Шаги навстречу - Кевин Алан Милн

Энн улыбается:

— Спасибо, спасибо, спасибо.

Мне тоже необходимо быстро заработать очки.

— Энн, я рад, что ты сняла брекеты. Без них ты выглядишь значительно лучше.

— Спасибо, Кейд, твои слова так много для меня значат.

— И, — продолжаю я, пока меня не перебила Бри, — ты отлично плаваешь. Мне всегда нравилось смотреть, как ты выступаешь на соревнованиях, до того как… ну, ты понимаешь… И я буду просто счастлив, когда ты получишь новое сердце, потому что ты действительно добрая и все такое. Я не хочу, чтобы что-нибудь с тобой случилось.

— Ой, спасибо, парень.

Я добавляю себе еще несколько очков, решив, что их достаточно, чтобы выравнять счет.

— И Бри, у тебя еще минус три очка за то, что сняла моих три очка, и минус еще одно за то, что накричала на меня, и еще одно за то, что назвала «тупым».

— Я сказала: «Тупица Труляля», — рявкает она. — И по твоему поведению вижу, что не ошиблась.

— Отлично, — говорю я. — Минус еще одно.

Мы с Бри еще несколько минут отнимаем друг у друга очки в бесконечном порочном круге. Время от времени мы останавливаемся и отвешиваем Энн комплименты, но мы оба тут же перечеркиваем «очки за вежливость». Подсчет становится запутанным, потому что я не знаю, сколько именно в целом Бри отняла у меня очков, но, судя по моим пометкам в блокноте, мы оба приближаемся к отметке пятьдесят.

В это время из-за стола встает Энн, неимоверно счастливая от того, как прошли первые пять минут игры.

— Люблю, когда все складывается так, как запланировано, — говорит она.

Мы с Бри тут же умолкаем.

— Ты о чем? — удивляется Бри.

— Ни о чем.

— Даже если мы немного и отстаем, — отвечаю я, — ты, Энн, еще ни одного очка не заработала.

— Неужели? — она поспешно открывает блокнот и быстро ставит колонку палочек.

— Ты не сказала нам ни одного приятного слова! — восклицает Бри. — За что ты ставишь себя очки?

Она опускает глаза и произносит:

— За любезность. Всякий раз, когда вы говорили мне что-то приятное, я вас благодарила. Я отвечала «спасибо», была крайне вежливой — самое приятное, что можно сделать. — Она глубоко и горделиво вздыхает, потом добавляет с усмешкой: — Мы только-только начали, а я уже знаю, кто на этой неделе выиграет. И это будет не один из вас.

Мы с Бри переглядываемся, а потом смотрим на маму.

— Неужели она получит очки просто за то, что скажет «спасибо»? — спрашивает Бри.

— Ну… это было очень мило с ее стороны.

— Отлично, — бормочет Бри, — я отнимаю у нее одно очко за злорадство.

— Хорошо, сестренка, — отвечает Энн сладким голоском. — Если тебя это порадует — я готова пожертвовать ради тебя одним очком. И не стану отнимать у тебя очки в ответ… потому что это будет некрасиво с моей стороны. — Она радостно улыбается и добавляет: — Кстати, вы, ребята, такие милые, когда ссоритесь. Знаю, что с моей стороны очень любезно так сказать, но считайте это бесплатным дополнением.

— Честно признаться, не так мне все это виделось, — признается мама. — Кейд, Бри, не стоит заранее выбрасывать белый флаг. Впереди целая неделя. Соберитесь и все наверстаете.

Я киваю, но почему-то у меня такое чувство, что мама ошибается и сама знает об этом.

Остаток дня мы с Бри продолжаем расхаживать повсюду, выискивая то, что из сказанного и сделанного другим нам придется не по нраву.

Честно признаюсь, очень тяжело постоянно мириться с ее злобными взглядами — и с еще более злобными словами, но я старюсь изо всех сил, пока не ложусь спать.

Следующим утром за завтраком я отнимаю у Бри очко за то, что она слишком громко чавкала своими хлопьями — по моему мнению, сестра делает это намеренно, чтобы позлить меня.

После завтрака она отнимает у меня очко за то, что случайно пролил на нее воду, когда мыл тарелку.

Потом я отнимаю у нее очко за то, что перебила меня, когда я разговаривал с мамой.

Она отнимает у меня очко за то, что слишком долго сидел в ванной.

Еще одно очко снимаю у нее за то, что не извиняется, когда отрыгивает.

Она снимает очко за то, что я пукаю.

И так далее, и тому подобное.

К концу второго дня Бри сдается.

— Мам, не работает, — жалуется она у мамы в комнате. — Посмотри на меня и Кейда, — продолжает она. — Мне кажется, что мы даже еще больше стали ссориться. Я настолько отстаю от Энн, что мне никогда не выиграть этой глупой игры.

— А что же Энн делает такого, чего не делаете вы? С тех пор как началась игра, она постоянно находится в приподнятом настроении, а у нее меньше всего причин радоваться.

— Не знаю.

— Тогда давайте выясним. Я пока еще не готова сдаваться. — Через несколько секунд мама выходит из спальни в пижаме и кричит наверх: — Энн! Можешь спуститься на секунду?

Через минуту на лестнице показывается Энн.

— В чем дело, милая мамочка? — с улыбкой спрашивает она тем же сладким голоском.

Мама улыбается, качает головой:

— Что на тебя нашло?

— Ничего. А что?

— Я просто хочу посмотреть твой блокнот с подсчетами.

— Зачем?

— Хочу посмотреть, сколько очков ты сняла у Кейда и Бри.

Энн опять улыбается и протягивает блокнот. Мама переворачивает страницу, тут же поднимает взгляд на старшую дочь, ее губы растягиваются в легкой улыбке.

— Очень интересно.

— Что там? — спрашиваю я.

Она прямо не отвечает, а велит:

— Кейд и Бри, дайте мне ваши блокноты и садитесь. — Она поочередно открывает блокноты и вырывает вторую страницу, комкает их и швыряет на пол. Потом кивает на Энн: — Не хочешь рассказать нам, почему не отняла у брата с сестрой ни одного очка?

Мы с Бри виновато переглядываемся, а Энн произносит:

— Собиралась, но потом увидела, как быстро Кейд и Бри теряют очки, и поняла, что это шанс. Простая математика. Я решила, что, если не отвечать на их грубость еще большей грубостью, они не смогут снимать с меня очки и я всегда буду оставаться в лидерах. Пока все удается. — Она по-прежнему глупо улыбается.

Мама продолжает расспрашивать дальше:

— Объясни, почему ты внезапно стала такой счастливой? Пару дней назад ты была довольно кислой.

Энн пожимает плечами:

— А почему бы мне не радоваться? Бри с Кейдом продолжают отвешивать мне прекрасные комплименты. Даже если говорят и не искренне, все равно это изменение в приятную сторону.