Я - Шарлотта Симмонс - Том Вулф

Высоченный белый парень с коротко подстриженными на макушке, а вокруг сбритыми волосами, казалось, выстраивал всю игру изнутри, словно дирижируя великолепными черными атлетами, задавая тон и направляя их действия; возглавляя атаку и сам прорываясь к кольцу — лучше было не стоять у него на пути, когда он рвался положить мяч в корзину; «воспитывая» парней из университета Коннектикута — он просто сметал их, как библейский Самсон или Халк Невероятный.

Дьюпонт уже вел 16:3, когда тренер команды Коннектикута взял тайм-аут. Цирк мгновенно ворвался на временно опустевшее поле битвы, «Дети Чарли» повскакали с мест, замелькали пестрые «метелки», акробатки взлетели в воздух, а медь и ударные оркестра обрушили на зрителей что-то веселое, зажигательное и при этом неимоверно громкое. И все же музыка не смогла перекрыть многоголосый рев толпы. Со всех трибун и секторов, от первого ряда до последнего доносился вопль: «Давай-давай, Джоджо… Давай-давай, Джоджо… Давай-давай, Джоджо… Давай-давай, Джоджо…»

Чуть с опозданием Шарлотта поняла, что множество людей повернули головы и смотрят на нее, жаждая разделить с нею свой восторг по поводу столь потрясающей игры ее парня. О Господи… Оставалось только надеяться, что немногие успели заметить безучастное, если не сказать — хмурое выражение ее лица Но она уже умела в долю секунды «переключать» лицо и делать его таким, как нужно. Болельщики, нащупав общий ритм, перешли на скандирование в едином порыве все той же короткой кричалки — «Давай-давай, Джоджо», и Шарлотта поняла, что ей следует присоединиться. Итак, она изобразила на лице радостную улыбку и зааплодировала в такт с подобающим энтузиазмом.

О Господи… Оркестр в очередной раз заиграл «Свинг Чарли» — и толпа, проникнувшись величием момента, стала горланить стихотворные строчки, прилагавшиеся к этой известной всем мелодии. Судя по всему, девушке Джоджо Йоханссена полагалось присоединиться.