Величайший урок жизни, или Вторники с Морри - Митч Элбом

Причина, по которой я не отказался от мысли о публикации, заключалась в том, что я не ставил себе задачи написать популярную книгу. Я хотел помочь Морри оплатить его счета за медицинские услуги и потому был полон решимости и настойчив, и сломить меня было не так-то легко. Я продолжал поиски до тех пор, пока не нашел издателя. Когда я рассказал Морри, что наконец-то нашел его, и теперь мы сможем оплатить его счета, он заплакал. Я часто говорю, что на этом завершились мои «Вторники с Морри», хотя в те дни я только начинал писать эту книгу[7]. Я добился того, чего хотел — в ответ на безграничную доброту Морри я сделал для него одно незначительное доброе дело. Это было лишь началом моего странствия.

Сегодня книга напечатана в десятках стран, где я никогда не бывал, и переведена на множество языков, на которых я не говорю и не пишу. По книге сняли телевизионный фильм, и выдающийся актер Джек Леммон признался, что роль Морри — его самая любимая. По мотивам книги была поставлена пьеса, и она обошла сцены всей Америки. Эту книгу читали в школах, университетах, приютах для умирающих, на поминальных службах, в церквях, синагогах, в читательских группах и в благотворительных обществах.

Трудно выразить словами, с каким благоговением я отношусь ко всему, что связано с этой книгой, и как я горжусь, что ненавязчивая мудрость Морри разлетелась по всему свету, — словно легким снежком припорошив мостовые. И теперь я действительно не могу с ним не согласиться: эта Вселенная так грандиозна и гармонична, что невозможно поверить, будто все это — случайность.

Надеюсь, эта книга раскроет людям глаза на AЛC, но также надеюсь, что наступит день, когда с этой болезнью будет покончено раз и навсегда. Надеюсь, что эта книга напомнит людям о ценности времени, которое мы проводим друг с другом. И я надеюсь, что она, как и прежде, будет данью учителям — людям, которые так много значат в нашей жизни. И еще я верю, что, где бы сейчас ни находился Морри, он танцует. Он это заслужил.

В тот день я спросил Морри, какой ему представляется идеальная потусторонняя жизнь, и он ответил: «Я по-прежнему в здравом уме… и я — часть нашей Вселенной».

Размышляя о людях, уже прочитавших книгу и тех, кому только предстоит это сделать, я испытываю чувство глубокой благодарности к Морри и считаю, что его желание сбылось.