Папа, я проснулась! (сборник) - Марианна Гончарова

То ли маленькая кондитерская, то ли просто буфет. Но в витрине — чистое искушение: красивые маленькие пирожные чизкейки во фруктовых и кремовых шапочках, щедро залитых капюшончиками желе. И кофе. Отличный ароматный кофе.

А нас четверо. И мы не можем выбрать.

— Подайте нам к кофе пять… нет, шесть разных пирожных. И мы будем делиться. Только принесите ножи и чистые тарелочки.

— У нас нет ни ножей, ни чистых тарелочек, — равнодушно отвечает официантка, подавая нам пирожные в кружевных бумажных розеточках и кофе в бумажных стаканчиках.

— Но у вас же тут скатерти. Крахмальные. Мы ведь можем испачкать… — растерялись мы.

— А вы постарайтесь, — как-то неопределенно парировала официантка.

— «Постарайтесь» что? — поинтересовалась шепотом поэт Надя Делаланд. — Что постараться?

— А это кто на что способен, — с набитым ртом ответил довольный Саша Володарский.

— Мммм! — от удовольствия постанывала я, помахивая ложечкой в такт какой-то мелодии, звучащей у меня в голове, вроде «Заздравной чаши» из «Травиаты».

— Аааа… — вторили друзья, запивая десерты отменным кофе — вкууусно, вкууусно.

Мы беззаботно откусывали от пирожных, передавая розетки по кругу. Мы даже опьянели от радости встречи, от солнечного теплого дня, от совпадения вкусов, от умения всех нас «отличать ямб от хорея», от крепкого кофе и предвкушения трех радостных дней впереди на конференции. Я принялась тягать из Надиной розетки фрукты, тщательно отколупывая их с тортика, Лена хищно нацелилась на малиновый крем Сашиного пирожного.

В общем, мы славно посидели. И с липкими от вкусного губами я пошла извиняться перед официантами.

— Вот чего я не пойму, — рассуждала я, — у вас столы покрыты чистыми крахмальными льняными скатертями со складочками от утюга, а подаете вы десерты и кофе в бумаге.

— И что? — спросила официантка.

— А ничего. Спасибо. Все было очень вкусно. Мы постарались, как вы и просили.

— Че? Насвинячили? — откликнулась бесхитростная официантка.

— Ну можно сказать и так.

Мы ушли, корчась от смеха, три солидных прозаика и один известный прекрасный поэт, без пяти минут профессор Надя, которая через полчаса вдруг своим неповторимым нежным голоском произнесла:

— Пирожное-то с малиной мы не доели. Осталось оно, почти целое.

Мы опять заржали как трудновоспитуемые подростки. Незабываемый день. Отличная компания.