Отдать всего себя. Моя автобиография - Дидье Дрогба

Хенк тен Кате не обрадовался, когда до него дошла информация о том, что было напечатано в газетах. Как только я вернулся в Англию, он вызвал меня к себе.

– Зачем ты дал это интервью? Ты должен извиниться перед своими партнерами, – и все в таком же духе. Я-то вообще не видел в этом ничего такого, чего должен был стыдиться.

– Приятель, ты меня не знаешь! – спокойно ответил я ему.

– Может быть, но ты все равно должен это сделать!

– Хорошо, без проблем.

Мы готовились к тренировке. Я видел, как Авраам и Хенк переговариваются, а потом, когда весь состав собрался на поле, главный тренер объявил: «Дидье хочет всем кое-что сказать».

– Ладно! – ответил я. – Парни, как я уже сказал в интервью, я не знаю, что произойдет в конце сезона, но пока я здесь, я буду вести себя профессионально. И надеюсь, что вы тоже будете делать для клуба все от себя зависящее. Точно так же, как и я. У меня все. Это все, что я хотел сказать.

Мне та история не показалась сколько-нибудь значимой, но в клубе сочли, что я пересек черту, и я понял, что должен выпустить пресс-релиз, где бы подтверждалось, что я связан с клубом обязательствами до 2010 года. Чтобы подтвердить свои намерения, в следующем выездном матче с «Миддлсбро» я забил гол и, празднуя его, в знак глубочайшего признания и уважения к клубу и его болельщикам поцеловал эмблему на футболке. Это был последний раз на ближайшие несколько лет, когда велись какие бы то ни было разговоры о моем уходе из команды.

Сам сезон сложился удачно, но впервые после того, как Роман Абрамович купил клуб, мы закончили год без побед. Мы уступили в четвертьфинале Кубка Англии «Барнсли», в финале Кубка Лиги проиграли «Тоттенхэму» и второй раз подряд заняли второе место в Премьер-лиге вслед за «Манчестер Юнайтед». Это был неприятный итог, учитывая, что судьба чемпионства решалась в последний день сезона. Нам нужно было обыграть «Болтон», а «Юнайтед» требовалось сыграть вничью или уступить «Уигану». Вместо этого вничью со счетом 1:1 сыграли мы, а они победили – 2:0. Сейчас мне кажется, что чемпионат мы проиграли немного раньше, сыграв на стадионе «Уайт Харт Лэйн» в марте вничью – 4:4. Мы вели со счетом 3:1, затем 4:3, но за две минуты до конца матча Робби Кин сравнял счет. Потеря тех двух очков стала для нас решающей.

Итак, мы проиграли все домашние турниры, и нашей единственной надеждой на трофей оставалась Лига чемпионов. В полуфинале против наших постоянных соперников из «Ливерпуля» все сложилось именно так, как я и хотел. Я очень неплохо сыграл в ответном матче дома, дважды забив и внеся решающий вклад в общую победу со счетом 4:3.

Мы попали в финал и были настроены победить, особенно учитывая то, что матч впервые проводился в России, в Москве. Победа приобретала для нашего владельца дополнительную значимость. В соперники нам достался другой наш постоянный конкурент, «Манчестер Юнайтед», с которым, что удивительно, мы никогда раньше не встречались в еврокубках. Им тоже хотелось выиграть, поскольку в 2008 году отмечалась пятидесятая годовщина мюнхенской авиакатастрофы^[10], и в память о погибших они хотели привезти кубок в Манчестер. В общем, для обоих клубов ставки были высоки.

Для меня победа в этой игре также многое значила. Я думал, что, выиграв Лигу чемпионов, смогу стать счастливым обладателем всех возможных кубков в клубе «Челси».

Чтобы как следует привыкнуть к обстановке и подготовиться к матчу, мы приехали за два дня до него. Мы стремились сделать все правильно перед игрой, имевшей такую символическую значимость для владельца клуба. Однако не всегда все идет именно так, как хочется, и нельзя всегда полностью контролировать ситуацию. Меня в то время потрясла новость о том, что моя бабушка по материнской линии, с которой я был очень близок, попала в больницу, и врачи не оставляли ей шансов. Во время двухдневной подготовки к матчу я постоянно висел на телефоне, разговаривая с мамой, которая находилась рядом с бабушкой и передавала не самые радостные известия. Мы были с ней очень близки, когда я был еще маленьким, и вот теперь она умирала. Во время игры я не мог должным образом сосредоточиться. Было тяжело выкинуть эти мысли из головы. Может, не случись тогда этих проблем, дела на поле пошли бы по-другому. Но все мы – живые люди, и мы не всегда понимаем, что мы не можем отделить себя от происходящего в нашей жизни. Я верю в судьбу, в то, что тот финал был не наш. Это был финал «МЮ».

Сама игра началась довольно спокойно, обе команды искали свой ритм. На 26-й минуте Криштиану Роналду забил головой с передачи Уэса Брауна. Спустя несколько минут я почти сравнял, но в итоге счет оставался неизменным почти до перерыва, когда, наконец-то, забил Фрэнк Лэмпард после рикошета от Неманьи Видича и Рио Фердинанда, дезориентировавшего их вратаря Эдвина ван дер Сара.

Во втором тайме голов не было, хотя мы атаковали острей и были ближе к тому, чтобы забить, особенно после того, как я с дальней дистанции угодил в штангу. В дополнительное время напряжение возросло, и нам чуть не хватило удачи – удар Лэмпарда пришелся в перекладину. С другой стороны, Джей Ти спас команду, сумев головой вынести с линии мяч, направленный Гиггзом в пустые ворота. Время шло, и я все больше расстраивался из-за того, что не смог выступить так, как хотел. Кроме того, я видел, что Фердинанд и Видич очень устали и даже пытались тянуть время до серии пенальти. Я подошел к бровке и сказал тренеру: «Нам нужно играть в два нападающих, и тогда мы забьем. Я, или Нико (Анелька), или кто-то еще. Но главное, чтобы мы играли в два форварда». Весь матч мы играли со мной на острие атаки, но такая схема подходила мне не лучшим образом. Тренер меня, однако, не послушал: Нико вышел на поле, это правда, но на позицию флангового хавбека, оставив меня так же одного против двух центральных защитников «Юнайтед». Постепенно я начинал нервничать все больше, потому что я знал, что мы были очень близки к тому, чтобы забить гол и завершить игру.

За четыре минуты до конца дополнительного времени эмоции и разочарование взяли надо мной верх. Вбрасывался аут после того, как игру останавливали, чтобы помочь игрокам избавиться от судорог, и Карлос Тевес слишком медленно отдавал нам мяч. Между некоторыми игроками начались споры, затем все произошло очень быстро: Видич оттолкнул меня, и я, инстинктивно среагировав, слегка смазал его рукой по лицу. Ничего жесткого в той ситуации не было, но поскольку судья находился рядом, мне незамедлительно показали красную карточку.

Я ощущал себя так, словно мне снился кошмар. Я не мог поверить в то, что только что произошло. Путь до раздевалки был очень долгим, и на всем его протяжении я продолжал думать: «Эта игра может быть для меня последней за клуб!» Какие только мысли не переполняли меня в тот момент! Я слышал, как недовольно гудели в мой адрес наши болельщики. Я осознавал, что виноват в случившемся, и это было ужасное чувство. Никогда его не забуду.