Отдать всего себя. Моя автобиография - Дидье Дрогба

На следующий день я лежал дома на диване не в состоянии двигаться, чувствуя себя хуже, чем когда-либо в своей жизни. Я клацал зубами (в буквальном смысле этого слова), у меня появились галлюцинации. Моя дочь, которой в то время было десять лет, вернувшись из школы, взглянула на меня и спросила: «Пап, а ты в порядке?» И я ответил ей: «Да-да, со мной всё нормально!» Сейчас мне смешно это вспоминать, так как очевидно, что по моему виду можно было сказать что угодно, кроме того, что я был в порядке. Я отправился на анализ крови, и через день результаты показали, что я каким-то образом умудрился подхватить малярию. До сих пор я точно так и не знаю, когда и как это случилось: несколькими неделями ранее я был в Кот-д’Ивуаре, но прилетел туда и улетел оттуда обратно буквально в течение двух дней. Очевидно, что я страдал от малярии уже около месяца, с того момента, когда впервые почувствовал себя нехорошо. Надо сказать, что клуб незамедлительно отправил меня на медобследование, но на том этапе активность паразитов в моей крови еще не достигла того уровня, при котором диагностируется малярия. Сначала болезнь должна была усилиться, прежде чем тесты могли подтвердить, что именно со мной было не так. Думаю, когда я начал чувствовать себя уставшим, я уже был укушен, и моя иммунная система, следовательно, стала уязвимой.

Таким образом, хотя мне и прописали незамедлительно все необходимые лекарства, что позволило впоследствии не пропустить слишком много игр, мои планы на сезон все равно были полностью нарушены. В отдельные дни я чувствовал себя хорошо, порой похуже, а так как мне исполнилось 32, люди неизбежно склонялись к мысли: «Он уже не тот, годы берут свое, и он уже прошел пик своей карьеры».

На этот период накладывалось январское трансферное окно, и неожиданно клуб подписал контракт с Фернандо Торресом – частично из-за того, что я хандрил и еще не вернул своей прежней формы, отчасти потому, что, как мне объясняли, хотели подготовить преемника на то время, когда меня уже не будет в клубе. «Хорошо, я еще не закончил, но никаких проблем!» – думал про себя. Точка зрения клуба мне понятна. Им нужно было смотреть в будущее, и мне следовало это принять.

Фернандо Торрес (или Нандо, как его зову я) был куплен у «Ливерпуля» за рекордные для британского футбола 50 миллионов фунтов. Как только он появился, тренер полностью поменял систему игры, чтобы помочь ему вписаться в команду. До этого времени мы играли с двумя нападающими, как предпочитал я и как, на мой взгляд, было лучше для всей команды. Однако я хотел, чтобы он вписался в команду, поэтому я был вынужден изменить свой стиль игры. Я стал отходить ближе к флангам или же отходил немного назад, исполняя «ложную десятку», – и оставлял его одного на острие атаки. В предыдущие два года я играл впереди рядом с Николя Анелька и завершал атаки. Теперь мы поменяли структуру, чтобы вписать Нандо в игру, и все эти изменения не срабатывали.

Не способствовало его притирке, разумеется, и то, что он приехал травмированным. Он долгое время играл за «Ливерпуль» с повреждением. Даже за сборную на чемпионате мира он выступал в таком состоянии. Переходя в «Челси» (а этот шаг был организован в рамках большого трансфера), он знал, что не полностью готов. Необходимо учесть также тот факт, что переход был осуществлен в рамках одной лиги между двумя крупными клубами, что ему требовалось стать частью коллектива, в котором все были давно знакомы между собой и который добивался существенных успехов – все это было, на самом деле, достаточно сложно для него. Наконец, при всем уважении к «Ливерпулю», необходимо сказать, что в этом клубе Стивен Джеррард и Фернандо Торрес были королями. В «Челси» же было двадцать два короля. Поэтому я искренне сочувствовал Нандо, осознавая сложность всей ситуации, сложившейся для него. Я оказывался в похожей ситуации (хотя и в меньшей степени) и хорошо знал, какое давление от ожиданий испытываешь после большого трансфера.

