Человек как животное - Александр Никонов

Хвост — это сигнал.

Сигнал может нести смысловую нагрузку, то есть свидетельствовать о здоровье и выживательных преимуществах особи, а может и не нести. Я бы назвал такой сигнал вырожденным, пустым. Но такое встречается! Появившись, как это всегда и бывает, по воле случая, пустой сигнал начинает развиваться, как мода, которая вдруг вспыхивает просто потому, что это нравится. А уж потом на этот биологический сигнал садится и положительная нагрузка.

Почему это происходит и какая нагрузка?

Давайте разберемся. В ситуации, когда моржиха выбирает самого здоровенного и потому сильного самца, все понятно — здесь внешний сигнал совпадает с чисто приспособительными преимуществами: ей просто тупо нравится самый здоровый. А что в случае с пустым сигналом? Ну вот люб самкам пышный хвост! Но он же бесполезен! Или уже нет?

Как рассуждает самка: «Если я трахнусь с тем самцом, от которого балдеют все самки, мои сыночки вырастут такими же красивыми, как папа, и будут пользоваться у глупых баб успехом. А значит, мои шансы передать свои гены в будущее вырастут! А вот если я, как полная дура, отдамся страшненькому с коротким хвостом, у меня и дети будут страшненькие, как чертенята. Соответственно, у моих сыночков будут проблемы с поиском баб, которые все предпочитают пышнохвостых красавцев. И значит, мои шансы передать в будущее свои гены исчезающе малы. Правильно я рассуждаю?»

Хотя постойте… Курица — создание глупое, и так умно рассуждать не может. Она даже в школе плохо училась и наверняка уроки по генетике прокурила на крылечке. Значит, курицей движут не рассуждения. А зов природы. Инстинкт. То есть генетически передаваемая программа.

Иными словами, курица имеет ген, который заставляет ее предпочитать большехвостых. Этот ген ей передался от родителей. И если теперь она без всяких вышеприведенных рассуждений предпочтет самца с красивым хвостом, ее доченьки тоже поимеют ген любви к большехвостым, а сыночки — большой хвост, на который будут клевать курочки.

Таким образом, свойство любви к большехвостым, однажды возникшее в результате мутации и приобретшее в результате случайного стечения обстоятельств небольшое статистическое преимущество, дальше начинает уже воспроизводить само себя. Курочки предпочитают большехвостых, и те передают свой ген большехвостости в будущее.

С длинным членом у человеческих самцов ситуация схожая. Когда-то, во времена животного промискуитета, у наших предков длинный член имел соревновательные преимущества, доставляя генетический материал непосредственно к «месту потребления», минуя бредущих пешком солдат противника. Потом, по мере перехода к моногамии, признак «длинночленности» не утерялся, поскольку воспроизводил уже сам себя: вид наш гиперсексуальный, очень озабоченный, и самки предпочитали «павлинов» с длинным «хвостом».

И не только длинный хвост и прекрасный член были, видимо, фактором отбора для человечьих самок. Но и чувство юмора. Причем юмор, возможно, был как раз одним из основных «очеловечивающих» факторов, поскольку прекрасно коррелирует с интеллектом.

Чувство юмора — один из сильных факторов сексуальной привлекательности. Что неудивительно: смех (от щекотки, от веселой игры) — свидетельство животного удовольствия. И юмор тоже вызывает смех. А тяга животных к удовольствиям известна, поэтому юмор и сопутствующий ему смех присущи всем высокоорганизованным животным, которые достаточно интеллектуальны, чтобы раскусить нелепую, но неопасную ситуацию. Очень любят смеяться крысы[5], дельфины, собаки, птицы, слоны… И приматам смех присущ не меньше. Поэтому чувство юмора самым естественным образом располагает нас к человеку, который доставляет нам радость.

А вместе с юмором шествует интеллект, также являясь сексуально привлекательным. Проведенные психологические эксперименты этот факт доказали: самцовая особь нашего вида, пытаясь произвести впечатление на самку, старается выглядеть умнее — например, повышает частотность употребления редких и заумных слов и выражений. Что ученые безошибочно классифицировали как сексуальную демонстрацию.

Для человека пыжиться умом перед самкой то же самое, что павлину распускать хвост. Примечательно, что самки ведут себя прямо противоположным способом: девушки, пытаясь произвести впечатление на понравившегося парня, намеренно упрощают речь, снижая частотность употребления сложных слов и выражений. Тем самым они как бы пригибаются перед мощью самца, давая тем самым вполне ясный знак.

Возникает вопрос: а зачем вообще самкам нашего вида производить впечатление на самца, если самец доминантен и может взять любую самку по выбору?

Это не так. Биологами давно замечено: выбирают не только самцы, но и самки. С точки зрения природы, это правильно: в конце концов, ведь именно на самке лежит главная ответственность за потомство. А самец что — две минуты удовольствия, и свободен… Иными словами, самки могут дать, а могут не дать — убежать, начать драться, укусить… Таким образом, самцы делают первоначальный выбор, а самки занимаются «точной подстройкой». Правда, им при этом приходится выбирать только из тех самцов, которые выбрали их.

Наши женщины часто жалуются (друг другу и своим мамам, то есть нашим тещам), что муж мало времени уделяет ребенку. Девушки! Это совершенно естественно, ничуть не удивительно и также является видовым признаком. Зато вы имеет право отказать первому встречному самцу в близости! Биологами давно отмечено, что окончательный выбор брачного партнера осуществляется тем полом, который вкладывает в потомство больше ресурсов. По понятным причинам этим полом, как правило, оказывается женский. Соответственно, у нас все так устроено, что самцы всячески преподносят себя самке, а та уже делает окончательный выбор на основе их презентаций. И на «страницах» этих презентаций немалую долю занимают графики интеллекта и рисунки юмора.