Портмоне из элефанта - Григорий Ряжский

— Сенк ю, сэр, — поблагодарил мужчину Алик. — Итс соу кайнд оф ю.

— О’кей, о’кей, — улыбнулся тот в ответ и, просунув руку через открытое окно двери, отомкнул капот «Понтиака».

Ловким движением выдернув щуп, он проверил уровень масла, мазнул его со щупа пальцем, потер о другой палец, затем понюхал и, качая головой, произнес:

— Ю гата ченджь ойл, — и кивнул головой в сторону авторемонтного бокса на территории бензозаправки.

— Действительно, — подумал Алик, — давно пора, а то запорю движок окончательно и вообще никак не продам… О’кей, — согласился он, — ин файв минит.

После заправки он развернулся и заехал на подъемник. Два мужика, тоже в комбинезонах, шустро приступили к делу. Алик вышел на воздух и мечтательно прикрыл глаза. Внезапно вспомнились строчки из него самого, раннего:

С какой начать, с которой из тайн, что геометрий

Кругов, квадратов, линий и всех законов вне,

Что родились под солнцем, подвластные лишь ветру

Да поднебесной сини, и не подвластны мне…

— Я ей говорю: ну как я тебе здесь две поллитры возьму, ебена мать? У них здесь так не разливают. У них, в основном, по литру все, а красное — вообще по полтора, ну я его, правда, не пробовал — у них водяра нормальная, но слабже нашей и чище… — Голос на родном языке прозвучал откуда-то сзади.

Алик обернулся. Мужики сливали черное изъезженное Аликово масло и не спеша продолжали беседу. Говорил первый, который постарше, а второй, помоложе, внимательно слушал и запоминал.

— Ну ты тут быстро разбересся, не бойся. Дело хорошее. Главное — налоги не платить, но и не высовываться. А так — нормально. А вот что хуево тут у них — везде лайсенсы на все надо. Куда ни плюнь — лайсенс. Бизнес, какой захочешь, если — лайсенс, рыбу ловить — тоже лайсенс, посрать надо — думаешь: а лайсенс-то я получил?

— А это за деньги, что ли, или как? — заинтересованно выспрашивал второй.

— Да ты чего, парень? — искренне удивился опытный. — Да тут все за деньги… — Он с раздражением потряс в воздухе кулаком. — За деньжищи!..

Последняя капля масла булькнула в корыте, мужики закрутили сливную пробку и потащили корыто в сторону. Алик улыбнулся и внезапно почувствовал, что у него нет привычного раздражения по отношению к бывшим соотечественникам. «Как трогательно, — подумал он. — Интересно, что происходит?»

Хлопнула боковая дверь, и в боксе появился тот, русоволосый, который помогал толкать Аликов «Понтиак».

— Ну, как у вас тут? — спросил он у тех двоих.

— Да нормально, Толь, щас закончим уже… — бодро ответил, который постарше. — Чего ему лить-то, кастрола?

— Лей кастрол, а то ждет клиент, — по-деловому ответил Толик. — Быстрей давай…

— Ничего, я не спешу, — сказал Алик, обращаясь к Толику. — Все в порядке…

— Так ты свой, значит? — широко улыбнулся Толик. — То-то я смотрю… — он немного помялся, подбирая нужное слово, — толкает… Ты у меня не чинился еще? А то у меня многие наши чинятся. Толик я. Сам-то откуда?

— Из Москвы.

— Из самой? — переспросил Толик. — А то тут все, кто от Калуги до Владимира, тоже из Москвы себя считают. Сейчас тут много оттуда, все больше русские, наши, ну в смысле натуральные русские, по нации.

— А у тебя что, только русские чинятся? — спросил Алик, нащупав вдруг интересную тему.

По спине у него пробежала легкая дрожь, и слегка подернулось в анусе. Такое происходило с ним всегда, когда он знал точно — получилось или же вот-вот… И не было судьи у него строже в эти минуты и ценителя выше, чем его чуткое очко.

— Русские — по большей части, но и все другие тоже… — охотно ответил Толик и продолжил: — Они, понимаешь, приезжают когда, сразу к русским не идут. Потому что боятся, что их наебут, — ну как в Союзе все друг друга наебывали, а по нашему-то делу — сам знаешь. Они в «Канадиен Тая» идут чиниться поначалу — к канадцам то есть. Ну а те их наебут еще больше, а денег возьмут — втрое против моего. Вот и считай… Ну, они сразу сюда тогда лыжи вострят чиниться. Я сразу вижу, кто после канадцев приканал, — он с улыбочкой такой, как виноватый вроде. Ну и я его чиню — не вопрос, и еще подскажу, как на потом сэкономить.

Алик заволновался:

— Ну, а канадцы, например, идут к тебе на сервис?

— Тут вот как интересно, — почесал затылок Толик, — если попадет кто, то по случайности разве, а так они к своим только, на канадский сервис едут. Но зато кто попал ко мне — сразу все просекает и потом уже к своим — ни ногой, — хули он там после меня увидит. А канадцы, натуральные которые, деньги знаешь как считают — наши рядом не валялись.

— Ну, а еще кто как чинится, знаешь, а, Толь?

— Кто как, говоришь? — Он снова машинально почесал затылок. — Ну, вот итальянцы, например, к своим чиниться никогда не пойдут — не верят никому своим. И даже если, к примеру, их у себя там не наебут, то они все одно знают — наебут в другой раз непременно. И они лучше ко мне придут, сюда то есть. А те итальянцы других наебывают, кто про них не знает…

— Постой, постой, Толя, а кто про них не знает-то?

— Да и то правда, — согласно кивнул Толик, поняв вопрос по-своему, — нет таких мудаков уже, кто про них не знает…

«Какой сюжет! — восторженно подумал про себя Алик. — Небольшой, конечно, но — сюжет!»

Толиков помощник выкатил из бокса «Понтиак» и протянул ключи Алику.

— Готово!

Алик рассеянно протянул за ключами руку. Он волновался, как охотник, который может упустить добычу.

— Скажи, Толя, а кто же к своим-то ходит? Какая нация?

Толик, не раздумывая ни секунды, тут же среагировал:

— Так китайцы же! Они только к своим и ходят. И не наебывают. Про других не знаю, а своих не наебывают — точно! Они без наебки друг друга держатся — по-хорошему, и сильно дружат… И вообще, я заметил, они ломаются плохо, ездят, как заговоренные.

Алик хотел еще и еще…

— А кто еще к своим ходит? Ну, вот индусы, например, куда идут?

Толик поморщился:

— Чего не знаю — того не знаю, не скажу… Но воняют они чем-то сладким очень все время. А так, не знаю… — Он посмотрел на часы. — А тебе зачем?

Алик как бы невзначай взял Толика за локоть — чтобы не выскользнул — и ответил:

— Понимаешь, я написать про это хочу. Ну, кто есть кто, вроде…

— А-а-а, ну это дело, — неуверенно произнес хозяин сервиса, взглянув на часы. — Про них надо…

Разговор увядал, времени выяснить, кого Толик имел в виду, не оставалось — не был задан еще один вопрос, возможно — главный…

— Ну, а евреи? Евреи к кому ходят чиниться, Толь? — Вопрос прозвучал слегка провокационно. Толик подозрительно глянул на Алика и ответил со всей слесарной прямотой: