Эви хочет быть нормальной - Холли Борн

СПУСТЯ ПАРУ ЧАСОВ я уже знакомилась с коварным миром алкогольных напитков. А точнее, самбуки. И плевать на таблетки – все равно я их пью в самой мизерной дозировке.

– Ого, Эви, что это ты творишь?! – прокричал Гай, стараясь заглушить громкую музыку.

Он только что влетел на кухню Анны и увидел, как я смешиваю напитки. Одна. А это, между прочим, верный признак душевного равновесия.

– Разливаю шоты, – спокойно ответила я. – Вполне себе логичное занятие для шестнадцатилетней девчонки.

Гай забрал у меня бутылку самбуки:

– Это-то да, но обычно ты себя так не ведешь.

– Так – это как? Как человек, который умеет веселиться?

– Нет… как все остальные.

Мы оба вцепились в бутылку, застыли, не сводя глаз друг с друга, и простояли так несколько дольше, чем можно было бы ждать от друзей. И тут на кухню зашла Эмбер.

– Эви! – закричала она. – Где самбука?! Дай мне ее!

Волосы у нее закурчавились – верный признак того, что она уже порядочно нахлесталась. Она как-то рассказывала, что стоит ей только напиться – и ее волосы хмелеют вместе с ней. Это она предложила нам сегодня покутить на славу. И я, услышав, как громко Эмбер с Лотти смеются над моей историей об Оли и его родителях, согласилась.

Они потешались над ним от души. Наше свидание показалось им забавным – нет, даже уморительным. И в какой-то момент я поймала себя на том, что тоже хихикаю, бормоча что-то вроде «Да-а-а, он тот еще чудак», а чувство вины в душе сменилось злобой и отчаянием. Про агорафобию я им рассказывать не стала – все-таки это была слишком личная подробность. Но девчонкам, конечно, хотелось знать, отчего я не привела его с собой на вечеринку, и тут упоминание о родителях вырвалось у меня само собой. Наверное, эта деталь и впрямь удивляет, если вы не в курсе ее причины… Как я уже говорила, знать названия всяких расстройств – еще не значит сочувствовать тем, кто от них страдает.

Я вырвала из рук Гая бутылку и, не заметив, что забыла ее закрыть, победно ею взмахнула. Нас тут же окатило дождем из самбуки.

– Ой! – воскликнула я и захихикала, когда липкий анисовый ликер забрызгал мне волосы.

– Бог ты мой, Эви! – Гай стер капли с лица и негодующе на меня уставился. – Тебе уже хватит.

– Да? И кто мне об этом говорит? Король укурков?

– Вот-вот, – поддержала Эмбер, а потом стерла с плеча самбуку и облизнула пальцы. – Тебе разве не хочется уединиться где-нибудь в углу и выкурить косячок?

– Безумно хочется, – процедил Гай и пулей выскочил с кухни, опрокинув пустую бутылку.

Почему-то мне это показалось невероятно смешным, и я расхохоталась, запрокинув голову. Эмбер окинула меня полным любопытства взглядом:

– Эви, ты как себя чувствуешь, ничего? По-моему, смешного тут мало.

– Бутылка упала! – выкрикнула я и захохотала еще сильнее.

– М-да. Кажется, тебе и впрямь пора завязывать.

– Нет! – запротестовала я и взяла свою рюмку (которая в действительности была подставкой для яйца). – О, сэр, будьте так любезны, наполните мой бокал!

Эмбер расплылась в улыбке и послушно налила мне самбуки.

– За нас! – воскликнула она, и мы чокнулись.

– За нас! – сказала я и осушила свою «рюмку».

Джоэл и Джейн хохотали как безумные. Они сидели вплотную, крепко обняв друг друга.

– А что он сказал, когда появились его родители? – задыхаясь от смеха, спросил Джоэл.

Я напрягла память. Это оказалось непросто, хотя речь шла о событиях, произошедших всего несколько часов тому назад. Но я все напрочь забыла. Забыла имена людей вокруг, забыла, где нахожусь, даже как правильно ходить…

– Э-э-э… – протянула я, мучительно припоминая. – Ах да! Он сказал что-то вроде «Не переживай, сидеть мы будем отдельно».

У Джоэла от смеха выступили слезы.

– Слышали? – крикнул он горстке своих приятелей, подзывая их к себе. – Эта девчонка сегодня ходила на свидание, – поведал он и указал на меня. – И знаете что? Ее парень притащил с собой предков!