочусь, – хмуро кивнул Мэтт. – У меня такое чувство, будто я прятал голову в песок и старательно убеждал себя, что жена сама со всем справится.

– Послеродовая депрессия – серьезная болезнь, – вздохнула Франческа. – Женщины не всегда могут выкарабкаться без посторонней помощи. Но теперь Полли станет лучше. Начало положено. Ты хороший человек, Мэтт, и она тебя очень любит.

Я выскользнул из квартиры вслед за Франческой; признаться, я чувствовал себя лишним, но не хотел бросать Мэтта. Я тихо сидел в гостиной, пока он готовил смесь и кормил Генри под руководством Франчески, а потом купал его и укладывал спать. И когда он сидел на диване и плакал, как младенец, я тоже был рядом. Наконец Мэтт глубоко вздохнул и выпрямился.

– Так, не расклеиваться! – тихо скомандовал он себе. – Пойдем на кухню, Алфи. Кажется, у нас еще остался тунец.

Я впервые ужинал у них дома, но в тот вечер содержимое миски волновало меня меньше всего. Я знал, что уже поздно, но боялся оставлять Мэтта и Полли одних. Да, сейчас от меня было мало толку, но я надеялся, что мое присутствие их немного успокоит.

Через некоторое время Мэтт пошел проверить супругу, и я побежал за ним.

– Который час? – сонно спросил женщина, когда Мэтт открыл дверь в спальню.

– Не важно. Генри спит. Судя по списку, который дала Франческа, тебе сейчас нужно принять еще одну таблетку. И спать.

Полли попыталась сесть.

– С ним все в порядке? – дрогнувшим голосом спросила она.

– Да, все отлично! – сказал Мэтт. – И как только тебе станет лучше, ты сама в этом убедишься.

– У меня такое чувство, будто я всех подвела. – Полли опустила голову и стиснула в руках одеяло. – Я плохая жена и ужасная мать.

Мэтт ласково погладил ее по волосам.

– Милая, это я вас подвел. Я должен был лучше о тебе заботиться. Я тоже чувствую себя ужасным мужем.

– Но если мы будем сидеть и винить себя или друг друга, толку не выйдет. – Полли подняла глаза на Мэтта, и тот покачал головой. – Фрэнки так сказала. А еще – что мы все равно займемся самобичеванием, главное – вовремя остановиться. Знаешь, доктор, которая меня принимала, была очень милой. Кажется, она поняла, что со мной не так. Я не хотела принимать таблетки, но теперь вижу, что это необходимо. Мне нужна помощь. Когда со мной все будет в порядке, я смогу заботиться о своем ребенке. О нашем ребенке. Больше всего на свете я хочу стать хорошей матерью.

– И обязательно станешь, любимая, – заверил ее Мэтт. По его щекам бежали слезы. – А я буду рядом. Я очень тебя люблю. Пожалуйста, помни об этом.

– В какой-то момент я почти забыла, – призналась Полли. – Голова была будто ватой набита. Но сейчас я это знаю. И тоже тебя люблю.

Мэтт крепко обнял жену, и, честное слово, это была самая трогательная сцена, которую мне доводилось наблюдать в своей жизни.

– Кстати, завтра приезжает твоя мама, – вспомнил Мэтт. – Она поможет, а то я скоро опять буду пропадать на работе. Прости, я бы очень хотел проводить больше времени с тобой и Генри…

– Нет, Мэтт. Мы вместе решили переехать сюда, чтобы ты получил повышение. Тебе не за что просить прощения. И я очень рада, что мама приезжает. С ней мне будет гораздо легче.