Записки на краях шарфа - Александр Дым

Было начало 2000-х, закат «эпохи аргументов». Лето, дерби, физкультура. В те времена в армейском общаке гоняла масса левых людей — на сбор постоянно попадали чьи-то непонятные кореша, друзья с района, вообще не пойми кто. Фирму не устраивали акции с этим балластом, неуправляемой толпой. Решили отделиться. Нас было двадцать семь человек, чисто K.I.D.S.

Мы пошли гулять по городу. Шли. Кто-то пил пиво, кто-то угорал на трезвую голову. Решили зайти на станцию метро «Новокузнецкая» и вернуться к общаку на «Белорусскую». Растянулись, шли вальяжно — все такие модники: Burberry, Lacoste, парни как с витрины.

Спустились в метро. Я шёл в первых рядах. Выходим на платформу, поворачиваем в самую первую арку с левой стороны. Ещё не все успели спуститься на эскалаторе, ждём отстающих.

На «Новокузнецкую» подъезжает очередной поезд. Краем глаза замечаю, что первые два вагона битком забиты крепкими парнями в фанатских шмотках! Мы переглядываемся и понимаем, что это может быть только мясо! Они увидели нас.

Поезд останавливается. Мы остаёмся стоять в арке. Я оборачиваюсь и вижу, как все они высыпают из вагонов. Около 100–120 человек. Намного больше, чем нас. От эскалатора к нам подтягиваются отставшие наши. Воздух станции разрывают их крики, мясо шизит, несутся угрожающие вопли.

Они кричат нам:

— Эй, лошади! Кони, вам писец…

Их состав двигается в нашу сторону.

Мы встаём в арке, она узкая, и мясо не видит, сколько нас точно за ней. Поэтому они сначала поосторожничали и начали поливать нас дерьмом. Обрушился град бутылок, камней, в кого-то метнули кусок арматуры.

Драться под таким прессом реально тяжело: надо было и смотреть на врага, и уворачиваться от аргументов. Дерьма было просто море! Мы были не готовы к такому повороту событий — на весь состав у нас было 2–3 пивных бутылки.

Начался первый замес. Мы встали по шесть человек в ряд в арке. Я оказался в первом ряду. Они приблизились на расстояние метра, и мясо в первом ряду начало махать арматурой, как топором дровосеки…

Мы попятились, пытаясь отмахиваться. За некоторое время до этого дня я бухал с двумя близнецами то ли из кабанов, то ли из девилов — и вот они в метре от меня махают металлическими прутами, пытаясь разбить мне голову! Ощущение ещё то… Я увернулся от очередного удара арматурой — удар пришёлся по касательной в голову стоявшего сзади Н.…

Был и угар. Один из мясников в процессе махания арматурой, обёрнутой в газету, не заметил, как из его «Спорт-экспресса» арматура вылетела куда-то во время особенно энергичного маха. Он подскочил к И. и начал бить его одной газеткой по голове:)

Минута жёсткого рубилова. Сначала действие было в таком месте — сбоку нас защищали стены, сзади подпирали подошедшие. Потом мы начали отступать, многие были сильно травмированы в первом стыке. Кого ударили арматурой, кого бутылкой, кого ещё чем-то.

Д. ударом арматуры разрезало губу — она свисала на куске кожи так, что было видно зубы. Г. сломали арматурой лобовую кость — он до сих пор ходит с ямочкой над глазом, ему сделали дырку во лбу ударом арматуры. Большей части нашего состава пробили голову. Мы продолжали драться: все в крови, всё летает, кто-то запалил файер, шум-гам-тарарам, адская дичь!

Это было очень здорово!

Нас оттеснили назад к эскалатору, многих завалили. На эскалаторе осталось около десятка человек, остальные в крови лежали на платформе.

Драка продолжалась. Неожиданно их состав остановился, откатился назад. Они побежали обратно на платформу и начали шизить:

— Красно-белые!

Поорав, они разбежались по разным вагонам поезда: может, испугались ментов.

Оставшийся наш десяток они не добили. Мы же были готовы драться дальше.

Антон кричит:

— Чего мы стоим?! Вон они уходят!

Мы бежим за ними вслед, залетаем в эту же арку, в самую ближайшую дверь вагона и начинаем жёстко бить свиней внутри. Они рассредоточились — стояли совсем маленькими кучками. Мы месили всех, кто попадался под руку. Мясники пытались сопротивляться, но мы слишком взбесились от зрелища наших друзей, лежащих в крови на платформе. Адреналин такой, что парашют и ледяная прорубь не нужны.

Я был сильно удивлен — пока мы избивали этих поросят, свиньи из соседнего вагона даже не попытались прийти на помощь! Все прикидывались пассажирами… Для меня это была какая-то дикость — спокойно смотреть из соседнего вагона, как ломают твоего! Это при том, что их было гораздо больше!

Прибежали мусора, начали всех вязать. Поезд отправился весь в разбитых стёклах и камнях на полу.

Все изодранные, окровавленные, мы пошли поднимать своих и зализывать раны… Очень жестокая и кровавая драка.

K.I.D.S. отстояли этот бой достойно, хотя врага было в пять раз больше!

Жёсткие раздачи (Швед)

Сам я никогда ничего в руки не брал, дрался всегда без дерьма. Самая жёсткая тема, в которой было огромное количество дерьма, это драка общаков на «Китай-городе». Я видел, как в людей швырялись урнами с расстояния в пару метров, лупили дубинками, бутылками, всем, что под руку попадётся. У одного из Братьев из RBW почти не было верхней губы — всю разодрали в клочья. Почти вся участвовавшая в той драке Ярославка после побоища поехала зашиваться в травмпункт.

Я был в первом ряду вышедших из метро — мы приняли на себя основной удар выкатившегося навстречу войска мясников. Меня дважды ударили по голове палкой, кепка не защитила голову. Ударили так, что у кепки с джинсы ободрало краску. Как не вырубили, не знаю. По итогу меня запинали в уголок на лестнице на входе, помяли очень здорово. Я пришёл в себя нескоро.

После драки на «Китай-городе» тема с аргументами резко пошла на спад, отношение к их использованию здорово изменилось. Началась компания среди ОФ-общественности. Группа CWT спела свою песню «Откажись от аргументов». Это принесло как хорошие, так и дурные последствия. Боевыми единоборствами хулиганы начали заниматься настолько серьёзно, что травмы стали намного опаснее, и их было гораздо больше, чем в старые времена с арматурой в руках. Раньше драться не умели: хоть и били друг друга палками, но без особой спортивной злости. Такой ярости, с которой сейчас лупят друг друга руками и ногами, раньше в околофутболе я не замечал. Было как-то человечнее, несмотря на многие дикости.

В период, когда мы плотно занялись боксом и взяли жёсткий курс на фэйрплэй, однажды мы отлупили торпедонов. Знакомый торпедон на следующий день мне говорит:

— Что вы, кони, совсем озверели, на дерьме наших поколотили!

Я там был, сам всё видел — мы били их исключительно чистыми руками! Он не поверил, но я отвечал тогда и сейчас могу ответить за свои слова. Мы били их кулаками (тогда ещё бинтами многие не заматывались). Торпедоны просто не осознали на тот момент, что околофутбол превращается из столкновений с толпой пьяных людей на дерьме в столкновения с толпой трезвых полупрофессиональных и профессиональных спортсменов, которые руками способны избить намного более жестоко!