Видения Коди - Джек Керуак

ДЖЕК. Туда кто с тобой заходил?

КОДИ. О, я и Ирвин, каждый день, мы балдели —

ДЖЕК. Что бы Ирвин – делал – что б ОН сказал про рыбок?

КОДИ. О, он просто сидел на корточках, сидел там и говорил все время

ДЖЕК. Он такого не замечает —

КОДИ. Ага, а я прилечь пытаюсь, знаешь, и в общем, Иисусе Христе, чувак, это пиздец улетное место, Тексас этот, это улет, знаешь, там не облом, там внизу, сукисын, фух! Ах чувак, Старый Бык, я ему сказал: «Ну, Бык, – сказал я, – может, мне лучше выйти и найти себе тут работу», знаешь, представь, там нет работ, в полях надо вкалывать, как негритосу, чувак, а на жаре так жарко, чувак, что, фух, а он говорит: «Да не, все в порядке, Коди, тебе не надо тебе на работу ходить», в общем, я там, это чудесно, я ему говорю: «Нормально, не пойду на работу».

ДЖЕК. Господи, Бык чудесный, а?

КОДИ. Ага, бля, сукинсын он – он так уже больше не делает, не знаю, что с этим парнем такое, чувак, каждый день нам надо выпивать целый ящик, по меньшей мере, «коки», пол-ящика или больше «Севен-Апа», и где-то с полдюжины бутылок разных маленьких пуншей, газировок, вишь… Джун пила все время… вот так, и Хак, Джун с Хаком оба (заглатывая напитки)

ДЖЕК. В натуре подвзрывали, а?

КОДИ. Ага, подвзрывали пунши, верно, и, конечно, каждый день говорили о другом, то есть я не об этом собирался говорить, но я забыл, о чем именно там было, в общем, я – мы забрали весь джин из местных лавок, поэтому надо было в другой городок ездить в БОЛЬШОЙ аптечный магаз и винную лавку, покупать… джин и ром, и всю эту дрянь, которую Бык пил

ДЖЕК. И текилу

КОДИ (временно услышав «Накатила»). Нет… А, да, ужас! – этот парень, он – фух! – просто сидел да пил (оба смеются, в улете), чувак… он НИЧЕГО бывало не делал

ДЖЕК. А чего этот сукинсын, он однажды бывал в Берлине!

КОДИ. Около десяти-тридцати утра, чувак, он появлялся из своей комнаты, вишь, спать он рано уходил, около половины девятого, потом около пол-одиннадцатого утра выходил из своей комнаты весь полностью одетый и при галстуке и всех делах, он такой выходил и мы садились: «Доброе утро, почты пока не было, Коди?» а я отвечал: «Нет, я за почтой пока не ходил», и в общем, и он говорил: «Так», и садился прямо к себе в кресло, чувак, прямо там минута, и он начинал читать свою почту, первым делом с утра, читал газету или что-то, и если ему бывало хорошо, чего, он разговаривал с Джун: «Ну, я вижу Персик Браунинг тут себе очередной развод раздобыла», а Джун такая: «Ага ага» в кухне, знаешь, прямо над дамбой, вот что она была, вишь, там кухня и там просто такая маленькая полустенка, в общем, они друг на друга смотрели, и, но вот если ему не очень бывало, он там просто сидел —

ДЖЕК. И ничего не говорил!

КОДИ. Тем временем Старый Хак, он на улице дрова собирал, птушто все дрова вокруг он уже израсходовал, поэтому он такой пакует, чувак, с четверти мили окрест, вот он какой, Старый Хак, Бык бывало – накачивал себя, вишь, а у него эта ужасная болезнь на коже, чувак, жуткая болезнь, огромные чирьи на ногах и все такое, и везде дырки, никто не знал, что это, даже врачи не знали, он ходил пару раз к доктору, и они не знали, что это такое, какое-то кожное заболевание, никогда о нем не слыхал, но, вообрази, в общем, все Хака сторонятся, вишь, бедный Хак, никто к нему и БЛИЗКО не подходит, и он мыться ходит сам по себе к ручью вниз и ссётакое. Но я не знаю, в этом ли дело, только мне кажется, это не похоже, чтоб оно так теперь обычно, как я помню, потому что я о таком не думал, я уж точно на них не зависал, но мне казалось, что Джун была всему этому подстрекателем: «Лучше остерегайся-ка Хака», знаешь…

