Хранитель забытых вещей - Рут Хоган

– Ну, если для тебя это так важно, расскажи ему, что произошло на самом деле.

Лора горестно вздохнула:

– И тогда он решит, что я точно «высохшая, потрепанная проститутка».

– Не преувеличивай! – Сара хлопнула ладонями по столу. – Хватит ныть и кряхтеть. Давай наверх, проституточка, придай себе приличный вид. Поскольку ты меня оторвала от работы, чтобы я тут выслушивала твои нудные жалобы, меньшее, что ты для меня можешь сделать, – пойти со мной пообедать. И я имею в виду не какой-нибудь сэндвич, а настоящую еду, горячую! И пудинг!

Выходя из кухни, Лора игриво взъерошила волосы на макушке Сары, когда проходила мимо нее, перепутав идеальную стрижку с укладкой. Вскоре через заднюю дверь вошел Фредди.

Сара поднялась и, широко улыбаясь, протянула ему руку.

– Привет еще раз. Боюсь, я не представилась должным образом. Меня зовут Сара Трувей, я давняя подруга Лоры.

Фредди пожал ей руку, не глядя в глаза. Потом он повернулся к раковине, чтобы налить в чайник воды.

– Фредди. Я просто зашел, чтобы сделать кофе. Могу я вам предложить чашечку кофе?

– Нет, спасибо. Мы собираемся уходить.

Нарочитое молчание Сары и неловкое – Фредди нарушало лишь кипение воды в чайнике. Фредди смотрел на что угодно, только не на Сару, и увидел платье Лоры, свисающее с края мусорного ведра. Он достал его и развернул.

– Хм, симпатичное платье.

– Ага. Сдается мне, Лора в нем была просто великолепна.

Фредди неловко переступил с ноги на ногу.

– А мне откуда знать?

Услышав шаги Лоры, спускающейся по лестнице, Сара встала со стула.

– Знаю, что, скорее всего, сую нос не в свое дело, но иногда кому-то надо кое-что сказать, даже если этот кто-то – неподходящий для этого человек. Прошлой ночью ничего не было.

Она развернулась, но, прежде чем выйти, добавила:

– Если тебе вдруг это интересно.

– Это меня никак не касается, – пробормотал помрачневший Фредди, наливая кипяток в кружку.

«Вот же врунишка!» – подумала Сара.

В баре «Луна пропала» проходил поминальный обед: на девяносто третьем году жизни скончался тренер по боксу и торговец лошадьми Эдди О’Риган по прозвищу Недди^[34]. Скорбящие явно уже какое-то время пили за усопшего – настроение было приподнятым и сентиментальным. Все же Лоре и Саре, расположившимся в кабинке, удалось поболтать за мясным ассорти с бобами и пюре; Сара запивала еду красным вином, а Лора – диетической колой. После смерти Энтони они лишь однажды обменялись новостями, Сара вела важное дело, которое тогда только-только начали рассматривать в суде.

– Ты выиграла? – спросила Лора.

– Конечно же! – ответила Сара, тыкая вилкой в бесформенную колбаску. – Но это все не важно. Расскажи мне во всех подробностях.

Лора рассказала о завещании Энтони и его письме; о кабинете, полном найденных им вещей; о том, как прячется она от Солнышка; о том, что является самой сочной темой для сплетен. И о Фелиции.

– То есть, с одной стороны, это чудесно: дом прекрасен, но, с другой стороны, к дому прилагается баснословное количество потерянных вещей, и это уже совсем другое дело. Как я вообще верну все эти вещи? Сумасшествие какое-то. Я не имею понятия, что мне делать с Солнышком, нет никакой гарантии, что сайт заработает, и большинство местных считают, что я проститутка, позарившаяся на деньги. Закончится все тем, что я буду жить в доме, полном мышей, паутины и чужих потерянных вещей, пока мне не стукнет сто четыре года и я умру. Пройдут месяцы, прежде чем это кто-то заметит, и к тому времени, как вскроют входную дверь и обнаружат меня, я превращусь в лужу на диване.

– Ну, тебе не впервой. – Сара подмигнула подруге, но потом, положив нож и вилку и отодвинув тарелку, сказала: – Лора, моя дорогая, любимая, забавная, смышленая и уже совсем вышедшая из ума Лора. Тебе достался прекрасный и большой дом, полный сокровищ, включая привлекательного садовника. Энтони любил тебя как дочь и доверил тебе все, чем дорожил, и вместо того, чтобы радоваться и «вертеться колесом», ты сидишь и жалуешься. Он верил в тебя, и я всегда верила в тебя. Ты прячешься не от Солнышка, ты прячешься от всех. Пора завязывать с прятками и дать неприятностям ответный пинок. И не важно, что люди об этом подумают, – добавила она на всякий случай.

Лора сделала пару глотков диетической колы. Сара ее не убедила. И она ужасно боялась разочаровать еще одного человека, который ее любит.

Сара посмотрела на озабоченное лицо лучшей подруги. Она протянула руку и положила ее на руку Лоры. Пришло время для немного запоздалой горькой правды.

– Лора, тебе придется отпустить прошлое. Ты заслуживаешь того, чтобы быть счастливой, но ты сама должна осчастливить себя. Это в твоих руках. Тебе было семнадцать, когда ты повстречала Винса, но сейчас ты взрослая женщина, так что начни вести себя соответствующим образом. Хватит наказывать себя за то, что сделала тогда, но и не используй это как оправдание теперешней жизни. У тебя появилась возможность начать новую, замечательную жизнь. Так хватай ее за яйца, и побыстрее.

Сара откинулась на спинку диванчика, чтобы посмотреть, какой эффект возымели ее слова. Она была единственным человеком в мире, кто мог так говорить с Лорой – и говорил. Она была серьезно настроена докопаться до женщины, которая, Сара знала это, все еще в ней прячется. И вытащить ее. Силой, если потребуется.

– Ты ведь понимаешь, что мы тогда все были по уши влюблены в Винса?

Лора недоверчиво посмотрела на нее.

– Серьезно. Не только ты. Он же был красавцем, ездил на шикарной машине и курил «Собрание». О ком еще можно было мечтать? Мы все считали, что он просто воплощенная сексуальность и что нам не повезло, раз он выбрал тебя.

Лора улыбнулась.

– Ты всегда была невыносимой всезнайкой.

– Да. Но я ведь права, не так ли? Ну же, Лора! Ты способна на большее! Когда ты превратилась в такую зануду? Такая возможность выпадает раз в жизни! Просто потрясающая возможность в двадцать четыре карата! О таком большинство может только мечтать. Если ты струсишь, я тебе этого никогда не прощу. Но важнее то, что ты себе этого никогда не простишь.

Сара подняла бокал и произнесла тост.

– А касательно того, что это – сумасшествие, так это как раз твой вариант. Ты всегда была полоумной!

Лора улыбнулась. Сара называла ее так еще в школе, когда жизнь была интересной и перед ними открывалась масса возможностей.

– Ах ты задница! – пробормотала она.

– Что ты сказала? – Даже всегда невозмутимая Сара немного удивилась.

Лора ухмыльнулась:

– Это я сама себе, не тебе.