Felix - Мария Павлович

— Нет, — наконец произнес он. — Но я верю в то, что если со мной ничего плохого не произошло, значит, так и должно быть. Судьба…

— Все понятно, — Арнольд нетерпеливо перебил его. — А ты не думал, например, что в тот момент, когда ты выбирал, куда пойти обедать: в итальянское кафе или во французский ресторан, именно тогда и решилась твоя судьба? Если бы ты пошел налево, а не направо, то тебя, например, переехал бы «КамАЗ».

— Ты что, правда, об этом думаешь?

— Да.

— Странно. — Игорь задумчиво оглядел напарника с ног до головы, в его глазах застыло насмешливое выражение. — Я никогда не видел тебя размышляющим в течение дня, засыпаешь ты мгновенно, — он как бы разговаривал вслух сам с собой. — Когда же ты успел продумать свою теорию судьбы?

— Когда обедал с Жанной.

— Вы говорили об этом? — Игорь удивленно застыл с куском бинта в руке.

— Я же сказал, с Жанной, — недовольно пояснил Арнольд. — Это значит, что она ни на секунду не закрывала рот, а у меня была возможность подумать о судьбе.

— И что же ты надумал?

— Я решил, что раз я слушаю весь этот бред, терплю ее ужасный характер, то в этом должен быть какой-то смысл.

Игорь тихо засмеялся:

— Мне твоя теория кажется слишком сложной, получается, что нет ни одного, даже самого незначительного поступка или решения, которые не повлияли бы на нашу дальнейшую судьбу в глобальном смысле.

— Вот именно! — Арнольд возбужденно взмахнул «больной» рукой. — Все имеет значение! Вот лежит на столе журнал, я предлагаю тебе пойти на светскую вечеринку и поработать там. Может быть, это решение изменит всю нашу жизнь!

— Я понял тебя, но, видишь ли, в чем дело, — Игорь старательно подбирал слова, — мы все равно можем выбрать только одно решение и никогда не узнаем, что было бы, поступи мы по-другому, поэтому твоя теория не имеет под собой реальных доказательств.

Арнольд покачал головой, хитро поглядывая на друга.

— А нам не нужно это знать, это видно сверху, — он вытянул указательный палец к потолку, — а жизнь все расставит по местам.

— Не думаю, что это имеет значение в нашем случае.

Игорь задумчиво посмотрел на сгущающиеся за окном сумерки. Он поймал себя на мысли, что, возможно, впервые за долгое время майские праздники придется провести в городе, для роскошных путешествий не было средств.

— То есть, если тебя собьет «КамАЗ» по дороге за сыром, — не унимался Арнольд, — я не должен корить себя за то, что не отговорил тебя идти в магазин.

— Я не хожу за продуктами, но, в любом случае, — Игорь весело взглянул на друга, — не вини себя, конец всегда один, это лишь вопрос времени.

Арнольд подавленно замолчал, а Игорь продолжил бинтовать ему руку. У Арнольда были длинные, изящные пальцы, как у пианиста, и довольно тонкое для мужчины запястье. Игорь зажал бинт указательным пальцем и, наклонившись, зубами оторвал лишнюю длину.

— А как насчет ягненка? — спросил Игорь, аккуратно снимая оставшиеся на языке нити. — Тот факт, что сегодня на обед я заказал ягненка, а не рыбу на гриле, как-то повлиял на события будущего?

— Что определило твой конечный выбор? — серьезно спросил Арнольд.

Игорь задумался. Потом неожиданно рассмеялся. Арнольд даже вздрогнул, его напарник нечасто позволял себе подобные вспышки беспричинной радости.

— Делая заказ, я подумал о том, что мы давно не ходили в «Эгоиста». Мне захотелось посмотреть на голых девочек, и после этого я решил взять ягненка, а не рыбу.

Арнольд оживился:

— Давай заглянем туда сегодня после работы.

— А может, лучше в какое-нибудь другое место для разнообразия? Слышал про «Куколок»?

— Нет, — Арнольд поправил бинт правой рукой, — но сходим на разведку. — Его настроение заметно улучшилось. — И все же, — добавил он, — я считаю, что эти бинты — перебор. Только для того, чтобы поговорить со старым евреем про гибель окружающей среды. Ты же не думаешь, что мне будет очень сложно с лошадей перейти на выхухоля или химические отходы.

— Ты его недооцениваешь! Ты вообще плохо подготовился. Ты даже не съездил на этот благотворительный собачий аукцион. Не видел в глаза его «Алису». — Игорь недовольно покачал головой.

— Ему самому плевать на «Алису». Я знаю этот тип людей, его просто кто-то попросил дать немного денег, ему нет дела ни до каких собак, он живет другим. Лошадьми!

Игорь не слушал его, сделав шаг назад, он подозрительно рассматривал наряд друга.

— Ты что, взял новый смокинг? — наконец поинтересовался он.

— Нет, а что? — Арнольд нервно покрутился на месте, пытаясь осмотреть себя со всех сторон.

— Рукава почти не блестят.

— Ты что, издеваешься? — взвился его партнер. — Посмотри получше на это рванье. Вот, — он возбужденно сдернул бабочку с шеи, — тут даже пятно от соуса с прошлого раза. Куда уж хуже, мой друг! И потом, — не унимался он, возвращаясь к беспочвенным обвинениям Игоря, — на кой черт мне ездить по окраинам и смотреть на эти собачьи бараки. Все было в Интернете, кто кого куда усыновил и удочерил.

— Ладно, ладно, — Игорь, улыбаясь, поднял обе руки вверх. — Ты сегодня чрезвычайно нервный. И все же не надо недооценивать Ройтера. — Повернувшись спиной к напарнику, он принялся сматывать шнур от утюга.

— Ройтер, Райхес — мы почти однофамильцы! Возможно, эта судьбоносная встреча двух евреев перевернет весь мир!

— Ты не еврей, ты немец.

— Ну и что, Ройтер же об этом не знает!

— Значит, судьбу все-таки можно обмануть.