Везде как дома. Как мы продали жилье, изменили свою жизнь и увидели мир - Линн Мартин

Портье в отеле одеты в темно-синюю форму с эполетами и блестящими золотыми пуговицами. Они без конца смахивают пыль и полируют темные деревянные полы. Латунные ручки и прочая фурнитура выглядят так, будто здесь ждут приезда короля. Обои с цветочным рисунком, обитые бархатом кушетки – все это только усиливает ощущение, что вы попали в прекрасную и давно ушедшую эпоху. В нашей комнате было много инкрустированной мебели и гравюр с изображениями растений в позолоченных рамах.

В центре города нет автомобильного движения. Здесь проходит недлинный канал: попытка Триеста соперничать с Венецией. Погода была гораздо прохладнее, чем в Тоскане, и мы много гуляли, обошли все широкие площади и узкие улицы, но то и дело оглядывались в поисках темных личностей, торгующих государственными секретами. Отель нам очень понравился, и город оказался красивым и отличался от всего увиденного нами в Европе. Но было кое-что, что добавляло дискомфорта: страшная история периода Второй мировой, когда шесть тысяч евреев погибли здесь в газовых камерах. И даже нынешняя красота города не могла заставить нас отрешиться от этого.

Мы вернулись во Флоренцию, но там по-прежнему было очень жарко. Мы бросили вещи и помчались в бассейн, и пока мы плавали, Тим сказал:

– У нас тут еще пара недель, и мы хотели увидеть «Богему» в родном городе Пуччини. Я очень хочу, чтобы ты это увидела, но по прогнозу, в Лукке в тот вечер будет около сорока. Представляешь, каково будет актерам в шерстяных костюмах?

– Да мы и сами рискуем не перенести такую жару, – ответила я. – Помнится, ты говорил, что нам придется идти пешком к месту постановки… Я уже не уверена, что нам это по силам, а ты?

– И я не уверен. Давай отдадим билеты Марте и сбежим отсюда. Я уже нашел, где мы могли бы провести несколько дней: это недалеко от Парижа, так что сдать машину будет несложно, а оттуда отправимся в Лондон. Квартира там отличная, небольшой такой симпатичный городок… и в квартире три кондиционера.

Я его поцеловала и устремилась в дом собирать вещи. И Тим за мной. Мы хотели скорее выбраться отсюда!

Через несколько дней мы позвонили Марте, чтобы сообщить, что мы хорошо доехали и устроились на новом месте, а она рассказала, что отдала билеты дочери, и та говорит, будто и правда некоторые артисты и зрители падали в обморок от духоты и жары. Мы были рады, что не оказались в их числе, и очень сочувствовали тем, кто шел на такие жертвы ради искусства.

Мы с такой радостью отправились в путь, что даже не особенно огорчались, сталкиваясь в туннелях с сумасшедшими водителями. Чем выше в Альпы мы поднимались, тем становилось прохладнее. И мы так рады были избавиться от жары, что за два дня в пути ни разу не поссорились, даже когда терялись, были голодны и застревали в пробке или попадали в сильный дождь. Мы были на свободе, как пара школьников, сбежавших с уроков.

Пройдя последний туннель, мы остановились пообедать в большом ресторане у дороги. Рядом с ним стояла корова из папье-маше в натуральную величину, она-то нас и привлекла. Съев по сэндвичу с говядиной, мы заглянули в местный детский музей, где рассказывалось, как хорошо на местной ферме обращаются с коровами и как эти животные счастливы. Тут же были изображения веселых детей, поедающих сэндвичи с говядиной. Очень мило. «Не понимаю только, как объяснить детям, что Буренку пришлось убить, прежде чем она оказалась в их тарелках», – сказал Тим, когда мы вышли.

Мы доехали до Ла-Шарите-сюр-Луар – средневекового французского городка на берегу Луары, с башнями и каменной мостовой, – где нам предстояло провести несколько дней.

