...и его демоны - Эдуард Лимонов

Ф. уехал в штаб, Инженер — туда же.

Председателя везут в «осиное гнездо» партийцев, за рулем Печень, у которого другая профессия, он — видеооператор, рядом с Председателем — Док.

Док и сообщает самые необходимые Председателю сведения.

— Мы приехали с Инженером по линии «Интербригад», потому и познакомились с Ф. Но я ещё в 2013-м посылал вам анкету для вступления в Партию. Так что я — член Партии.

— О Партии в Луганске никто не знает. Ф. было начал её пропагандировать, но я предполагаю, что ему сказали: «Хочешь здесь находиться — сиди тихо, не высовывайся». Мое мнение — он пошёл под военных. Не думаю, что это глупое решение. Получив там определённую силу, он сможет оформить к себе наших партийцев.

Председатель:

— Задача была встроить Партию в политическую жизнь Донбасса, в данном случае — в жизнь ЛНР, создать единый военный отряд под нашим командованием и тем самым подготовить почву для перебазирования Председателя Партии в Донбасс. Она, похоже, не выполнена.

— Такую задачу сейчас невозможно выполнить. Её возможно было выполнить весной, ну в начале лета, когда не было ещё таким могучим российское влияние. Тогда десяток или два бойцов-ополченцев могли подчинять себе посёлки и города. Сейчас независимых отрядов остались единицы. Ещё держатся казаки, держится неукротимый ни на кого не похожий Мозговой в Алчевске. Однако многих уже выдавили.

— Так вы считаете, что Ф. выбрал правильную тактику — пошёл под военных и будет тащить за собой наших ребят?

— Ну да. Он этим и занимается. Конечно, партийная принадлежность в данном случае умалчивается.

— Получается, партийцы будут пушечным мясом для ЛНР и, в конечном счёте, для России.

— Ну да, сейчас именно так и обстоит дело. Сейчас наши партийцы луганского подразделения в основном сосредоточены в Сокольниках, я там с ними сосед — медчастью командую. Это самая передовая из позиций по берегу реки Северский Донец, позиция выдаётся глубоко вперед в территорию, занятую «укропами». Наши силы в Сокольниках ничтожны — с полсотни бойцов, «укропов» же на той стороне Северского Донца около тысячи. Если что, они легко сомнут наших. Такие попытки уже были.

— И что?

— «Укропы» не имеют приказа уничтожать здесь наших. Если пойдут на наших, это будет сигналом к вводу российских войск, к наступлению по всему фронту. Собственно, для этого партийцев и держат здесь как приманку, приготовленную для заклания. Соблазняют ими «укропов».

— Беспринципно со стороны командования ЛНР и России.

— Не то слово. Приезжайте, я вам всё покажу. Опасно, конечно, последний участок дороги открытый, идёт вдоль реки, весь простреливается «укропами», но я чуть ли не каждый день на своей белой «Волге» езжу.

— Да хоть завтра. Приеду. Слушайте, Док, а если завтра потеряет место покровитель Ф. — Инженер, что, и Ф. лишится должности?

— Скорее да, чем нет. Здесь каждый приводит с собой свою команду. Ф. уже начал потихоньку переводить наших в артиллерию.

— Ещё не начал. (Печень от руля.) Сегодня-завтра должен прислать образец рапорта, который нужно подать нашим для перевода. Каждый должен написать индивидуально.

Остаток дня они провели в «осином гнезде» — обширной квартире, заваленной припасами и военным снаряжением. В дальней комнате у стен стояло «железо» — оружие. В основном автоматы. Что они делали? Ужинали. Председатель выпил с хромым партийцем из Алтайского края немного водки. Пришёл весёлый длинноволосый Моня, побывавший в предыдущие годы в охранниках Председателя, высокий, похожий на тевтона Зигфрида, его лечили от панкреатита, но до того, как стали лечить, он успел совершить несколько подвигов и был представлен к медали.

Вообще, четверо партийцев были там представлены к медалям. Что ещё раз укрепило Председателя в том, что в Партии собрались храбрые люди.

Ф. ночевать в «осиное гнездо» не явился, сославшись на ночное дежурство в штабе.

Утром по безлюдным улицам они выехали из города и направились по пустому от людей пейзажу на передовую. В Сокольники. На полдороге их должен был встретить Док. Пейзаж был Председателю знаком. На прошлых своих войнах в 90-х годах он передвигался по таким пейзажам. Безлюдье, почему-то покинутые КПП, чрезвычайно редкие а/м, пугливые водители с бледными блинами лиц.

У одного из покинутых КПП они дождались Дока. Двое парней Председателя уселись в машину к Доку.

— Даже птицы у вас тут не летают над вами.

— Нет, почему, летают, — защитил местность Док. Сейчас у них пересменка, ночные удалились спать, а утренние ещё заспанные. — Поддержав его, зловеще закаркала ворона.

Проехав с полчаса, «Волга» остановилась.

Док вышел и проинструктировал Печень. «Дальше едем очень быстро. Будем у „укропов“ как на ладони. К моей „Волге“ они привыкли, ваш автомобиль им не знаком. Чёрт их знает, что им взбредёт. Этот кусок небольшой, там дальше наши танки в селе стоят».

И эта ситуация была знакома Председателю по его прошлой военной жизни, по Приднестровью, по окрестностям Вуковара в Сербии, там состоялся похожий инструктаж. «Если кто будет ранен, не останавливаемся».