Дальний берег Нила - Дмитрий Вересов

Как и предвидела мадам Нонпарель, студентов, желающих заниматься русским языком, набралось много, человек десять; однако включить этот предмет в основное расписание Аш-Э-Се представлялось возможным лишь со следующего учебного года, поэтому Нилу было пока предложено раз в неделю проводить ознакомительные «русские» семинары в рамках общего курса «Мировая цивилизация» и параллельно готовить программу полноценного академического курса. Мадам Нонпарель долго оправдывалась, ссылаясь на трудности с финансированием, а потом предложила за каждое занятие сумму, которая в пересчете на рубли даже по официальному курсу несколько превышала прежнее его месячное ассистентское жалование. Конечно, по здешним меркам это было не бог весть что, но самолюбие все же тешило и позволяло не чувствовать себя совсем уж нахлебником, сидящим на шее Сесиль.

Группа оказалась на редкость пестрая – долговязая голландка, японец, две сестры-индианки в голубых сари, парочка панков, он и она, в черной коже и зеленых «ирокезах». Общим числом тринадцать: четыре парня и девять девушек, причем ни одной сколько-нибудь симпатичной. Приняли нового преподавателя с настороженным любопытством; его суховатую сдержанность, за которой он прятал вполне объяснимые волнение и робость, студенты, видимо, посчитали за особую строгость, они как-то подозрительно тихо себя вели, не старались выделиться, не задавали лишних вопросов.

Посмотрев список студентов, Нил нашел одну русскую фамилию. Даже загорелся сам вычислить, кто же из них «наш». Но к концу лекции понял, что угадать не получилось. Уже спускаясь по лестнице вниз, он обогнул невысокого парня, который явно никуда не спешил и устроил беседу с длинноногой брюнеткой прямо посредине лестницы. Нил еще на занятии успел отметить малопривлекательную внешность молодого человека, однако дева явно кокетничала с ним.

За спиной раздался приятный голос:

– До свидания, Нил Романович!

«Русский!» Нил обрадованно повернулся на голос.

Маленький, очень на первый взгляд некрасивый человек как-то не по-студенчески смело смотрел на Нила. Кивком попрощавшись с брюнеткой, студент подошел к нему, заговорил непринужденно. В голосе угадывался легкий акцент, но речь была удивительно чистой.

– Нил Романович, вы давно из России? Я слышал, там происходят интереснейшие вещи. Расскажите, что нового, а то здесь информация довольно односторонняя.

Они вышли из корпуса, и у незнакомца явно не было желания прекращать разговор.

– Если вы не против, может, выпьем по чашечке кофе?

Нил посмотрел на часы.

– Увы, не смогу составить вам компанию, не хотелось бы пропустить школьный автобус до станции.

– О, зачем же тратить свои кровные франки на электричку? Позвольте подбросить вас до города.

– Боюсь, это будет не вполне удобно…

– Решительно никаких неудобств, Нил Романович. С добрым попутчиком и дорога короче. А кофе мы выпьем в «Ротонде», это по пути, я живу всего в паре кварталов от исторического перекрестка Вавен.

– Вавен? – переспросил Нил.

– Мекка русских «монпарно». Мария Васильева, Поплавский, Эллочка Коган…

– Эллочка Коган?

– Ну да, она же Эльза Триоле… Нет, Нил Романович, теперь я убежден – эта экскурсия вам жизненно необходима… Кстати, я Анатоль.

Он протянул Нилу руку. Ничего не оставалось, как пожать ее.

– Вы, должно быть, и есть тот самый «А. Фомин» из списка.

Анатоль рассмеялся.

– О нет, А. Фомин – это Анетт, та серенькая крыска за первой партой. Чистокровная, кстати говоря, бретонка, так что русское звучание фамилии – всего лишь ономастический казус… А ваш покорный слуга значится в списке как «А. Петипа».

– Петипа? Потомок легендарного Мариуса?

– Отнюдь. Просто в свое время мой прадедушка переиначил фамилию Пятипалов. Так привычней для французского уха, к тому же все Пятипаловы издавна были завзятыми балетоманами…

Так за разговорами они дошли до стоянки, уселись в ярко-красный двухместный «корвет» и понеслись по автостраде на север. Головокружительную скорость Петипа сбросил, лишь перевалив за Периферик – окружную дорогу вокруг Парижа.

За сорокаминутное путешествие у Нила была великолепная возможность приглядеться к собеседнику. Никто не рискнул бы назвать Анатоля красавцем – нос-сарделька, глаза непонятного цвета, маленькие, глубоко сидящие; неестественно, по-женски припухлый рот. Одно плечо выше другого, под брюками угадываются кривые короткие ноги. При этом раскованная, порой почти развязная манера общения. Это неприятно царапнуло Нила с первой минуты знакомства, и, чем дальше, тем больше нарастало скрытое раздражение, лишь подогреваемое тем, что с каждой минутой общения он все сильнее подпадал под флюиды обаяния своего визави. Тот был так говорлив, умен, остроумен…

В «Ротонде» Анатоль был завсегдатаем. То и дело с ним кто-то здоровался, кто-то звал к себе, официантки мило улыбались ему, да что официантки, женская часть публики явно оживилась после их прихода. Нилу стало немного обидно, что только из-за нового спутника на его долю тоже досталось улыбок и внимания.

– Это мои друзья нас угощают, поверьте, вино здесь, право, недурное.

Он разлил по стаканам и без тоста пригубил первый. Нил последовал его примеру. Вино оказалось действительно неплохим.

– Так как там, на моей этнической родине?

В какой-то момент Нил поймал себя на мысли, что этот человек и есть связной, с которым ему предстояло выполнять те растреклятые задания, на которые его подписали в России. Внимательнее присматриваясь к собеседнику, Нил все больше убеждался в своих подозрениях. Анатоль, казалось, напротив, совершенно не замечал напряженного состояния Нила. Вино расслабило его, и он стал еще разговорчивее: