Акционерное общество женщин - Елена Котова

– Истории у вас завораживающие, слушаю их как сказки, получаю удовольствие от каждого эпизода… Простите, от каждой новой главы…

* * *

В новом шикарном офисе АОЖ «За Гранью» уже развернулось с подобающим стилем и размахом. Клиентов встречали за дугообразной ресепшн, переговоры со страховыми агентами велись в индивидуальных переговорных. ВИП-клиентам предлагался диетический ланч в корпоративном обеденном зале с обязательным личным участием хотя бы одной из основательниц.

Так называемое «Льготное окно» предлагало большой выбор спа, фитнес-центров, салонов красоты, юридических консультаций, в которых клиенткам страхового общества полагались изрядные скидки.

Экстренная первая помощь предоставлялась в самом офисе – укладка, маникюр и психотерапевт.

Катька и Алена неукоснительно следили за качеством и ценами услуг. Только результат, который женщина видит каждое утро в зеркале, способен убедить ее, что работа над собой – не гордыня, а инвестиции в себя. Компромиссы тут недопустимы.

Через год ни одна клиентка уже не могла относиться к окраске волос как к покупке укропа и утверждать, что ей-де незачем мотаться для этого в Москву, потому что она привыкла красить волосы «у лучшего парикмахера Мытищ, который не хуже московских, и вообще это рядом с моей дачей». Качественные и доступные услуги производили микроперевороты в умах клиенток. Только женщину, довольную своим телом и лицом, можно заставить слушать еще про что-либо иное.

Катька ходила по коридорам храма, который считала собственной империей, и наслаждалась. Она только что приехала из Германии, куда вырвалась на пару дней навестить сына во Франкфурте, а потом провести в Берлине с Клаусом длинный уик-энд. Клаус отдавал должное тому, насколько быстро они наладили дело, но саму идею их бизнеса не одобрял. Был в ней, по его мнению, какой-то душок. Идею страхования женщин в молодости от всяких неурядиц, которые с ней могут произойти под старость, он поддерживал полностью: дополнительный пенсионный фонд только для женщин – дело хорошее, если у женщин на это есть спрос. Будут более независимы, если муж умрет или семья по каким-то причинам распадется. А вот разжигать в женщинах противоестественные страсти, убеждать, что если они тут подрежут, там подтянут, то продлят себе молодость, захламлять мозги какой-то странной философией, терзать диетами, – это суета сует и нужно только тщеславным, не имеющим духовной красоты и цельности дамам. Клаус был правильный мужчина. Но не концептуалист. От этого Катька к нему хуже относиться не стала. Каждому свое.

Она подошла к угловому офису, который считала самым красивым и где сидел ее любимый концептуалист. Кабинет был пуст.

– Таня, а где Мэтью? – спросила Катя свою помощницу, одновременно главного администратора всего офиса.

Таня была редким человеком, она никогда никого не могла подвести, не могла перепутать что-либо в графике, в выстраивании планов заседаний, лично проверяла все бумаги, поступающие в Правление или Совет директоров. Она знала все обо всем, умела со всеми ладить, одновременно никому не давая спуску, и все руководство гениев, несмотря на гениальность, Таню слегка побаивались.

– Он с Аленой Дмитриевной ушел на ланч.

– Какой ланч? Уже четыре часа.

– Вот такой ланч.

– Они работать сегодня собираются? Или они работают за ланчем?

– Вопрос загадочный…

– Таня, что вы имеете в виду?

– Ничего конкретного, Екатерина Степановна.

– У них что, роман?

– Это не мое дело, Екатерина Степановна.

«Ох, не фига себе, – подумала Катька. – Жизнь-то у нас бьет ключом, а я и не подозревала. Совсем заработалась. Женщины «за гранью», изжившие суетные страсти… Вот те нате, приехали. Нет, не будет у нас никаких вопросов служебной этики. Если уж Алена, да и вообще кто-либо из нас не смогут сами решить, крутить или не крутить роман на работе, всей нашей затее грош цена. Но Мэтью-то каков?»

Катька не хотела признаваться себе, что ее царапала ревность, так слегка, как маленький укол. Но ведь у нее никогда не было собственных видов на Мэтью. Тем не менее она странным образом считала, что он принадлежит ей, с ним она делилась в Лондоне размышлениями о жизни женщины «за гранью». Она убедила его прийти в компанию, а Алена вообще о Мэтью поначалу слышать не хотела… Это были ненужные мысли.

Катька вернулась к себе в кабинет и погрузилась в работу. Кривые сравнения разных сегментов клиентских групп подтверждали, что все они делают правильно. Бог с ней, с Аленой, если она у нее, Катьки, из-под носа увела Мэтью, у нее есть Клаус. Так, кривые сравнения клиентских групп…

Для начала женщина должна забыть, что «если не понравится – деньги всегда можно забрать назад», а оценить, что эти деньги – ее опора по жизни. При переходе «за грань» она получит их приумноженными. При этом чем больше взнос, тем больше возможностей ухода за собой, оздоровления, поддержания красоты, спокойствия души и противостояния возрастным метаморфозам.

Вслед за этим – главный вопрос. Чего мы, собственно, ждем от жизни? Что принесет нам радость, когда пробьют часы и дальше прятаться от своих пятидесяти невозможно, а комплексовать при встречах с тридцатилетними – разрушительно. Ни ночные клубы, ни яхты или дискотеки уже не помогают, потому что либо в них уже не зовут, либо самой неинтересно. Себя не уговорить, что главное в твоей жизни – это выполнение за детей домашнего задания или стирка пеленок, а дети выросли и дом опустел.

Не уйти с головой и в трудоемкий процессе поиска мужчины, потому что тот либо уже найден, либо его поиск его наскучил. В любом случае в качестве смысла жизни мужчина отвергнут. Только сама женщина может найти ответ на свой главный вопрос, и у каждой он будет разный. В этом и состоит свобода выбора.

Бандерасы за пару лет превратились в искушенных инженеров человеческих душ, насобачились в диагностике любых видов пусто́т, возникающих в головах женщин. Легко уговаривали – или отговаривали – клиенток делать инъекции, ехать к пластическим хирургам или отправиться на спа-курорт очищаться и омолаживаться, – словом, лихо управлялись с задачей возвращения женщине блеска в глазах.

Два раза в неделю маленькие группки клиенток приглашались на длинный и задушевный ланч с основательницами. По первой просьбе ВИПов основательницы, олицетворяющие собой носителей истины, приглашали их на беседы с глазу на глаз за чашкой чая.

Главные же таинства происходили за закрытыми дверями клуба «Алхимия возраста», собиравшегося раз в месяц и мгновенно превратившегося в святая святых женского общества, в его санктуарий, попасть в который стремилась каждая. Для этого требовалось пройти собеседование, а решение принималось исключительно Правлением. При этом критерии отбора не разглашались: клуб он и есть клуб.

Правление постановило: ВИПов записывать без обсуждений.

Катька умоляла не допускать хотя бы наиболее вздорных, упертых и бестолковых. Клуб нельзя превращать в бабский базар, это кузница мысли и доверия, деликатно помогающая женщине познать себя, увидеть мир и себя в нем новыми глазами.