– У меня для тебя еще один сюрприз. Здесь будет блюзовый фестиваль в выходной! Ожидается, что приедут некоторые из лучших музыкантов, и у меня уже есть билеты, – Тим широко улыбался. – Ну как, здорово?

– Это не «Аида», конечно, но точно будет весело!

Американцы Келли и Байрон Харкер владели здесь зданием XV века и разделили его на несколько квартир. Наша оказалась на самом верху, и подниматься нужно было по крутой каменной лестнице. У нас была собственная крошечная терраса, выходящая на красивейшую средневековую церковь, около которой и проходил фестиваль. Квартира была не только просторной и красивой, но еще и оказалась в очень правильном месте.

Было любопытно послушать, как музыканты со всего мира пытаются играть американскую музыку. Никаких особенно замечательных блюзовых исполнителей мы здесь не нашли, но в целом все было прекрасно, и все отлично проводили время. Зрители нас повеселили: многие из них были одеты так, как, по их мнению, должны выглядеть американские любители блюза. Вокруг было много футболок с дурацкими изречениями и словечками вроде «чувак» и логотипами мотоциклов «Харлей Дэвидсон» (странный выбор, на наш взгляд). Зал, в котором проходили концерты, пристроен к величественной церкви, и в нем не было кондиционера, поэтому довольно быстро и музыканты, и слушатели взмокли от жары. Одному немцу, сидевшему передо мной, было так жарко, что он облил себя водой с головы до ног прямо в зале. Досталось и мне, и я не особенно возражала. Но вскоре нам стало невыносимо жарко. Мы ушли после первого выступления и скорее вернулись в квартиру, где нас ждали три работающих на полную мощность кондиционера. Так как мы оказались совсем рядом с площадкой, то можно было уже в прохладе продолжать слушать блюз. Просто мечта!

Мы исследовали окрестности, устроили пикник на реке и даже съездили на поезде в Париж, чтобы еще раз пообедать с нашими приятелями Энди и Джорджем. Мы чувствовали себя настоящими гражданами мира, когда прогуливались по небольшой главной улице городка и садились в поезд до Парижа. Виды французской провинции были на этот раз еще более соблазнительными, ведь теперь и Тим мог все это увидеть. За два часа мы с комфортом добрались до станции в Берси, где пересели в метро. Потом прошли вдоль Люксембургского сада и здесь встретились с нашими друзьями, как и планировали. Я опять провела два часа в салоне «Дессанж» и почувствовала себя холеной европейской дамой. Теперь я была готова к переезду в дождливую Великобританию. Мы снова сели в поезд, вернулись в Ла-Шарите и когда вошли в прохладную квартиру, в очередной раз почувствовали, какие же мы счастливчики. В такие дни, когда все удается, когда мы проводим время с теми, кого любим, и всем довольны, нам кажется, что мелкие проблемы и сложности нашей кочевой жизни вполне можно пережить.

Лето в Италии подтвердило то, о чем мы и так подозревали: новые друзья и путешествия делают жизнь ярче, и мы способны преодолеть почти что угодно, если не теряем чувства юмора и готовы приспосабливаться. Проведя несколько месяцев в Париже и в Италии, мы кое-что осознали. В частности, мы решили, что если кто-нибудь предложит нам аренду квартиры на каких-то особенно привлекательных условиях, мы обязательно разберемся во всех деталях, прежде чем соглашаться. Мы знаем, что в июле и августе в Италии гораздо более жарко, чем мы вообще могли предположить, – и снимать квартиру с «традиционной итальянской системой охлаждения» (то есть без всякого охлаждения и кондиционирования) – большая ошибка. Мы решились на это, чтобы сэкономить. Но воздерживаясь от таких решений в будущем, мы избежим многих неприятностей. И мы действительно отказались от нескольких на первый взгляд очень выгодных предложений, так как, разобравшись, поняли, что обязательно будем разочарованы.