Как выжить в старшей школе - Мелисса де ла Круз

– Э-э-э…

– У-у-у… – Весь класс, позеленев от зависти, смотрит то на нас, то на свои ленты в Инстаграме. А вы знаете, какими завистливыми могут быть люди – им сразу хочется испортить всем веселье.

– А, к черту! – говорю я. – Это было самым невероятным событием в моей жизни. Мы тусовались со знаменитостями и увидели свои любимые группы, мы оторвались по полной – и я не жалею ни об одной секунде. Давайте, объявляйте тревогу! Выносите гильотину! Вы можете забрать у меня мою жизнь, но не сможете забрать «Коачеллу»!

– Леле, по-моему, ты слегка перегибаешь, – предостерегает меня Алексей.

– Ладно, – говорит мистер Контрерас. – В наказание за прогул я заберу у вас телефоны. На неделю.

– Не-е-е-е-е-ет!!! – кричу я, ведь это даже хуже гильотины, гораздо хуже! – Погодите-ка, вы не можете этого сделать, вы всего лишь учитель английского.

Правильно мыслишь, Леле!

– Хорошо, забрать на неделю я их не смогу. Но прямо сейчас, на весь урок, заберу.

– Не-е-е-е-е-ет!!! – Как же обидно! Мы протягиваем мистеру Контрерасу наши телефоны, и он кладет их на свой стол, ГДЕ Я ПО-ПРЕЖНЕМУ МОГУ ВИДЕТЬ СВОЕ ЗОЛОТЦЕ! Такое ощущение, что он специально меня дразнит.

Пока мистер Контрерас, он же Гитлер, он же дьявол во плоти, читает лекцию о стилистических приемах (гиперболе, аллитерации и прочих), я не могу удержаться и погружаюсь в прекрасную фантазию:

Я, храбрая авантюристка, залезаю на парту и шагаю, покачиваясь, по партам одноклассников прямиком к столу мистера Контрераса. Пока он что-то корябает на доске в другом конце класса, я хватаю свой телефон и поднимаю его над головой, как олимпийский чемпион золотую медаль!

Но конец фантазиям, добро пожаловать в реальность: я одна, без своей единственной истинной любви, без своего солнышка. Мистер Контрерас забрал мою радость, и я никогда не прощу его за это. Разве он не понимает, что телефон – это моя жизнь? Без него я в буквальном смысле была бы никем, по крайней мере, точно ни за что бы не достигла вершин интернет-Олимпа.

Получив свой телефон обратно, я прижимаю его к груди, как мать давно потерянное дитя. И клянусь, что больше мы никогда не расстанемся.

После страшного недосыпа следующим утром Леле дрыхнет так крепко, что не слышит ни одного своего будильника. Извиняюсь, что говорю о себе в третьем лице, но так часто бывает, когда ты в бессознательном состоянии.

– ЛЕЛЕ! Вставай! – Это мама трясет меня за торчащую из-под одеяла ногу. Я лягаюсь. – Вставай, вставай, вставай, а то опоздаешь в школу! Из-за своих безумных проделок ты уже и так много пропустила!

В ответ раздается лишь мое похрапывание. И вообще, раз они с папой отпустили меня на «Коачеллу», отчасти она сама виновата, так ведь?

– Леле, если ты не встанешь сию же минуту, то будешь сидеть под домашним арестом! – доносится до меня откуда-то издалека мамин голос, но мне все равно.

– Еще пять минуточек, – бормочу я.

– Никаких больше минуточек! Если ты пропустишь еще один учебный день, тебя исключат из школы! Ты этого добиваешься?

– Конечно. Будет больше времени на сон.

– Ох, Леле, как же ты мне надоела. – Мама уходит из комнаты; но стоит мне только подумать, что от меня отстали, как она возвращается с полной чашкой воды и ВЫЛИВАЕТ ЕЕ НА МЕНЯ.

– Мам, ты с ума сошла, – заплетающимся языком, по-прежнему не открывая глаз, говорю я. – Ты за это поплатишься.

– Ну и ладно, зато я знаю, что точно заставит тебя проснуться.

– Ничего.

– Я кое-что придумала, – отвечает мама, чрезвычайно довольная собой. – Я заберу вот это.

О нет, нет, нет! Все, что угодно, только не это! Я слышу, как она берет телефон с тумбочки и идет к выходу.

– Нет! – вскакиваю я с кровати и оказываюсь у дверей быстрее нее. – Отдай, и никто не пострадает.

– Вот так-то, – она чуть ли не похлопывает сама себя по спине, – каждый раз работает.

Так и начался очень странный телефонный день. То есть день, в течение которого с моим телефоном происходили странные вещи. Похоже, Бог тоже решил наказать меня за прогулы, покусившись на самое дорогое, что у меня есть. Никогда бы не подумала, что Бог и мистер Контрерас могут быть в сговоре.

Первый инцидент происходит на уроке физкультуры. Я надежно закрепляю свой телефон за резинкой трусов, чтобы всегда иметь его при себе. Но когда мы с Иветт начинаем играть в теннис, он отлетает в сторону, врезается в дерево неподалеку и падает на землю. Я подбегаю к нему, бережно поднимаю и выдыхаю с облегчением – с ним все в полном порядке, нигде не царапины.

Потом, проходя через поле, где парни играют в гольф, я случайно роняю телефон на траву, и какой-то придурок бьет по нему клюшкой! Телефон снова отлетает, но каким-то волшебным образом опять остается невредим.

Затем, когда мы с Дарси возвращаемся домой из школы, я говорю что-то смешное (подумаешь, так часто бывает), и Дарси так сильно смеется, что врезается в меня и выбивает телефон из моей руки. Он, крутясь, летит прямо под колеса машины. Я решаю было прыгнуть вслед за ним, но скрепя сердце позволяю машине переехать мой телефон. По наивности я начинаю думать, что меня, наверное, охраняют ангелы: телефон выживает в третьем за день несчастном случае. И ни одной царапины! Чудеса случаются, и они случаются со мной!

Но, похоже, удача все-таки отворачивается от меня. Вернувшись домой после длинного и тяжелого дня, я осторожно кладу телефон на стол, и… ОН МГНОВЕННО РАСКАЛЫВАЕТСЯ НА ЧАСТИ.

В конце концов бедняга сломался под тяжестью этого мира и разлетелся на миллион осколков.

Боюсь, что больше никого и никогда не смогу так полюбить.