Семья - Лесли Уоллер

Сол слегка успокоился. Гарри всегда выручал.

— Когда мы дойдем до верха…

— Оставь, Сол. Разве я когда-нибудь подводил тебя?

— Чернорабочий Луис Ортега! Чернорабочий Луис Ортега!

— Сварщик Герман Стац! Сварщик Герман Стац!

Сол улыбнулся Гарри.

— Равно, как и я тебя, сынок.

Гарри улыбнулся и поднялся.

— Хочу посмотреть на центральную трубу на пятнадцатом этаже, где должен быть пульт управления коммуникаций. Мне нужно кое-что обсудить с архитектором, Сол. Ты когда-нибудь слышал, чтобы в подвале не устанавливали пульты?

Выходя из трейлера, они оба взяли желтые пластмассовые каски и направились в сторону открытой платформы подъемника. Невдалеке стоял грузовик фирмы «Херц», помощники электриков помогали разгружать трубы. При виде грузовика Гарри нахмурился.

— Эти болваны дают мне шестимесячный кредит? Всего шесть паршивых месяцев?

— Вопрос не стоит о кредите, — пояснил Сол, покашливая. — Нам нужно платить за аренду каждый месяц. Так же, как тебе платят твои арендаторы. У тебя пять месяцев задолженности.

— Не беспокойся, приятель, — заверил его Гарри, лихо надевая каску. — Через неделю или две у нас будет достаточно денег, чтобы расплатиться со всеми.

— Ты перестаешь финансировать работы на Брукхэвене?

— Нет.

— Ты останавливаешь земляные работы в Армонке?

— Ты что, шутишь? Каким образом это может принести нам деньги?

— Тогда что же? — спрашивал Сол.

— Плотник Муррей Крочмел! Плотник Муррей Крочмел!

— Чернорабочий Рокко Карфано! Чернорабочий Рокко Карфано!

— Не думай об этом, — ответил Гарри, стараясь, чтобы его ответ прозвучал уверенно.

Они встали на открытую площадку лифта и начали подъем. Гарри закрыл глаза, его подташнивало. Ему было плохо. Он уже однажды просил Сола сделать скорость подъема лифтов на всех его стройках поменьше. Но Сол достал свою логарифмическую линейку и рассчитал ежедневные потери человеко-часов. И лифты продолжали летать на тошнотворной скорости.

— Все в порядке, не обращай внимания, — спокойно сказал Сол, наблюдая за работой на открытых этажах здания, мимо которых они пролетали. — Но я ведь не простой рабочий, Гарри. Я спрашиваю не из любопытства. Я тридцать пять лет своей жизни отдал этой компании.

Гарри ничего не ответил, но не потому, что ему нечего было сказать, а просто потому, что пытался удержать в желудке завтрак, пока они не достигли пятнадцатого этажа.

— Какой-нибудь банк собирается дать заем, так? — еще раз спросил Сол.

Гарри сглотнул. Они вышли из лифта и с минуту стояли неподвижно на цементном полу.

— Чернорабочий Инносенсио Диаз! Чернорабочий Инносенсио Диаз!

— Я покончил с банками, — ответил наконец Гарри, оглядываясь вокруг. — Я направляюсь прямо к источнику, Сол, дружок, прямо к монетному двору.

— Что? — Сол шел к тому месту, где прокладывали кабель. — Форт Нокс, может быть?

— Еще лучше. Это крупная компания по закладным и долговым обязательствам, которой руководит Гаэтано Фискетти.

Сол нахмурился. Загорелая кожа на его лице собралась в глубокие складки.

— Почему ты думаешь, что тебе удастся выудить у него деньги, Гарри? Это же частные деньги. — Он подчеркнул это слово.

— Не беспокойся. У меня есть способ.

— Чернорабочий Мануэль Флорес! Чернорабочий Мануэль Флорес!

— Они тебе уже пообещали? — спросил Сол. Его глаза опять стали большими, но не молящими, в них было какое-то другое выражение, которого Гарри не мог понять.

— Что пообещали? — спросил Гарри. — Выложить деньги под дулом пистолета?

— Гарри!

— Успокойся. Расслабься.

— Гарри… — Лицо Сола застыло, — скажи мне, что ты просто пошутил.

— Как это пошутил?

— Гарри, ты шутишь? — настаивал Сол.

— Чернорабочий Ксавьер Лопес! Чернорабочий Ксавьер Лопес!

Сол Герачи, казалось, примерз к полу, на котором он стоял. Он был неспособен сдвинуться с места, как будто наблюдал за катастрофой таких огромных масштабов, что одно крошечное человеческое существо Просто было бессильно что-либо предпринять.

— Гарри.

— Перестань повторять мое имя.

— Ты… — У Сола просто не было слов. Он опять стал кашлять. Его правая рука начала медленно, не сгибаясь, двигаться наверх.

— Чернорабочий Франческо Манос! Чернорабочий Франческо Манос!

Сол перекрестился.