Понаехавшая - Наринэ Абгарян

— Заводи! — откликнулись изнутри низким грудным голосом. — Егорыч, а ты чего ее сам привел, она тебе дала, что ли? — Довольный голос разразился громким хриплым хохотом.

Девица оторопела.

— Не бойся, — шепнул Егорыч и мягко подтолкнул ее в спину. — Это она так шутит.

— Здрасьти, — пискнула девица и робко заглянула в кабинет. — Можно?

— Здравствуйте. — Из-за стола поднялась полная невысокая женщина. Короткостриженые волосы пестрели разноцветными прядями, гипюровая прозрачная кофта обтягивала большую грудь. — Это вы у нас по блату?

— В смысле, по блату? — испугалась девица.

— За вас наша бухгалтер просила.

— Ах да! Она мама моей однокурсницы. Можно?

— Заходи! И закрой за собой дверь. Дует.

Девица закрыла дверь, неловко стянула с головы шапку, пригладила волосы. Потупилась. Громко сглотнула. Смутилась. Крепче прижала к груди сумку.

— Семью восемь? — пошла в наступление женщина.

— Пятьдесят шесть, — не дрогнула наша героиня.

— Двенадцать в квадрате?

— Сто сорок четыре!

— Так! Кто по образованию?

— Филолог. Сейчас второе высшее получаю.

— На кого переучиваемся?

— На журналиста.

— Мощно! Мало было одной безденежной профессии, ты решила еще и вторую освоить?

— Ну, это сейчас она безденежная. Потом, думаю, все изменится.

— Акцент есть, ну да хрен с ним. Все равно с иностранцами работать. Английским владеем?

— Владеем.

— Матом послать умеем?

— Нет.

— Нехорошо!

Женщина побарабанила пальцами по столу, встала. Прошлась непринужденной иноходью по кабинету туда-сюда, еще раз туда-сюда, зачем-то заглянула в мусорную корзину, поворошила там рукой. Вытащила какую-то мятую бумажку, разгладила на колене, долго ее изучала.

— Семью девять! — гаркнула что есть мочи.

— Шестьдесят три, — подскочила девица.

— Смотри-ка, филолог, а считать умеет!

— Я школу с серебряной медалью окончила!

— Не выебывайся, как муха на стекле. Это первое мое собеседование, на тебе тренируюсь. Ну как?

— Что как?

— Собеседование как?

— Нормально, хм.

— Вот и славно. Значит, Понаехавшая, говоришь?

— Ага, с гор!

— А то я не вижу. Родители тут или там?

— Там.

— Хэх. Ладно, жалко мне тебя. Берем. Зовут меня О. Ф., говорить со мной вежливо, слушаться беспрекословно. Не перечить. Ясно?

— Ясно! — выпятила грудь Понаехавшая.

— Садись. Пальто сними! Да отцепись ты от сумки, ничего с ней не случится. Чаю хочешь?

— Нет!

— Кому было сказано не перечить? Налей себе чаю, вон, видишь, термос стоит на столе. Печенье возьми. И сахару в чай положи, три куска. А лучше четыре.

Так наша героиня и попала в «Золотой Век».

Для работы в обменный пункт О. Ф. отобрала восемь девушек. Семь москвичек с опытом работы в банке и одну Понаехавшую с пропиской в селе Верхние Луки Рязанской области и без опыта работы. Такой вот выверт фортуны.

После недолгого, буквально двухчасового обучения — показывали, как заполнять справки, как запечатывать инкассаторскую сумку и обращаться с калькулятором, — испуганных девушек повели в отдел кадров. Оформляться. На второй день дали подержать в руках доллары и немецкие марки, вручили книжку с подробным описанием мировых валют и повезли в «Интурист» — знакомиться с местом работы.

Первыми, кого увидели девушки, перешагнув порог гостиницы, были жрицы любви — они разноцветной стайкой толпились возле высокой колонны слева и, покуривая, что-то оживленно обсуждали.

— Мамочки! — внутренне сжалась Понаехавшая. — Куда это я попала?!

— Дааа, весело нам тут будет, — хмыкнула О. Ф. — Ну, чего столпились у входа, идем прямо, к стойке ресепшн. Где-то там, сбоку, и должен быть наш обменник. На блядей не озираемся. Сказано — не озираемся!

И, напевая что-то бравурное себе под нос, О. Ф. погнала испуганных девочек вглубь гостиницы.

Из письма Понаехавшей к подруге:

«Ты только не думай, у меня все в порядке. Устроилась на работу в „Интурист“, ничего пока не умею. Приняла у клиента пять долларов, рубли отдала как за десять. Недостачу вычтут из зарплаты. Кругом много иностранцев, и проституток тоже много. Зато коллектив хороший. Учат меня матом ругаться, но я не поддаюсь. Совмещать работу с учебой не очень получается, придется, наверное, уходить из университета. Пока раздумываю. Маме с папой ничего об этом не рассказывай. Ну, про универ, про мат и проституток. И про недостачу не говори. Скажи, что я в банке работаю, и что все у меня хорошо.

А вообще, знаешь, что я хочу тебе сказать? За последние полгода я впервые нашарила твердую почву под ногами.

Москва меня, кажется, приняла».