Мойте руки перед бедой - Андрей Бронников

Прошло уже достаточно времени, чтобы Боссель задумался над тем, что последует дальше? С какой целью подвальный невидимка привёл его к власти? Как и кому придется за все это отвечать? Так что при всём внешнем благополучии, Верховный целитель чувствовал себя достаточно напряженно, и чем дальше, тем тревожнее становилось у него на душе.

У Босселя была мечта, а теперь её не стало. Остался только страх, который Алексей заглушал жестокостью и деспотизмом. Только так он мог спрятать внутреннюю слабость и неуверенность от постороннего взгляда.

Вдруг где-то на втором этаже бешено завыл баян Сергея Ильича, и раздалась разудалая частушка:

Пароход идёт

Волны кольцами

Будем рыбку кормить

Комсомольцами!

Затем послышался дикий топот. Это пьяный Полковник после исполнения очередного куплета, принялся бешено танцевать. Он и не знал, что это были частушки собранные среди народа ещё в 1932 году редакцией газеты «Большевистская смена» на Кубани.

Сергей Ильич не удержался в глубокой присядке и упал на бок, но музыкальный инструмент из рук не выпустил. Он был действительно виртуозным музыкантом и лёжа, продолжил пение, аккомпанируя себе на баяне:

Троцкий едет на свинье,

А Ленин на собаке.

Вся деревня испугалась,

Думала – казаки!!

Сергей Ильич попытался подняться, продолжая игру, но в результате музыкальный инструмент вырвался из рук, возмущенно заохал и умолк. Перестал петь и любитель народного творчества, но шума меньше не стало. Полковник громко кряхтел, орал, пытаясь подняться. Подбежавшие патрульные тащили его под руки, роняли, а подопечный грязно ругался на них, на старую власть и на нового руководителя.

Возмущённый музыкант начал драться, и тогда охранникам ничего не оставалось сделать, как попытаться скрутить буяна. Потасовка становилась всё более яростной и шумной.

Больные в палатах энергично заскрипели кроватями. Проснулся и Алексей Савельевич. Он быстро сел на кровати. Сердце его бешено колотилось. Боссель взял тонометр с прикроватной тумбочки и смерил давление. Пульс превышал сто ударов в минуту, а давление и вовсе зашкаливало. Однако доктора Верховный целитель вызывать не стал. Он их боялся. Тело ещё помнило убийственное состояние после аминазиновых уколов.

Алексей Савельевич достал из-под подушки таблетку и сунул её под язык. Одышка мучила его. Больничный гений, окончательно отошедши от сна, опустил голову под кровать и пошарил рукой. Там горой валялись японские маски театра «Но».

Боссель достал некоторые из них, поочередно примерил, наконец, выбрал «Тюдзё» – молодого аристократа. Алексей Савельевич решил, что и в одиночестве надо оставаться вельможей. Не включая лампу, он поднялся с кровати и двинулся в сторону туалета.

Лунный свет врывался в комнату, пожирая мрак ночи, но серебро лучей искажало предметы. Экран импортного телевизора показался ему чёрной дырой в иной мир на фоне сверкающих динамиков, а торшер напоминал виселицу. Собственная тень на освещенном квадрате пола ввергла главного врача в ступор и обожгла сердце адреналиновой волной ужаса. Придя в себя, больничный вождь в два прыжка достиг дверей санузла, включил свет и закрылся внутри. Теперь можно было спокойно отдышаться.

Алексей Савельевич был здесь едва ли не впервые, ведь он пользовался туалетом в подвале. Окружение нового руководителя теперь не удивлялось странной привычке начальника и считало это проявлением демократичности. Даже ночью в случае необходимости Алексей вызывал сопровождающую охрану и спускался вниз.

Санузел в личных покоях главврача по сравнению с подвальным оказался настоящей роскошью. Больничный вождь с интересом осмотрелся. Глубокая акриловая ванна, биде и писсуар удивили Босю своей идеальной белизной. Полупрозрачная раковина из зеленого стекла и золотистый смеситель подчеркивали изысканность дизайна. Такой же золотистый потолок удачно гармонировал с малахитовой плиткой, которой были отделаны пол и стены.

Алексей Савельевич посмотрелся в огромное зеркало, опорожнил мочевой пузырь в унитаз и спустил воду. Затем с удовлетворением подтянул штаны пижамы и принялся внимательно изучать бутылочки и пузырьки с косметическими принадлежностями. Гений от медицинского учреждения долго всматривался в зеркальной чистоты зелёную керамическую стену, подышал на неё и протер рукавом. Восхищенно покачал головой и продолжил изучение санузла.

Боссель подергал ручку запертой двери, которая очевидно вела в чулан, но таковая не поддавалась. Алексей Савельевич заинтересованно хмыкнул и вынул несколько ключей из пижамного кармана. Главный врач несколько штук постоянно таскал при себе. В первую очередь это были ключи от подвала, но ещё два были неизвестно от чего. Именно поэтому Бося держал их при себе и время от времени пытался найти им применение, но до настоящего момента ключи не подходили ни к одной из дверей.

Алексей Савельевич сунул ключ в замочную скважину. Тот легко вошел и тут же провернулся, а дверь подалась в темноту помещения. Боссель рефлекторно сделал шаг и вдруг увидел метнувшуюся тень. От страха он хотел было закрыть дверь, но не удержался, ввалился внутрь, упал лицом вниз и в ужасе закричал.