Письма с острова Скай - Джессика Брокмоул

— Мне написал Финли.

— Финли написал? — Ложка Уилли упала в тарелку.

— Впервые за двадцать с лишним лет. — На губах бабушки промелькнула довольная усмешка. — Он предупредил, что его отыскала дочка Элспет и что если она будет столь же настойчивой и дальше, то вскоре окажется на пороге нашего дома.

— Почему ты мне ничего не сказала об этом?

Бабушка только сердито зыркнула на него черными глазами.

— То, что ты живешь в моем доме и ешь мой хлеб, совсем не означает, что я должна обо всем тебе докладывать, Уилли Макдональд.

Эти слова, по-видимому, ничуть не задели Уилли.

— Он мой брат.

— И тем не менее тебе он не черкнул.

Уилли с грохотом встал из-за стола и без извинений покинул кухню. Надо же, не успела я приехать, как тут же оказалась посреди семейной ссоры.

— Финли писал, что ты расспрашивала о молодых годах Элспет, — продолжала бабушка, — что ты хотела знать, какой была твоя мать до твоего рождения.

— Он мало что мне рассказал.

— Финли такой же упрямец, как и Элспет, это точно. Все эти годы каждый из них ждал, чтобы другой извинился первым. — Бабушка выскребла остатки овсяной похлебки мне в миску. — Они с детства были очень похожи, наши мечтатели. Этих двоих не удовлетворила бы фермерская жизнь. Жаждали знаний. Читали и перечитывали все, что попадалось им под руку. И всегда смотрели на горизонт, как будто искали способ прикоснуться к нему. Они оба, раз отдав свое сердце, навсегда его потеряли.

Я точно помню, что она сказала, поскольку попросила ее все повторить. А потом, как только добралась до ручки, записала каждое слово.

— Но была между ними и разница. Поэзия жила лишь в сердце Финли, тогда как у Элспет она была даже в кончиках пальцев. — Бабушка собрала миски и со стуком составила их одну в другую. — А теперь спать, Маргарет Данн. Утром ты получишь от меня тот «первый том».

Черные глаза-бусины не допускали даже мысли о возражении. Теперь я знаю, откуда у мамы упрямство.

Наутро, когда я проснулась, в коттедже стояла тишина: все разошлись по своим делам. На кухонном столе меня дожидались тарелка со свежими лепешками, банка варенья и высокая стопка стихотворных сборников с золоченым обрезом. Все — написанные моей матерью.

Пол, я понятия не имела. Я знала о том, что мамина душа полна поэзии, но не о том, что когда-то эта поэзия изливалась на бумагу. Моя мама — поэт!

Всю неделю я читала, а затем перечитывала эти сборники, складывая из фрагментов стихов образ мамы. Радость, сияние солнца, море. Любовь парящая, любовь исчезающая. Любовь, разрывающая ее напополам. И я начинаю понимать, что чувствует мама, бродя по Лондону. Потому что в ее поэзии я вижу некоторых из тех призраков.

Люблю,

Маргарет.

Лондон, Англия

24 августа 1940 года

Уважаемые сэр или мадам!

Много лет назад, в бытность свою студентом Университета Иллинойса, в этом общежитии проживал молодой человек по имени Дэвид Грэм. Понимаю, что с тех пор прошло много времени, и все же надеюсь, что Вы сможете помочь мне разыскать его. Если у Вас имеется информация о местонахождении Дэвида Грэма после того, как он покинул Урбану, Иллинойс, я была бы крайне признательна, если бы Вы связались со мной. Я остановилась в гостинице «Лэнгхэм» в Лондоне. Заранее благодарю.

С уважением,

миссис Элспет Данн.