Замок на песке - Айрис Мердок

— Не болтай, Джимми, не будь дураком, — сказал Дональд, — а теперь ступай, ради Бога, то есть, ты, Джимми, а не Фелисити. Мне надо поговорить с сестрой, раз уж она пришла.

— Aгa, ладно, — ответит Кард. — Aгa знает, когда Aгa не угоден. Встретимся, как обычно, в обычном месте. — Пружинисто, как маленькая пантера, он подошел к двери и вышел, ногой закрыв ее за собой.

Фелисити подошла к брату и ухватила его за манжету куртки. Дональд как раз оделся для крикета.

— Дон, он ведь пошутил, ну, про башню?

— Конечно, пошутил, — пряча глаза, ответил Дональд. На школьную башню действительно взбирались, но этот случай в истории был отмечен лишь раз, и проделал это человек, в настоящее время занимавший пост заместителя министра в министерстве городского и сельского планирования. В ознаменование своего подвига он нацепил на шпиль известный предмет из фарфора, который белел там несколько недель, пока учитель физкультуры не догадался сбить его из ружья.

— Если что, я расскажу родителям.

— Не надо, — попросил Дональд, но без всякого опасения. Он знал, что Фелисити умеет хранить секреты. — Держи язык за зубами. Одно твое неосторожное слово — и нас с Кардом выставят из школы. Ты же не хочешь стать причиной гибели моей карьеры, я надеюсь? — В Сен-Бридж существовало твердое правило, согласно которому любого, дерзнувшего взобраться на школьное строение, тут же исключали. Это правило появилось после того, как вслед за первым еще один-два верхолаза-любителя попытались покорить вершину. Но сделать это было не так-то легко, потому что на некотором расстоянии от основания торчал внушительный выступ и он-то и был главным препятствием.

— Ты же убьешься, — со страхом проговорила Фелисити. — Пожалуйста, Дон, не делай этого. Хочешь, я подарю тебе мой фотоаппарат, новый, взамен?

Освободив наконец свой рукав, он небольно, хотя и энергично, загнул сестре руку за спину.

— Не суетись, сестренка. Чего я не люблю, так это когда женщины поднимают панику. Мы никуда не полезем, прежде чем не убедимся, что все совершенно безопасно. А может, и вообще не полезем.

— Больно, Дон. Что там за рисунки? — И, высвободив руку, она вытащила из-под стопки книг несколько листков бумаги. Это были наброски башни, сделанные с разных сторон.

— Видишь, какие мы старательные. Если одолеем это, — он указал на выступ, — остальное можно считать детским забавой. У нас есть гениальный план. Но не исключено, что мы и от него откажемся. Время покажет. Кард хотел тебе досадить, поэтому и рассказал.

— Дон, ну, пожалуйста! Проси что хочешь, я сделаю. Только откажись, Что хочешь проси. — Между братом и сестрой давно уже было заведено: если ты хочешь, чтобы я отказался от своего плана, выполни то, о чем я тебя попрошу. И вот впервые за долгое время возник повод вспомнить об этой игре.

— Ну хорошо, — сказал Дон с улыбкой, вновь укладываясь на столе. — Сейчас подумаю. Как насчет Игры в Могущество? — Игру в Могущество изобрела Фелисити, и довольно давно. Это было своего рода доморощенное колдовство. Намечалось, кто будет заколдован, потом у жертвы похищали какую-нибудь вещицу: носки, галстук, носовой платок, чулки — ну, в общем, то, что обычно используют в разных обрядах и церемониях. Но, как доказала практика, интерес заключался не столько в магии, сколько в этих самых тайных набегах, во время которых захватывались трофеи, среди которых можно отметить кальсоны мистера Пруэтта, подтяжки мистера Хензмана и красивенькую коробку из-под печенья из дома мистера Эверарда; и надо сказать, что ни один из этих трофеев затем в магических ритуалах не использовался.

— Согласна! — выпалила Фелисити. Вся красная от напряжения, она готова была лететь со всех ног. — Назови, кого хочешь.

— Ну, я не знаю, — беззаботно помахивая ногой в воздухе, с прохладцей протянул Дональд, — допустим… прямо не знаю… предположим… что если… как ее… мисс Картер.

— Идет! Значит, я побежала. Где она живет? У Демойта? — И она кинулась к двери.

— Девчушка! — Дональд подпрыгнул, как механический чертик в коробочке. — Стой! Я пошутил. Мы же эту игру давно вычеркнули и перечеркнули.

— Я не перечеркнула! — едва не плача, проговорила Фелисити. — Лиффи ждет во дворе. И по пути я, кажется, видела Ангуса, — с неким вызовом добавила она. Ангус был незаменимым союзником в «могущественных» набегах. А Лиффи, новую, бесплотную, Фелисити берегла как собственную спрятанную драгоценность.

— Брось эти глупости и, ради Бога, не реви. И без того столько шуму наделала, что сейчас все сбегутся.

— Значит, договорились, я делаю набег, — сказала Фелисити, утирая слезы. — Раз ты согласился, то уже нельзя брать назад слово. И если я выполню, что обещала, ты не полезешь на башню.

— Да не кричи же так. Если Пруэтт узнает, нам не поздоровится. Сейчас я тебя провожу. Иди за мной и тихо.

Дональд осторожно приоткрыл дверь, высунул голову и проверил, нет ли кого в коридоре. Издали долетали обрывки смеха, звуки джазовой музыки и глухой стук, какой бывает, когда мяч ударяется о крикетные воротца. Дональд выждал минуту. Потом, крепко взяв Фелисити за локоть, вытащил ее из комнаты, одним прыжком заставил одолеть лесенку, и через секунду они уже выбежали из двери черного хода. Здесь он отпустил ее и побежал в чащу, делая стремительные зигзаги между деревьями. Быстроногая Фелисити едва поспевала за ним. Через минуту-другую они уже стояли перед стеной. С другой стороны доносился гул машин. Дональд быстро пошел вдоль стены, ища определенное место. Именно там, на расстоянии примерно восемнадцати дюймов, с верха стены осколки битого стекла были вынуты.

— Становись ко мне на плечи, — присев на корточки, велел он сестре.

Это был испытанный способ. Фелисити встала к нему на плечи, и он медленно начал выпрямляться. Наконец она смогла, ухватившись за стену, начать перелезать на ту сторону. Дональд помогал, подпирая снизу ладонями ее подошвы. Она посидела на стене, после чего перебросила ноги на ту сторону, собираясь спрыгнуть. Но напоследок посмотрела вниз на Дональда.

— Дон, — сказала она. — Что обещала, то и сделаю. И откладывать не буду. И ты помни свое обещание.

— Я ничего не обещал. Ну, прыгай, а то заметят.

— Пойду! — упрямо повторила Фелисити.

— А я тебе запрещаю и ничего взамен не исполню, так и знай. Прыгай, я сказал.

— Нет, пойду, а если ты меня обманешь, я больше никогда не буду с тобой говорить, мы станем врагами навеки. — Теперь предстояло спрыгнуть со стены. А до земли было не близко. Фелисити закрыла глаза… и в следующий миг уже катилась по траве. — Пока, Дональд! — крикнула она.

— Погоди, — раздался из-за стены голос Дональда. Потом его голова показалась над стеной. Он подтянулся, стал на корточки на стене и спрыгнул, не очень ловко, но тут же поднялся и, как ни в чем не бывало, пошел вверх по дороге. Фелисити, стараясь не отставать, пошла рядом.

— Значит, так, — сурово произнес Дональд, — ты сейчас пойдешь домой. Я тебя провожу, и больше об этой глупой затее ни слова.