Скучаю по тебе - Кейт Эберлен

– Ты в порядке, чувак?

Коренастый парень в футболке, на которой было написано «Веселый Музыкант», стоял в дверях кухни с мотком кабеля в руках.

– Не знаешь, где тут можно подключиться?

– По-моему, в шатре есть распорядитель свадьбы, – сказал я, стараясь не нарушать протокола.

– Да там никого, кроме флористов, чувак!

– Погоди…

Я позвал Хелен.

– Да господи боже мой! – воскликнула она, сбегая по лестнице в шелковых бледно-голубых туфлях в тон платью. Она быстро вывела парня на улицу и вернулась через пару минут.

– Не понимаю, зачем нам вообще распорядитель, если все приходится делать самой!

– Ты просто справляешься с этим бедламом лучше всех, – заметил я.

Скажи я такое Люси, и она приняла бы это за похвалу. Но те же слова, сказанные в адрес Хелен, звучали как грубая лесть.

Она выглянула через окошко входной двери.

– Флористам придется убрать от входа свои фургоны до приезда гостей, – проговорила она.

– Хочешь, я им скажу?

Она смерила меня холодным взглядом:

– А ты разве не должен быть шафером на свадьбе?

– Вроде да.

– Тогда почему ты еще не в церкви?

– Я думал, что поеду туда с Люси.

– Для тебя не хватит места в машине с подружками невесты. И поехать в машине невесты ты тоже не можешь. Тебе нужно было отправиться с папой и бабулей, – сказала она.

– Ну тогда я пойду, пожалуй?

– Вообще-то это неблизко…

– Ничего, я успею, – сказал я, не желая причинять лишних хлопот. Но когда мимо меня проехал винтажный «Роллс-Ройс» невесты Пиппы, я понял, что недооценил силы и расстояние.

Трудно не привлекать к себе внимание, если в тебе почти два метра роста и ты во фраке мчишься галопом по улице, держа цилиндр в руках. Когда я наконец прибежал в церковь, Люси и Хелен готовы были меня слопать от злости, а Пиппа расхохоталась:

– Как предусмотрительно с твоей стороны, Гус. Я так боялась, что ты опоздаешь, что перестала волноваться обо всем остальном!

– Прости, пожалуйста, – пробормотал я. – Кстати, ты сегодня роскошно выглядишь.

В обычном состоянии я бы не осмелился сказать «роскошно» в адрес Пиппы, потому что это было немного фамильярно, но я совсем запыхался и не думал, что говорю. А выглядела она действительно шикарно.

В церкви было прохладно, но у меня по вискам стекали капли пота, а рубашка прилипла к спине под фраком. Увидев впереди Ники, я заметил, что она машет мне и жестами пытается что-то сказать. Но тут грянул орган, и я понял, что Пиппа под руку с отцом стоит прямо позади меня, а я мешаю им пройти. Теперь все гости смотрели на меня, и я быстро нырнул на скамейку одного из задних рядов.

Когда процессия проходила мимо, я смотрел на хрупкую фигурку Пиппы, которая крепко держалась за руку отца. Люси кинула на меня недобрый взгляд, а Хелен даже не повернулась в мою сторону. В своих бледно-голубых платьях с высокой талией, идущие вместе с гордым отцом, они были похожи на кинозвезд. У алтаря стоял Грег со своим братом-близнецом Джефом. Оба были огромными и в высоту, и в ширину. Я даже подумал, что для Пиппы не хватит места у алтаря, но тут Джеф отступил в сторону.

В семье считали, что Грег отлично подходит для Пиппы. Она познакомилась с ним в интернатуре в Канаде. Румяный и крепкий, «легко можно представить, что он победил бы медведя в рукопашной», сказал я Люси несколько месяцев назад, когда у них был банкет в честь помолвки. Грег обожал Пиппу, готов был носить ее на руках, и ей это нравилось. Хотя, будь на его месте англичанин такой же комплекции, Пиппа сочла бы его деревенским увальнем. Я решил, что, наверное, он в постели – просто тигр.

– Тебе он нравится? – спросила меня Люси.

– Не в моем вкусе, – манерно ответил я, и она захихикала.

Похоже, все прежние парни Пиппы были подонки, все как на подбор. Один даже оказался конченым наркоманом. Так что семья вздохнула с облегчением, когда она выбрала надежного человека, способного о ней позаботиться. Но когда я слушал, как она произносит клятву верности, с легким смешком, словно не принимая эти слова всерьез, то не мог прогнать мысль о том, как наутро она проснется в постели рядом с этим Халком и ужаснется тому, что наделала.

Пока невеста, жених, шафер и родители молодоженов подписывали брачные документы, мне удалось проскользнуть к Люси.

– Правда, красиво? – спросила она меня, и лицо ее вдруг из романтического стало тревожным. – У тебя нет цветка в петлице!

Тут зазвонили колокола, орган заиграл марш Мендельсона, и церемония, на которую были потрачены месяцы приготовлений, закончилась. Хотя впереди еще, конечно, была официальная фотосессия, целый альбом фотографий в обязательных позах.

Сначала – семья невесты. Тут для меня был слегка неловкий момент, потому что ни мне, ни Люси было непонятно, включает ли семья меня. Джеймс, муж Хелен, и его дочери были в составе семьи невесты, конечно. После нескольких кадров, сделанных без меня, Ники крикнула:

– Гус, иди к нам. Может ему кто-нибудь одолжить бутоньерку, пожалуйста?

Потом была серия снимков с семьей жениха. Они вчетвером заняли на ступенях церкви столько же места, сколько понадобилось нам девятерым. Потом подружки невесты. Невеста с подружками – маленькими и взрослыми. Потом отдельно невеста со взрослыми подружками, приподняв подолы платьев, чтобы была видна голубая подвязка Пиппы. И наконец, дружки жениха – в смокингах, в едином «внезапном» порыве бросающие вверх свои цилиндры.

– Зачем бросать цилиндры? – спросил я Джеймса, когда мы ехали обратно к дому.

– Думаю, это единственное применение цилиндру, которое люди смогли придумать, – ответил он.

На газоне перед входом в дом был накрыт приветственный фуршет с шампанским. Молодые сделали серию фотографий с тортом.

Я не мог не заметить, что стал объектом всеобщего внимания родственников Люси. Они то и дело подходили ко мне, чтобы оценить мой рост.

– Так ты, значит, Гус? Ого, ну и высок же ты, парень!

– Вместе с цилиндром выше двух метров!

– А ты тоже медик?

– Да.

– Здорово!

Никто открыто не спросил, будет ли наша свадьба следующей, но было очевидно, что все взвешивают эту мысль в голове и одобрительно улыбаются.

В шатре нас посадили за главный стол. Нам налили белого вина. Я сначала опустошил свой, затем выпил бокал Люси и только потом пошел к шведскому столу за едой. От похмелья и недосыпания меня мучила жажда, и я, вместо того чтобы пить воду, накачивался вином. К тому моменту, когда пришла пора говорить тосты, я был уже порядком пьян.

Папа Люси говорил о том, что Пиппа была самой непредсказуемой из дочерей. Если он хотел предупредить об этом Грега, то, пожалуй, теперь было уже поздно. Грег говорил в основном о Канаде и о том, как ему не терпится показать жене все богатства своей страны. Они с братом оба прицепили на лацканы пиджаков маленькие значки в форме кленового листа, почти как американские президенты, которые всегда носят на лацкане свой звездчатый флаг.