Власть - Николай Стариков

Слаб человек, слаб. И сегодня ему, этому рядовому мировому потребителю, мировые банкиры рисуют проекцию будущего. Не учись, откажись от морали, возьми кредит. Ты достоин большего, каждый день ты достоин все большего. Просто по праву рождения. Ты ведь человек, а у человека есть права и совершенно нет обязанностей. Ведь общепризнанные «Права человека» написаны в виде связного текста, а «Обязанности человека» до сих пор никто не написал. А значит, их и нет, есть одни права. Пропаганда проекции будущего, в котором человек — только потребитель, идет полным ходом. В этой проекции одни удовольствия, в ней нет работы. Уже почти нет семьи — еще немного, и в этом будущем не останется места детям. Зачем дети? Ведь от них одни расходы! Зачем тебе учиться, ведь в Википедии уже все есть! Не волнуйся, набери на гаджете и все прочитаешь. Зачем все это держать в голове? Возьми кредит и купи то, что ты хочешь. А хочешь ты то, что мы тебе будем рекламировать…

Очень сложно устоять перед такой проекцией будущего, и многие перед ней не устоят. Ну как тут не вспомнить Достоевского с его великим «Тварь ли я дрожащая или право имею». Время идет вперед, и то, что для Родиона Раскольникова было вопросом, для сегодняшних и особенно для завтрашних поколений уже подается как готовый ответ. Тварь ли я дрожащая или право имею? Конечно, имеешь право! Ты этого достоин. Не откажи себе…

Поездка на дачу. Ложный путь. Поворот в никуда. Так мы до дачи не доедем…

И вот уже в Великобритании готовятся разрешить менять пол. Детям. Выписывать девятилетним препараты, тормозящие их половое развитие. Пока малыши не определятся…

«Первые дети, которым уже давали препараты, чтобы блокировать выработку половых гормонов, в Британии уже есть: этот эксперимент шел в одной из клиник на севере Лондона. Никаких имен, конечно, не называется, но известно, что инъекции вводили детям, которые имели проблемы с определением, кто они: мальчики или девочки? Им делали ежемесячные инъекции блокаторов гипоталамуса, у них замедлился процесс формирования половых органов: у мальчиков перестал ломаться голос, у девочек перестали развиваться молочные железы. Этот эксперимент признали удачным. И вот британская пресса сообщает, что теперь этот эксперимент хотят расширить».[149]

Под прикрытием множества слов о «свободе» и «демократии» на Западе существует жесткое форматирование информационного, политического и экономического поля. Свои дорожные знаки здесь тщательно оберегают и никому перевешивать их не дают. И вот уже британский регулятор СМИ Ofcom выносит предупреждение нашему каналу Russia Today. За нарушение критериев беспристрастности.[150]А кто составляет эти критерии? Государственная компания Ofcom. Она может даже отозвать лицензии у СМИ, завершив их работу за нарушение таких размытых требований. Равные возможности для всех в экономике на деле оказываются препонами для российских компаний. Нам отказываются продавать технологии, готовые продукты, доли в западных компаниях стратегических направлений. Если это не управление социальными процессами, то что? Но, жестко контролируя и влияя на все важные социальные процессы внутри своих стран, нам западные политики предлагают совершенно иной вариант. Прямо по Льву Толстому — непротивление государства тому внутри себя, что оно имеет полное право считать опасным и недопустимым.

Либерализм направляется странами Запада на экспорт, потому что они хотят уничтожить суверенность государств как источника власти. Здесь ведь все очень просто. Управляешь — власть, не управляешь — не власть. У себя они управляют — нет никакого плюрализма ни в вопросах истории, ни в вопросах религии. Попробуйте написать на Западе книгу о Сталине, где не будете поливать его грязью — выключат из эфира, отправят на задворки науки. Ни гонораров, ни известности, ни трибуны в СМИ. Опубликуйте работу о том, что СССР внес главный вклад в победу над фашизмом. Попытайтесь высказаться против браков гомосексуалистов, в то время когда их начали женить, — и вы уже нерукопожатный. Но почему? Ведь может же быть несколько точек зрения? Так нам говорит либерализм. Все верно — может. Но только не внутри Запада. Внутри России, Китая — чем больше, тем лучше. Вы, кстати, замечали, насколько недемократичны главные «демократы»? Я имею в виду представителей российских либеральных партий, совестливых блогеров и «реформаторов» на пенсии. Это они придумывают обидные прозвища для патриотов: «анчоусы», «быдло». В этом они неоригинальны и отличаются от «украинских коллег» только одним: у российских либералов нет возможности убивать инакомыслящих…

Наши западные «партнеры» внимательно следят за тем, чтобы у нас существовали разные точки зрения. Но если бы у наших «независимых журналистов» была действительно иная точка зрения! Так ведь нет — они просто врут. А государство и общество не могут обязать их говорить правду — это нарушение свободы слова. Различия в точках зрения, одна из которых очень часто искусственна и лжива, нужны для того, чтобы государство не могло управлять социальными процессами. Оно же должно это делать, чтобы сохраниться, чтобы развиваться, чтобы быть властью. Отсюда, кстати, такие странные явления в средствах массовой информации, как бесконечные дискуссии на разные темы. Нам это навязывается, чтобы наше государство теряло контроль над социальными процессами и его могло осуществлять другое государство. Но мы не видим и не замечаем, что под видом «дискуссий» всегда происходит один и тот же процесс. Все «дискуссии» двигаются от хорошего к плохому. Берется какая-то тема, и в итоге «дискуссии» она дискредитируется и десакрализуется. Нет дискуссий на тему «Сталин — отец индустриализации», зато их масса на тему «сталинских репрессий» и «сталинского ГУЛАГА». Нет диспутов по вопросу «Служение и долг — священные обязанности каждого свободного гражданина», зато есть бессчетное количество дебатов о правах человека. «Дискутируя» об СССР, нам всегда говорят про дефицит продуктов, «узников совести» и невозможность поехать за рубеж. Ток-шоу о бесплатной медицине, качественном образовании, дешевых продуктах, имевшихся в Союзе, не хочет почему-то проводить ни один телеканал.