Девушка со шрамом. История неправильного человека - Анна (Фрида) Бергстрем

Поезд метро останавливается. Гигантский дракон выпускает из пасти сотню маленьких суетящихся человечков. Океан времени переливает свои капли все быстрее, когда бег усиливает спешка.

Подъезд со знакомой вывеской. Тяжелая дверь. Улыбчивый охранник на входе.

– Привет, Макс! Как дела, друг? Выспался после вчерашней смены?

– Все пучком, Фрида! Опять опаздываешь, хулиганка? Ничего, запишу время твоего прихода чуть раньше, чтобы менеджер тебя снова не штрафанул.

– Макс, с меня шампанское. Спасибо, дорогой!

Я обещаю, наконец, завязать с раздолбайством.

Чмокнув в щеку самого сердобольного охранника, который всегда прикрывает мои косяки по части дисциплины, я бегу на ненавистную репетицию шоу-программы.

Я очень люблю танцевать. Но только не номера, которые ставит наш хореограф! В отличие от педагога по шестовому стриптизу, постановщик шоу в моем клубе оказался на редкость нетворческим созданием. Приехавший черт знает откуда, он знает о танцах меньше, чем наш повар Петя, который недавно так выплясывал на кухне, что разбил бутылку с дорогущим коньяком. Номера у нашего хореографа пошлые и тупые, а музыка, которую он выбирает, напоминает отборную попсу в стиле сельских дискотек. Интеллекта или красоты в его сомнительном искусстве тоже не наблюдается.

Народное творчество в тяжелой форме, корпоративный колхоз-стайл… Пожалуй, так точнее всего можно описать результат работы нашего чудо-гения.

– Пускай менеджер грозится меня уволить, но участвовать в этом позоре ниже всякого достоинства! – жалуюсь я Пантере, подбивая подругу отказаться от участия в шоу-программе.

– Зая, я тоже не в восторге, но может, эти номера помогут нам зарабатывать чуть больше?

– К черту деньги! Ты думаешь, играть на сцене роль презерватива – нормально?

– Согласна. Это дебильно. Но в прошлый раз он меня вообще заставил быть пиписькой…

– И чего ты ждешь на этот раз, я не понимаю?

– Ну… Не знаю… Люди вроде как смеются…

– Дорогая моя, они смеются не потому, что им смешно, они насмехаются над этим идиотизмом!

– Ну и что мы можем сделать?

– Свою шоу-программу как минимум!

– Ой, Зая, вдруг это плохо закончится…

– А сейчас, по-твоему, у нас все хорошо?

– Зая, ну потерпи, пять минут позора – и у нас хотя бы на тысячу больше…

– Спасибо, я выхожу на сцену не для этого.

– Коровы мои, хватит трепаться! Перерыв окончен!

Хореограф командует начинать новый прогон. Попытка найти поддержку в лице Пантеры досадно провалилась. Эта провинциальная дурочка живет исключительно мыслями о деньгах. Даже участие в номерах, унижающих достоинство женщины, не смущает ее… Что ж, возможно, у нее есть свои причины жертвовать своей гордостью ради денег. Опять придется справляться с трудностями в одиночку. Ну, ничего. Я выкручусь.

Хореограф до того меня достал, что я даже не могу расслабиться в выходной. В моей постели лежит обнаженным самый красивый мужчина на земле, но мне, увы, совсем не до секса…

– Ты такая зажаааатая, – ставит диагноз мой любимый метросексуал, отчаявшись завести меня.

В красках расписываю ему ситуацию. Нервно прикуриваю сигарету. Отпиваю шампанского прямо из горла. Плачусь в жилетку, как лучшей подруге. Начинаю истерить. Умоляю дать совет, как бороться с хамством. Прошу помочь мне придумать способ проучить невоспитанного хореографа. Закончив свой эмоциональный монолог, смотрю в ясные глаза моего божественного любовника. Всем сердцем жажду поддержки. Изящно откинув с красивого лба блестящую прядь волос, мистер Вселенная изрекает:

– Милая, ты же у меня такая придуууумщица… Ну, придууумай что-нибудь…

В сердцах обливаю метросексуала шампанским. Хлопаю дверью и ухожу рыдать в ванную. Я на пределе. Это край… Из последних сил заставляю себя собраться. Я должна быть сильной. Сама за себя. Одна против всех. Я справлюсь. У меня нет выхода.

– Зачем что-то вытанцовывать? Пьяные мужики и так купятся на ваши сиськи! – призывает нас недалекий быдлан. Он снова щелкает семечки, будто сидит на завалинке, а не ставит танец в ночном клубе, и тупо смеется во весь огромный рот.

Хотела бы я знать, кто и зачем взял на должность хореографа этого идиота! В его поведении угадывается бестолковый иногородний, который, едва приехав в Москву, почувствовал себя богом, и забыл, что еще вчера убирал говно за коровами…

– Фрида, ты чего паришься, я не понимаю? Танцуешь ты, конечно, хреново, но зачем тебе думать о танцах? С твоими ногами от ушей можно разорить на бабло любого олигарха. Лучше подрежь ирокез, детка! Мужчины любят стильных телок! – учит меня жизни рязанский гопник.

– Да, да, конечно, я сделаю, все, что ты говоришь! – отвечаю я нашему хореографу, почти в открытую издеваясь над его самомнением.

– Ну что, детка, ты готова признать, что мое шоу гениально? – с чувством превосходства спрашивает обольститель сельских баб.

– О да! Это настоящее высокое искусство! Я недостойна участвовать в нем… – отвечаю я, улыбаясь самой обаятельной своей улыбкой, и мысленно добавляю: «У меня есть для тебя кое-что на десерт. Посмотрим, как ты заговоришь после этого».

Друзья всегда верили в меня. Они убеждали никогда не сдаваться. Даже когда руки опускаются, а справедливость не на моей стороне. Именно вера друзей и близких, помноженная на готовность идти к цели, были проверенными средствами выживания. Надеюсь, получится и в этот раз…

На часах с красной подсветкой загораются два нуля. Полночь. Немного поддатый диджей игриво объявляет о начале специальной шоу-программы. Сисястые девицы радостно разыгрывают конфликт пиписьки и презерватива, в надежде, что после этого на них свалится миллион. Высокое искусство нашего хореографа просто вне конкуренции… Хорошо, что я не участвую в этом ужасе.

Вздутая жилка на правом виске, жесткий взгляд и сжатые ладони выдают состояние человека, идущего против течения. Лучше вызывать огонь на себя, чем малодушно прикрываться массовкой.

Хочется надеяться, что сейчас я не выгляжу той наивной Чебурашкой, какой была, едва начав работать в стрип-клубе. Иначе миссия открыть для других нереальную вселенную провалится, умножая на ноль все стремления. Сбивчивые мысли похожи на молитву, озвученную убыстренным пульсом.

Время начинает обратный отсчет… Бесконечность мыслей, оставленных за спиной, сжимается в крошечную точку. Похоже, я готова.

Переступая порог сцены, чувствую на себе все взгляды зала, вдоль позвоночника пробегает электрический ток волнения…

Сдержанное интро таинственно предупреждает, что зрителям предстоит увидеть нечто особенное. Начинается сказка о том, как причудливая красота спасла мир…

Раз… Два… Приглушенное освещение. Сценический дым. Тревожные вспышки стробоскопа. Футуристический костюм.