В «Ливерпуле» все строилось вокруг него как основного центрфорварда. Речь идет не о том, что другие не могли забивать – они могли, но они «кормили» его мячами, вокруг него была выстроена вся команда именно с той целью, чтобы он забивал. В «Челси» дело было построено не так. Мое положение в «Марселе» было схожим: там я был королем. Затем я перешел в «Челси», где неожиданно для себя вместо 32 голов стал забивать лишь половину этого количества. Это было, конечно, неплохо, но, как нападающему, мне требовалось приспособиться к новым условиям, и я думаю, что Нандо также испытывал с этим трудности. Суть заключалась в том, что ему потребовалось три месяца, чтобы забить первый мяч.

Мы тем временем «вылетели» из Кубка Лиги, потерпев поражение в третьей игре от «Ньюкасла» еще в сентябре. В феврале мы проиграли в четвертом матче Кубка Англии «Эвертону», и защита титула представлялась все менее вероятной ввиду того, что «Манчестер Юнайтед» выглядел фаворитом и был готов вернуть себе чемпионство. Четвертьфинал Лиги чемпионов против наших главных конкурентов на английской арене должен был стать демонстрацией силы двух этих команд.

– Когда мы выиграем Лигу чемпионов? – помню, спросил меня Карло в преддверии первого матча.

– Организуйте команду вокруг меня, и мы ее выиграем, – ответил я ему.

Это выглядит немного высокомерно, написанное именно так, но я был уверен, что знаю, что нужно делать, чтобы победить. Он мне, по существу, не ответил, лишь пробормотал нечто в духе: «Да, но нет». – «Что ж, без проблем», – отреагировал я. Я был готов принять любое его решение.

Я попал в основной состав на первый матч, который проводился в начале апреля на нашем поле. Увы, я сыграл не слишком удачно, и все закончилось победой «Юнайтед» с минимальным счетом – 1:0 – благодаря голу Уэйна Руни. На ответный матч меня оставили на скамейке запасных – совсем не то, что я планировал получить на свою 300-ю игру в футболке «Челси»! Неудивительно, что я расстроился, в том числе и потому, что знал: я по-прежнему могу сыграть на должном уровне и добиться необходимого результата. Вместо этого тренер предпочел Николя Анелька и Фернандо Торреса. Это было авантюрой, если вспомнить, что Нандо до сих пор ни разу не забил за наш клуб. В конце первого тайма Хавьер Эрнандес открыл счет, и Карло сразу же повернулся ко мне: «Ты должен выйти на поле». Я был, естественно, обеспокоен тем положением, в котором мы оказались: «Теперь уже поздно, и тут ты решил выпустить меня!»

В перерыве я разминался, а после возобновления игры заменил Нандо. Я быстро вошел в игру, заставив Ван дер Сара пару раз спасать ворота. На 77-й минуте я обработал мяч, приняв пас от Майкла Эссьена, приблизился к воротам и сильным нижним ударом пробил мимо вратаря. У нас появилась надежда! Впрочем, радовались мы не слишком долго, так как спустя несколько секунд, в первой же атаке после нашего гола, забил Пак Чжи Сун, выбив нас из борьбы за кубок, который мы никак не могли завоевать и на который так рассчитывал наш владелец.

Стало очевидно, что время тренера подошло к концу. В середине мая «Манчестер Юнайтед» завоевал очередной титул, а мы финишировали с девятью очками позади него. Как обычно, когда сезон складывается не очень гладко, находятся игроки, которые жаловались на тренера и на не слишком частое попадание в основной состав. На самом деле, Карло Анчелотти – очень хороший тренер, но он хорош, скорее, как тренер, как тот, кто собирает команду и выстраивает тактику. Возможно, ему нужен рядом человек, который возьмет на себя бремя проблем футболистов, когда они чем-то недовольны, который возьмет на себя работу с людьми, позволив тренеру сосредоточиться только на футбольных элементах.