Место, где зимуют бабочки - Мэри Элис Монро

Продавец, плотный коротышка с глазами-бусинками, в туго облегающем костюме, который явно был ему тесноват, улыбнулся и молча подвел ее к седану средних размеров. Эсперанса взглянула на цену, проставленную на табличке, и отрицательно покачала головой:

– Нет, эта мне не по карману. Не могли бы вы показать мне что-нибудь более… – Она запнулась, не желая произносить вслух «дешевое». – Что-нибудь более… приемлемое, – нашла она в конце концов нужное английское слово.

– С удовольствием, – ответствовал продавец, хотя улыбка его стала не столь радушной. Он отвел ее в самый дальний угол стоянки. Цены там и правда были не такими кусачими. Эсперанса подошла к одной из моделей – это был «Форд» – и заглянула в салон.

– Отличный выбор. У вас хороший вкус, мадам, – похвалил ее продавец.

– Я ничего не смыслю в автомобилях…

– Тогда позвольте полюбопытствовать: зачем вам машина?

«Безмозглый тупица!» – мысленно взвилась Эсперанса, но вслух бросила лишь короткое:

– Нужно.

– То есть вы действительно собираетесь приобрести автомобиль, мадам? Или просто так пришли оттянуться? Убить, так сказать, время?

Эсперанса не совсем поняла – что он хотел сказать этим своим «оттянуться»? Но промолчала и медленно двинулась по оставшимся непросмотренными рядам. Удручающее зрелище. Каждый очередной экземпляр хуже предыдущего. Настроение у нее упало. Вряд ли она найдет здесь то, что ей надо. И в этот момент увидела машину – да, вот такая ей и нужна.

Видавший виды «Фольксваген» ярко-оранжевого цвета был точь-в-точь как та машина, которую Луис, ее первый муж, нашел однажды брошенной на шоссе, у обочины. Отремонтировав развалину на колесах, он возродил ее к жизни и научил Эсперансу вождению. Они вместе гоняли по пыльным проселочным дорогам, и муж показывал ей, как нужно управляться со сцеплением и как правильно и в какой момент переключать скорости.

– Вам нравится? – услышала она у себя за спиной изумленное. – Ну, не знаю. Может, поищем модель с автоматической передачей?

– Нет, – отрезала она, впервые за долгое время почувствовав себя так, будто судьба ей улыбнулась. – Я беру эту.

Луз Авила бросила взгляд на улицу сквозь задымленное стекло большого окна – их в цеху было несколько. Все небо затянуто свинцовыми облаками. Она стащила резинку, скреплявшую в конский хвост ее волосы, и энергично потрясла головой. Густая волна длинных черных волос хлынула по плечам. Она быстро натянула на себя жакет из коричневого вельвета и пристроилась в конец очереди. Люди медленно, по одному, продвигались к выходу, терпеливо ожидая, когда в пропуске отобьют точное время ухода с работы. Но, дай им волю, подумала Луз, все они ринулись бы сейчас гурьбой через проходную.

– Какие планы на вечер? – поинтересовалась у нее Дана, стоявшая сзади. Она всего лишь на год старше Луз, но успела побывать замужем и развестись. Волосы, короткая стрижка ежиком, неестественно рыже-красного цвета. А еще Дана большой любитель поэкспериментировать с тенями для глаз: предпочтение отдается густым зеленым и синим оттенкам. – Мы тут с девчонками собираемся закатиться в какой-нибудь кабак. Давай с нами!

Луз отрицательно мотнула головой. Едва ли Дана поймет ее. Ведь она экономит каждый доллар, чтобы побыстрее окончить колледж. К тому же едва ли ее старорежимная бабушка-мексиканка с весьма консервативными взглядами одобрительно отнесется к такому времяпрепровождению. Как это можно девушкам появляться в баре одним, без сопровождения кавалеров?

– Спасибо за приглашение. Но у меня другие планы.

– Тогда до завтра, – равнодушно пожала плечами Дана.

– До завтра, – устало бросила ей в ответ Луз.

В литейном цеху им всем платили неплохо, но Луз мучительно переживала ежедневное добровольное заточение в четырех стенах. Изо дня в день она торчит в этом замкнутом пространстве, а молодость, лучшая пора ее жизни, между тем стремительно улетает. И никаких перспектив. Ничего обнадеживающего.

Она вышла на улицу. Промозглый октябрьский ветер, смешанный с запахами промышленных выбросов, ударил в лицо. Запахло чем-то кислым. Луз недовольно поморщила нос и заторопилась на автостоянку, туда, где ее уже наверняка поджидал ее парень.

Едва увидев спешащую к нему Луз, Салли расплылся в широкой улыбке, которую не смог спрятать даже козырек его бейсболки. Салливан Гибсон. Типичный парень со Среднего Запада с немецко-ирландскими корнями, исключительно крестьянского происхождения: все его ближайшие родственники – фермеры. Кстати, это заметно по его внешности. Высокий, почти двухметрового роста, широкоплечий. Фанат баскетбола и пива. С дамами – всегда отменно учтив. Но вот Луз подошла ближе, и Салли распахнул дверцу в кабине своего грузовика. Быстрее в тепло! Не успела Луз вскарабкаться по высоким ступенькам, как стал накрапывать дождь.

– Только этого еще не хватало. – Луз тяжело вздохнула: – Ненавижу дождь.

– Хорошо, что еще не снег, – хмыкнул Салли.

Воздух в кабинке был спертым, сильно пахло сигаретным дымом. Пока Луз не удавалось отучить Салли от этой гадкой привычки. Она потянулась к нему, их губы встретились. В синих глазах Салли заполыхал огонь, словно он включил у себя внутри зажигание.

Да, под грубой рабочей спецовкой бьется горячее сердце нежного и заботливого мужчины. Салли работает в авторемонтной мастерской в Милуоки. У них совсем небольшой гараж, но репутация у мастерской отменная – чтобы попасть к ним, даже записываются в очередь. Салли был счастлив, когда его взяли туда на работу, но Луз, зная, какой он надежный, честный и работящий, полагала, что повезло, в общем, не столько Салли, сколько мастерской, которая обзавелась таким ценным и безотказным работником. И действительно, Салли очень скоро оброс собственной клиентурой. Заработки были хорошими, грех жаловаться, на горизонте маячило очередное денежное повышение и возможное продвижение по службе. Если все так и пойдет, в непродолжительном времени он сумеет осуществить главную мечту жизни – обзавестись своей мастерской. А сейчас он вполне готов к тому, чтобы остепениться, привести к себе в дом жену и создать семью. Материально он может себе это позволить. Луз встречалась с Салли уже три года, за это время он успел превратиться для нее в самую надежную в мире гавань и в самого главного ее защитника. Салли приобнял ее сильной рукой за плечи и притянул к себе, другой рукой включил зажигание, и они выехали со стоянки.

Каждый день Салли встречал Луз после работы и отвозил ее домой, в южную часть города. Вот и сегодня он притормозил возле скромного домика, издали похожего на букву «А». Типичное бунгало, одно из многих, какими застроен этот небогатый район, заселенный в основном испаноговорящими жителями. Здешняя публика, судя по затрапезному виду домов, не имела лишних денег на ремонт фасадов, а муниципальные власти не особенно интересовались состоянием тротуаров и проезжей части. Радовали глаз лишь обильно цветущие герани у входа в дома да аккуратно подстриженные зеленые изгороди из кустарников. Кое-где возле крыльца стояли велосипеды, прикованные на замок к поручням. Кое-где на газонах валялись футбольные мячи. Все рядом, все живут друг от друга на расстоянии вытянутой руки.