Внутренний порок - Томас Пинчон

Сержант кивнул.

— Вам в 318.

Наверху Йети — сегодня странно дёрганный, — казалось, извиняется за то, что у него нет кабинета, даже выгородки своей нет, хотя на самом деле в Убойном ни у кого их не было — все колобродились по единственной огромной комнате с двумя длинными столами, прикуривали одну от одной, пили кофе из бумажных стаканчиков, орали в телефонные трубки и посылали за тако, бургерами, жареной курицей и тому подобным, а половиной всего, что швыряли в мусорные корзины, промахивались, поэтому у пола под ногами была интересная текстура, коя, решил Док, некогда имела своим компонентом виниловую плитку.

— С учётом полупубличной среды вокруг, надеюсь, у тебя не очередной паранойяльный хипповский монолог в несокращенном виде — из тех, что мне, похоже, всё больше приходится выносить.

Как мог быстро, Док изложил всё, что знал про Дика Харлингена — якобы смертельную передозу, таинственное наполнение счетов Нади, Дик под видом агитатора на Никсоновском сборище. Ту часть, в которой он разговаривал с Диком лично, Док выпустил.

— Ещё один случай явного возрождения, — пожал плечами Йети, — материал, на первый взгляд, не для Убойного.

— Так… и кто тут у вас занимается возрождениями, чувак?

— Обычно Кидняцкий отдел.

— Значит ли это, что ПУЛА официально считает каждое возвращение с того света той или иной аферой?

— Не всегда. Могут удостоверение личности перепутать или подделать.

— Но не…

— Раз умер, значит, умер. Или мы о философии тут?

Док закурил «Холодок», порылся у себя в сумке с бахромой и вытащил фотопортрет Дика Харлингена работы Дениса.

— Это что ещё? Ещё один рок-н-ролльный оркестр? Да мои детки такое даже на стенку себе не прибьют.

— Вот этот вот — обсуждаемый жмурик и есть.

— А… напомни-ка мне ещё разок, почему мне на это не насрать?

— Он стучал в Управление, не говоря про каких-то патриотических уёбков под названием «Бдящая Калифорния», которые, вероятно, участвовали в набеге на «Жилмассив «Вид на канал»», — ты же помнишь это местечко, такие детки-милашки там в бассейны прыгают и всё такое?

— Ладно. — Йети ещё разок глянул на снимок. — Знаешь чего? Я лично всё это проверю.

— Но, Йети, это же на тебя совсем не похоже, — подколол Док, — дело — висяк, если разбираться, где тут слава?

— Иногда всё упирается в то, что это правильно, — ответил Йети, лицемерно трепеща ресницами.

Он поманил Дока в задний коридор, а оттуда в подсобку.

— Надо бы заглянуть на минутку в эту морозилку. — Модель для профессиональной патологоанатомии, на один труп, довольно неновая, передали по наследству от криминалистов, и Док, рассчитывая увидеть внутри какие-то части тел, оставшиеся от зверских убийств, с удивлением вместо них узрел несколько сот замороженных бананов в шоколаде.

— Даже на минуту не допускай мысли, что у меня ностальгия по пляжной жизни, — быстренько воспротивился Йети. — Это пагубная привычка, раньше я её отрицал, а терапевт говорит, что у меня налицо замечательный прогресс. Прошу — угощайся, не отказывай себе. Мне сказали, что надо делиться. У нас тут такая система пневматических почтовых трубок по всему зданию, и я этих малышек рассылаю везде, где они принесут пользу.

— Спасибо. — Док потянулся к мёрзлому банану. — Ничего себе, Йети, да у тебя их тут целая куча. Только не надо рассказывать, что платит Управление.

— Вообще-то, — какой-то миг Йети не мог смотреть Доку в глаза, — нам они достаются бесплатно.

— Когда легавые говорят «бесплатно»… Почему у меня такое чувство, что ты мне сейчас тут навяжешь какую-то нравственную дилемму?

