Вид с метромоста - Денис Драгунский

– Вы явно не здешний! – засмеялся старик. – Королевская тюрьма.

«Однажды, – рассказал старик, – мне прислали приказ: срочно казнить одного из заключенных. Юноша восемнадцати лет, по фамилии Хансен. Заговор против короны. Он сидел уже более года. И вот решение было вынесено.

Вечером я сообщил об этом Хансену.

Он даже не спросил, можно ли написать прошение о помиловании.

– Завтра, – сказал он, – ко мне на свидание приезжает невеста. Дайте нам провести вместе два дня. Пусть она не знает о приговоре. А когда она уедет, вы меня повесите.

– Расстреляем, – сказал я. – Вы бывший кадет, вам положена пуля.

– Тем лучше, – сказал он.

Назавтра его невеста сошла с парома, который курсировал между островом и материком. Она пришла в контору, чтобы узнать, в каком из казематов сидит ее жених. На столе она увидела расписание казней и прочла его имя. Она побледнела и чуть не упала. Я усадил ее на скамью.

– Он ничего об этом не знает, – солгал я. – Он так ждал свидания с вами. Подарите ему два дня безоблачного счастья.

– Вы, наверное, добрый человек, – сказала она.

Я разрешил Хансену и его невесте свободно ходить по острову. Они гуляли по берегу, взявшись за руки. Я любовался их юностью и мужеством.

На вторую ночь началась непогода. Мне не спалось. Я встал, надел плащ и пошел на лодочную пристань.

Хансен и его невеста стояли и глядели, как лодки бьются о причал.

Я мог дать им весла и крохотный шанс. Они были так сильны и прекрасны, что я почти поверил – они спасутся.

Поэтому я крикнул:

– Эй, хватит мокнуть под дождем! Пошли за мной.

Я привел их в рыбачий домик. Сам растопил печь и постелил постель.

– Свидание заканчивается завтра. Паром отходит в полдень. Вам осталось несколько часов. Раздевайтесь и ложитесь, – почти приказал я.

– Мы не венчаны, – возразил Хансен, и его невеста кивнула.

– Глупец! – закричал я. – Ты сможешь первый и последний раз в жизни познать женщину! А ты, – повернулся я к ней, – можешь забеременеть и родить ребенка от своего любимого, которого завтра расстреляют! Живо в постель! – и я направился к двери.

– Нет! – хором закричали они. – Это неправда! Вы лжете!

Я закрыл за собой дверь и ушел к себе. Выпил стакан шнапса и заснул.

Наутро погода была чудесная. Ни ветерка. Солнце. Море – как зеркало.

В домике никого не было.

Я очень устал, обыскивая остров, и прилег на теплую плоскую скалу. Я задремал, и мне приснилось, что на меня летят две огромные чайки.

Своими клювами они целились мне в глаза».

– Моя фамилия Хансен, – сказал молодой человек.

– Здесь каждый третий – Хансен! – ответил старик.

– Моя мать жива, а отец умер совсем недавно, – сказал молодой человек. – Они сумели добраться до шведского берега.

– Вряд ли, – сказал старик. – Эту красивую историю я выдумал. Парня я расстрелял в тот же день, а девушку отправил назад, едва она сошла с парома. «Извините, барышня, опоздали».

– Подлец, палач! – сказал молодой человек, вставая. – Поделом тебе!

– Ну, сам посуди, – сказал старик, вцепившись в его рукав, – ну какой я капитан королевской гвардии? Бывший столяр. А ослеп, потому что пил всякую дрянь. На хороший шнапс денег не хватало.

Молодой человек порылся в саквояже, достал пару монет и дал старику.

Тот поклонился и попросил довести его до трактира.