Рыжий бродяга Тоби. Кот, подаривший утешение в самые трудные дни - Селия Хаддон

С самого начала было ясно, что, несмотря на косоглазие, Тоби будет красивым котом с пушистым рыжим хвостом и белыми усами. У него не было великолепных золотых глаз Уильяма, окаймленных черным, но зато имелись весьма впечатляющие бакенбарды. Кот напоминал рыжего Брэдли Уиггинса – разве что у него не было грязных ушей и подростковых прыщей на подбородке. Можно сказать, что Тоби был похож на обычного подростка, подражающего Брэдли Уиггинсу!

Я надеялась, что появление обаятельного Тоби, даже если он не сможет соперничать с Уильямом в красоте, сделает жизнь Ронни более интересной. Ронни был абсолютно измучен тремя раками, поселившимися в его теле. Теперь он больше не мог выходить из дома – только в инвалидном кресле. Ему с большим трудом удавалось дойти от постели до кресла в гостиной. С каждым днем он слабел все больше.

А за новым котом он мог бы наблюдать со стороны. Тоби отлично подходил для этой цели, потому что, когда я брала его на руки, никогда не кусался и не царапался. Даже в состоянии смертельного ужаса Тоби просто замирал, а не начинал отчаянно отбиваться. В отличие от Тилли, он сдал экзамен на безопасность на «отлично» – Тилли всегда начинала кусаться, причем весьма ощутимо.

Этот аспект был важен, потому что Ронни стал очень чувствителен к боли. Если я, проходя мимо, случайно его задевала, муж морщился от моего прикосновения. Если я случайно толкала его или наступала на ногу, он буквально кричал от боли. Легчайшее прикосновение причиняло Ронни страдания. От стероидов (он принимал их из-за рака простаты) его кожа стала очень тонкой, если кто-то пожимал ему руку, то кожа могла сойти с кисти, как перчатка.

Ронни сам выбрал имя для Тоби, как когда-то для Уильяма. И это было очень хорошо. Дав животному имя, вы утверждаете свое право на него. Я так считаю. Почему люди дают новые имена подобранным кошкам? Новое имя – символ новых отношений. Кроме того, Ронни даже настаивал на выбранном имени, хотя я предлагала другие. Если нам удастся приучить Тоби к гигиене и укрепить его здоровье, все будет хорошо.

Благодаря опыту Джулии, Тоби постепенно стал поправляться и эмоционально, и физически. Примерно через неделю он научился правильно пользоваться лотком – это было очень важно для дома, где живет человек с ослабленной иммунной системой.

– Как ты этого добилась? – спросила я у Джулии.

– Я поставила в клетку три лотка, поэтому промахнуться ему вряд ли удалось бы, – объяснила она. – А еще я экспериментировала с разными наполнителями. Я попробовала даже газеты вместо наполнителя, но главное было вовсе не в наполнителе. Все три лотка были чистыми, очень чистыми. Как только он ими пользовался, я сразу мыла их, оставляя чуть-чуть использованного наполнителя для запаха. Я была очень настойчивой. Если я видела, как он пользуется лотком, то сразу же вознаграждала лакомством. Сначала он пользовался двумя лотками, а потом научился делать все свои дела в одном.

Кроме того, Тоби начал привязываться к Джулии. В электронном письме она писала мне: «На кухне нашей кошачьей гостиницы я мыла миски в раковине. Тоби вылез из своего домика и залез в лоток, чтобы сделать свои дела. Я медленно подошла к его клетке и, когда он закончил, позвала его по имени. Он подошел к дверце, посмотрел на меня, потом направился к домику и по пути оглянулся. Он не испугался, не скрылся, а спокойно и позитивно пообщался со мной. Здорово, правда?»

В тот же день я получила другое письмо: «Я только что обошла свою гостиницу и сменила пару кошачьих лотков. Как ты думаешь, кто сидел на лежанке и ждал меня (не в домике)? Я подошла к дверце и минут пять разговаривала с ним, а он просто смотрел на меня».

Тоби стал с симпатией относиться и к брату Джулии. Кошки иногда боятся мужчин больше, чем женщин. Я боялась, что и Тоби окажется таким же, но ошиблась. Он просто боялся всех людей, как и многие бродячие кошки. Когда-то кот жил в доме и был дружелюбным котенком, поэтому не был по-настоящему диким котом, который никогда не имел дела с людьми. Мы с Гейнор никогда не смогли бы его поймать, будь он действительно диким.

Страх перед людьми был у Тоби не врожденным, а приобретенным. Его выкинули из дома, люди кричали и гнали его из своих садов. Именно поэтому он разуверился в них: печальный опыт жизни на улице разрушил доверие.

Я еще раз отвезла Тоби к ветеринару для нового осмотра и последней прививки, пока он находился у Джулии. Джулия вытащила его из домика и посадила в переноску. Вытаскивать кота из домика было нелегко, хотя он уже привык к Джулии. У женщины был опыт общения с самыми разными котами, поэтому обошлось без укусов и царапин. Вторую прививку сделали благополучно.

Анализ кала показал, что у Тоби лямблии – мелкие кишечные паразиты. Ветеринар прописал ему пасту, которую нужно было использовать три раза в день. Кроме того, коту понадобился особый дорогой корм. Объедки из мусорных баков испортили его пищеварение, и теперь ему до конца жизни следовало питаться особым образом – по стоимости это равнялось питанию в пятизвездочном отеле.

На столе у ветеринара Тоби замирал от ужаса. Он не кусался, не царапался, не пытался сбежать. Кот немного набрал вес, но когда ветеринар раздвинул ему шерсть, чтобы посмотреть, нет ли там блох, клочья шерсти упали на пол. Тоби явно не ухаживал за собой как следует. Прыщи на мордочке, по-видимому, были связаны с тем, что мы его еще не кастрировали. Настоящие угри! Уши тоже были очень грязными. Мы записались на кастрацию на понедельник, после чего я собиралась забрать его домой.

Всю тяжелую работу за меня проделала Джулия. Благодаря ей я смогла забрать кота домой, не беспокоясь о его гигиенических привычках. Кот более не представлял инфекционной опасности для Ронни. У Джулии я оставила собственный лоток, чтобы подготовить кота к переезду. Этот лоток помог бы ему вспомнить о том, где нужно делать свои дела на новом месте.

Свободная ванная в Рождество оставалась пустой, поэтому я могла держать его там, если у него все же возникнут туалетные проблемы. А вот кошачья гостиница Джулии на рождественские праздники заполнялась, поэтому она больше не могла держать Тоби у себя. Время для переезда на новое и, как я надеялась, постоянное место жительства было выбрано идеально. Я надеялась, что тихая ванная комната понравится коту больше, чем шумная кошачья гостиница.

Последним этапом реабилитации Тоби была кастрация. Ронни всегда двойственно относился к этой процедуре, поэтому я не стала ему даже говорить об этом. Как многим мужчинам, ему не нравилась идея лишения сексуальности – пусть даже и кота. Я решила, что он может узнать об этом, когда все будет сделано, и отвезла Тоби к ветеринару прямо от Джулии, не сообщая Ронни об операции, а домой привезла его вечером и уже без мужского достоинства.

Когда я принесла Тоби в дом, то остановилась в гостиной, чтобы Ронни увидел кота в переноске. До этого он видел Тоби всего лишь раз и то мельком (фотография в мобильнике Гейнор не считается).