Испытания любимого кота фюрера в Сибири - Михаил Башкиров

– Леди и джентльмены, единогласно. Время покажет, будет ли достаточно этого количества ударов по тварюгам. Пока же в нашем списке в гордом одиночестве фигурирует американская операция «Неравный брак». Куда двинемся дальше?

– После ненормальной Америки так и хочется вернуться в Европу, и желательно – Западную.

– Германия?

– Англия?

– Голландия?

– Швеция?

– Норвегия?

– Швейцария?

– Австрия?

– Франция?

– Точно, давайте натравим кошек на галльского петушка.

Компьютер подсуетился и выдал французский государственный гимн, аранжированный в арабском стиле.

Все члены Глобального Координационного Совета проголосовали за Пятую республику.

– Планы должны быть наполеоновские.

– Для беззаботных лягушатников надо устроить что-нибудь веселенькое.

– Гурманам легко внушить, что именно тварюги – главные вредители эксклюзивных продуктов.

– Утопить сотню или две в бочках с коньяком двадцатилетней выдержки!

– Может, надрессировать тварюг для уничтожения всех улиток на виноградниках – и трюфелей заодно?

– Хватит гастрономических изысков. Напрягите мозги: чем еще кичатся французы?

– Канканом.

– Сыром с плесенью.

– Шансоном.

– Клошарами.

– Шампанским.

Компьютер едва поспевал выдавать соответствующие иллюстрации.

7. Экологическая стезя

Аристократ, пройдя коридор до конца, свернул в тупик, заканчивающийся шахтой гаражного лифта.

На площадке – никого.

Аристократ проверил наличие кабины.

За плотно сомкнутыми створками – полная тишина и отсутствие свежих запахов.

Убедившись, что не опоздал, тевтонец прилег у плинтуса торцовой стены.

Немецкий кот проделывал это каждый будний вечер, а иногда и по выходным.

Излюбленная позиция для встречи хозяина располагалась точно под фотографией свадебного торжества.

На площадке, в отличие от коридорной галереи, висел на стене один-единственный снимок. Кадр, окаймленный не медной, а золотой рамкой, не имел отношения к биографии Аристократа и был сделан задолго до появления элитного котенка на свет.

На свадебном фото золотой магнат и простая сибирская девушка только что закончили обмен кольцами.

Богатый жених в строгом черном костюме, сшитом на заказ в Лондоне.

Бедная невеста в гипюровом длинном платье, доставленном из Парижа.

Рядом свидетели.

Начальник охраны ради торжественного случая расстался с неизменной кобурой на поясе.

Профессор Мюнхенского университета, доктор психологических наук, исполнительный директор международной организации по борьбе за чистоту пресных вод сменила походную экипировку на мини-юбку и блузку с вышитыми розочками.

Тевтонцу нравилось лежать под снимком не из-за счастливой брачующейся пары, а из-за того, что с этой позиции лучше всего контролировался подъем лифта.

Магнат специально разместил памятную фотографию именно здесь, чтобы каждый раз, возвращаясь домой, первым делом вспоминать о том, как обрел ненаглядную половину – внезапно, смешно и нелепо.

В объектив не попало умиленное лицо новоиспеченной тещи, которая единственная из присутствующих знала, что этот брак не случайность, а выстраданный шанс, итог нелегкой жизни трех поколений.

Не зря доченька терпеливо ждала настоящей любви, не зря.

Магнат, сделав предложение руки, сердца и капитала, получил утвердительный ответ на чистом русском языке.

Однако суженая после серии поцелуев, смеясь, повторила согласие выйти замуж, но теперь по-немецки.

Так влюбленного бизнесмена приобщили к семейной истории.

Будущая теща магната родилась не где-нибудь, а неподалеку от Берлина. Отцу, начальнику особого отдела мотопехотной части, крупно повезло – служить за границей. В СССР все офицеры мечтали попасть в группу советских войск, расположенных в Германии. Кроме двойного оклада, привлекала возможность пожить в чистой, ухоженной стране. А также – возможность покупки того, что на Родине давно стало дефицитом. Особенно котировались мебельные гарнитуры, фарфоровые сервизы, различная оптика, люстры и одежда.

До развала Советского Союза и объединения Германий было еще далеко.

Мать всячески поощряла контакты сообразительной девочки с местными детьми. Отец обеспечил бойкой любимице возможность учиться параллельно и в русской, и в немецкой школах.

К пятнадцати годам русская девочка свободно владела немецким языком.

Мать желала талантливому ребенку карьеры переводчика-синхрониста и, быть может, даже на правительственном уровне. Майор же потихонечку готовил единственную дочь к опасному ремеслу профессионального разведчика-нелегала. Особист считал, что лучше быть шпионом в Западной Германии, вкушая все прелести загнивающего капитализма, чем влачить жалкое существование при развитом социализме. Могучий Советский Союз, имевший грандиозные запасы нефти, держал население в полуголодном состоянии, выдавая мясо и сливочное масло по талонам. А бывшие нацисты и фашисты без всяких ограничений потребляли колбасу тысячи сортов и хлестали пиво, темное и светлое, гекалитрами.

Но еще до падения Берлинской стены рухнула зарубежная карьера начальника особого отдела. И не из-за того, что майор слишком ценил салями.

Однажды ночью какая-то безыдейная сволочь нарисовала на гениальном лбу гипсового вождя мирового пролетариата малюсенькую свастику.

Дневальный, обнаружив диверсию, поднял ненужный гвалт, и прискорбный факт не удалось скрыть от вышестоящих инстанций.

В результате весь командный состав части, начиная с полковника и кончая младшими лейтенантами, был срочно подвергнут замене и раскидан по самым дальним углам необъятной Родины.

Майор угодил в Прибайкалье на охрану складов.

После немецкого рая – в сибирский ад.

Клопы, тараканы, неопрятные бабы, пьянствующие офицеры, наглые старослужащие, замордованные новобранцы.

Особист захотел реабилитироваться во что бы то ни стало и принялся наводить среди рядового состава элементарную дисциплину. Но борьба с дедовщиной закончилась трагически: пятнадцать цинковых гробов для так и не успевших демобилизоваться садистов. Городской хлюпик, самовольно покинув ночью пост, незаметно пробрался в казарму, оглушил спящего дежурного и продырявил деревенских тупарей из автомата, истратив оба рожка.

Месть была короткой и безжалостной.

Накануне очкарик под солдафонский гогот выпил таз грязной воды, которой сам только что вымыл пол.