Всего пару миль по прямой - Джеффри Арчер

— Что-нибудь особенное, мадам?

— Два фунта картофеля, фунт шампиньонов, кочан капусты и мускусную дыню.

— Это ваш счастливый день, мадам. Дыню следует съесть сегодня же вечером, — приговаривал он, слегка нажимая на нее. — Не заинтересуется ли мадам еще чем-нибудь? Может быть, несколько апельсинов или грейпфрут?

— Нет, спасибо, добрый человек.

— Тогда с вас три шиллинга и четыре пенса, мадам.

— А довесок в виде пепина мне разве не полагается, как всем другим девушкам?

— Очень жаль, мадам, но не полагается. Такой привилегией пользуются только наши постоянные покупатели. Вы могли бы, конечно, уговорить меня, если бы пригласили отведать этой дыни сегодня вечером с вами. Это дало бы мне возможность объяснить вам подробности моего генерального плана относительно Челси-террас, Лондона и всего мира вообще.

— Сегодня вечером не могу, Чарли. Гай утром уезжает в Индию.

— Да, конечно, как глупо с моей стороны, извини. Я забыл. — В его голосе слышалось непривычное волнение. — Может быть, завтра?

— Конечно, почему бы нет.

— Тогда я приглашаю тебя на ужин. Зайду за тобой в восемь.

— Договорились, партнер, — сказала Бекки.

Чарли так же внезапно переключил свое внимание на крупную женщину, занявшую ее место в начале очереди.

— А, леди Норс, — воскликнул Чарли, вновь обретая свой прежний акцент кокни, — как всегда, свеклу и турнепс или сегодня решимся на что-нибудь другое, моя леди?

Бекки обернулась, чтобы посмотреть, как леди Норс, которой никак нельзя было дать меньше шестидесяти, зарделась румянцем и выпятила от удовольствия свою необъятную грудь.

Вернувшись на квартиру, Бекки быстро осмотрела гостиную и убедилась, что она находится в чистоте и порядке. Горничная потрудилась хорошо, и, поскольку Дафни еще не вернулась из очередной поездки на уикэнд в Гаркорт-холл, у нее не оставалось никаких дел, кроме как поправить ту или иную подушку и задернуть шторы.

Прежде чем принять ванну, Бекки решила приготовить все для ужина. Она уже жалела, что не послушала Дафни и не воспользовалась услугами повара или пары девушек из ресторана, но желание провести этот вечер наедине с Гаем брало верх, хотя ее мать не одобрила бы ужин с мужчиной без присмотра со стороны Дафни или другой компаньонки.

Дыня, затем ножка барашка с картофелем, капустой и грибами — это нашло бы одобрение у ее матери. Но вот трата столь трудно достающихся денег на покупку бутылки «Сент-Джорджа» у мистера Кутберта на Челси-террас 101 вряд ли бы встретила у матери одобрение. Бекки почистила картофель, отбила баранину и посмотрела, есть ли у нее мята, прежде чем шинковать капусту.

Она решила, что в будущем ей придется делать все свои покупки в местных магазинах, чтобы располагать такими же сведениями о происходящем на Челси-террас, как Чарли. Прежде чем переодеться, она убедилась также, что в бутылке, подаренной ей на прошлое Рождество, еще оставался коньяк.

Лежа в горячей ванне, она размышляла о том, в какие банки ей следует обращаться и, что важнее всего, как представлять свое дело. Размеры доходов Трумпера и временные рамки давали им возможность получения любой ссуды… Вытеснив Чарли, в ее мыслях появился Гай. «И почему ни один из них никогда не говорит ничего о другом?»

Когда часы в спальне пробили половину восьмого, она спохватилась, что пребывала в своих мечтах целую вечность и что Гай наверняка будет стоять на пороге ровно в восемь. Эта мысль заставила ее пулей выскочить из ванны. Имея дело с солдатом, предупреждала ее Дафни, можно быть уверенной только в том, что он всегда появляется вовремя.

Половина гардероба Дафни и почти весь ее собственный валялись на полу в спальнях, в то время как сама она лихорадочно пыталась подобрать что-нибудь подходящее из одежды. В конечном итоге выбор пал на платье, в котором Дафни красовалась во время бала в полку фузилеров и которое никогда больше не надевала. Застегнув последнюю пуговицу и оглядев себя в зеркале, Бекки почувствовала уверенность в том, что «пройдет осмотр». Часы на камине пробили восемь раз, и раздался звонок в дверь.

Гай в двубортном парадном кителе и кавалерийских лосинах вошел в комнату с бутылкой красного вина и десятком роз в руках. Оставив бутылку и цветы на столе, он заключил Бекки в объятия.

— Какое прелестное платье, — произнес он. — Не думаю, что я видел его прежде.

— Да, я надела его впервые, — сказала Бекки, чувствуя себя в глубине души виноватой в том, что взяла его без разрешения Дафни.

— И никто не помогает тебе? — спросил Гай, оглядываясь вокруг.

— Честно говоря, Дафни предлагала себя в роли компаньонки, но я не согласилась, не желая делить тебя с кем бы то ни было в наш последний вечер.

Гай улыбнулся.

— Могу ли я помочь чем-нибудь?

— Да, ты мог бы откупорить бутылку вина, пока я ставлю картофель на огонь.

— Картофель от Трумпера?

— Конечно, — ответила Бекки, возвращаясь на кухню, чтобы бросить капусту в кипящую воду. После некоторых колебаний она спросила его оттуда:

— Тебе не нравится Чарли, не так ли?

Гай налил в стаканы вина, но либо не слышал ее вопроса, либо не захотел отвечать.

— Чем ты был занят сегодня? — спросила Бекки, возвратясь в гостиную и взяв предложенное ей вино.

— Укладкой бесчисленных чемоданов к завтрашнему отъезду, — ответил он. — В эту кошмарную страну надо брать с собой все в четырехкратном количестве.

— Все? — Бекки сделала глоток вина. — Уму непостижимо.

— Все. А ты чем занималась?

— Поговорила с Чарли о его планах взятия Лондона без объявления войны, опровергла взгляд на Караваджо как на второсортного художника, выбрала немного шампиньонов и сделала у Трумпера такую крупную покупку, как эта. — С этими словами она положила половину дыни на салфетку перед Гаем, а другую половину взяла себе, в то время как он наполнял стаканы.

Чем дольше продолжался ужин, тем острее чувствовала Бекки, что это последний вечер, который они проводят вместе перед трехлетней разлукой. Они говорили о театре, полке, проблемах Ирландии, даже о ценах на дыни, но только не об Индии.

— Ты в любое время можешь приехать и повидать меня, — проговорил он, наконец снимая табу с этой темы и наливая ей очередной стакан вина.

— Всего один день пути, ты думаешь? — сказала она, убирая освободившиеся тарелки и унося их на кухню.

— Подозреваю, что даже такое станет возможно в скором будущем.

Гай вновь наполнил свой стакан и затем открыл бутылку, принесенную с собой.

— Что ты имеешь в виду?

— Авиацию. Алкок и Браун совершили же беспосадочный перелет через Атлантику. Так что теперь очередь за Индией.