— Может, ты с хипповской точки зрения мне расскажешь, Спортелло, я ночами уснуть не могу.

Примерно раз в неделю Йети наезжал в «Козмический Банан» — лавку мороженых бананов у пирса Гордита-Бич — и проникал вовнутрь из переулка на задворках. Наезд классический. Хозяин Кевин банановые шкурки не выбрасывал, а исповедовал популярную тогда хипповскую веру и преобразовывал их в продукт, который называл «Жёлтой Дымкой». Особо подготовленные бригады фенокеш, которых держали поблизости в заброшенном курортном отеле, предназначенном на снос, работали в три смены — тщательно соскребали с банановых шкурок изнанку и после просушки в печи и истолчения получали чёрную порошкообразную субстанцию, кою фасовали в целлофановые чеки для продажи заблуждающимся и отчаявшимся. Кое-кто, покурив, сообщал о психоделических странствиях в других местах и временах. У иных развивались жуткие симптомы в носу, горле и лёгких, не проходившие неделями. Вера в психоделические бананы, тем не менее, не убывала — её с ликованием пропагандировали подпольные газеты, печатавшие учёные трактаты, в коих сравнивались схемы банановых молекул и молекул ЛСД, а также приводились якобы отрывки из статей в индонезийских профессиональных журналах о банановых культах и тому подобном, и Кевин огребал тысячи. Йети не видел причины, по которой органы правопорядка не могли бы участвовать в прибыли.

— И это ты называешь вымогательством? — поинтересовался Док. — Это ж даже не настоящий наркотик, от него не штырит, да и по-любому легально, Йети.

— Вот именно. Если он легален, мне легально и долю свою брать. Особенно, сам понимаешь, если она в виде мороженых бананов, а не денег.

— Но, — сказал Док, — нет, погоди — нелогично, Капитан… я тут чего-то не могу… вполне…

Он всё ещё пытался вычислить закавыку, когда наконец добрался до пляжа. Костыль сидел на ступеньках в переулке.

— Тебе тут кой-чего интересно будет, Док. Фарли только что из проявки принёс.

Они отправились к Фарли. Тот заправил плёнку в 16-миллиметровой проектор, приготовил к показу.

Солнечная панорама на «Эктахроме-коммерческом»: недостроенные ранчбургеры и строительный ортштейн вдруг все взбурлили мужчинами в камуфляже, закупаемом оптом в местном магазине военных излишков, а кроме того — в лыжных масках машинной вязки с орнаментом из северных оленей и ёлок с шишками. С собой у них какая-то жуткая и тяжёлая срань, среди коей Костыль показывает «М-16» и «АК-47», как оригинальные, так и реплики, произведённые в разных землях, автоматы «хеклер-унд-кох» как с ленточной, так и с барабанной подачей, «узи» и магазинные винтовки.

Рейдовый отряд плюхает через канал регулирования паводков, захватывает мосты и пешеходные мостики и устанавливает периметр безопасности вокруг миниплазы, флагманским обитателем коей является массаж «Планета цып». Док заметил, что перед заведением запаркована его машина, а вот мотоциклы, стоявшие там, когда он подъехал, пропали.

Камера панорамирует вверх, и там в глубину стройки улепётывает — или же просто ездит кругами — бригада забияк Мики на «харли», «кавасаки-max-III» и, как особо отмечает Костыль, «триумфе-бонневилль Т120», уже не очень ясно понимая, какова их миссия. Доку смотреть на это было дико — дико до того, что и вообразить непросто: где-то внутри этого заведения, невидимый, он сейчас лежал в отключке, а с какой-нибудь рентгеновской насадкой на очки мог бы и увидеть себя недвижного, чуть ли не при смерти, и просмотр этого фильма о нападении, что вот-вот начнётся, мог бы сойти за то, что Сортилеж нравилось называть «внетелесным опытом».