ДЖЕК. Да

КОДИ. «Он тебя заразит этим грибком-ебком, знаешь», это ебанина, но я вот что говорю, что Хак, он дрова-то добывал, потому что ему стейки надо было готовить, и как только начинало темнеть, знаешь, ему дров много требовалось, чтоб хорошо и жарко, о, он вечно зависал на своих дровах, знаешь, всегда только о дровах и говорил —

ДЖЕК. Хак?

КОДИ. Хак, да

ДЖЕК. Как это ВЫГЛЯДЕЛО?

КОДИ. Нет, он вечно ГОВОРИЛ об этом: «Ох, надо сходить дров раздобыть», жаловался, сам знаешь

ДЖЕК. Только слово дрова и было

КОДИ. Ну, да, знаешь, ему надо было добывать дрова эти чертовы… я что говорю, что я помню, как он под этими дровами несколько раз отчетливо ходил издалека… и также об этом жаловался… а еще чувствовал большое освобождение и облегчение, когда ему досталось ехать в Хьюстон, а мне выпало его везти. Это шестьдесят миль

ДЖЕК. Хмм

КОДИ. Чувак, да он как сел, так сразу и пошел трепаться о том и сем, чувак, он такой счастливый был, как маленький пацан просто, он в Хьюстон едет забирать бенни, птушто мы ободрали весь бензедрин из всех до единой лавок везде в округе, включая Хантсвилл, тюрягу штата и везде, знаешь, чувак, и поэтому нам пришлось ехать, мы наконец добрались до одного места в Хьюстоне, это аптека, где оптом выделили, сто и сорок четыре трубок бензедрина, в общем, нам это надо было каждые две недели, заезжать в Хьюстон и брать оптом бенни для Джун, чувак. Ох Иисусе-Христе, что за поездочка… И нембутала еще прихватывать, чувак, это на чем Хак тогда зависал, он злобный от дряни этой бывал, к тому ж —

ДЖЕК. Что он делал?

КОДИ. О, он, э, э, как это выразиться? – порочил всех; сам знаешь, какой он, э – ну, они с Джун на самом деле были на вершинах великой вражды, без балды, я действительно так думаю, потому что Джун всегда такая: «Ох уж мне Хак этот» – Фактически, все до того нехорошо стало, это я помню, Ирвина можешь спросить, такие происшествия за столом на ужине, Хак кидался в истерику, знаешь же, такого никогда не бывает, метал тарелку свою и уходил, а Бык, он такой: «Ах, Хак», знаешь… Но я не врубаюсь ни во что такое сильно, я на чем другом где-то…

ДЖЕК. Что ты делал?

КОДИ. Ох, да я не знаю, что я делал, не помню я, чувак, это ужасное чувство такое, когда не можешь вспомнить, что я сам делал (смеется)… Господи, был ли я там вообще, я не помню, где я, но думаю, что был там, ч – в тот раз или в другой, дьявол задери, Ох господи, ммм…. Интересный это вопрос, что ЖЕ я делал? (смех) Что я делал, я думаю – почему ж я не помню внятно-то —

ДЖЕК. Я знаю только то, что мне Ирвин рассказывал

КОДИ. А что именно?

ДЖЕК. О том, что ты делал

КОДИ. И что ж я делал, чувак?

ДЖЕК. Что мне Ирвин рассказал?

КОДИ. Я вспомнить пытаюсь, ну

ДЖЕК. О, стопом ехал, из Денвера

КОДИ. Ага