Я другая - Андрей Кузечкин

— Расскажи мне о них. Поподробнее.

— Что тебя интересует?

— У Павла роман с Ирой?

— Вон ты чем интересуешься… — Майя посмотрела на Элен с неодобрением. — Только не говори мне, что Паша тебе понравился.

Элен презрительно фыркнула:

— Издеваешься? Нет, конечно! Меня другое интересует: Ира ведь раньше с Ильей встречалась?

— Если можно так выразиться. Так, поигралась и выкинула.

— А с Пашей у нее все серьезно?

— Не знаю. Когда речь идет о Пашке, про слово «серьезно» лучше вообще забыть. Он избегает серьезных отношений. Они ему просто ни к чему. Пашку много кто пытался захомутать… — Майя усмехнулась. — Бесполезно. Ты посмотри на него: он вон какой! У него сегодня одна, завтра вторая. Сейчас вот он с Ирой, уже недели две, да вот надолго ли? Наиграется и с ней рано или поздно.

— А ты бы хотела быть на ее месте?

— А я была, — просто сказала Майя. — На первом курсе. Паша тогда был не такой разборчивый, как сейчас. Специализировался на студентках. За год многих с курса попробовал. Потом ему это стало неинтересно, и он перешел со студенток на более трудные цели. Приходит в клуб, например, и склеивает самую неприступную красавицу.

— А чего же он тогда вдруг с Ирой связался, если студентки для него — пройденный этап?

— Спроси чего полегче. — Майя помолчала. — Ты видела такую анимешку — «Парень со свинцовыми глазами»? Там, где очень крутой парень по имени Кинджи пришел учиться в колледж и начал там всех девчонок цеплять направо и налево?

— Конечно, видела.

— Мне иногда кажется, что этот мультик с Паши рисовали.

Разговор медленно перешел на японскую анимацию.

Вернувшись в бунгало, Элен, предварительно постучав, заглянула в маленькую комнату, где жили Илья, Петр и Никита, и обнаружила черноволосого толстяка, расхаживающего по комнате и пытающегося найти носки. Его долговязого соседа не было, а Илья крепко спал.

— Не твои ли носки там снаружи купаются? — подсказала Элен.

— Мои! — радостно закричал Петр, выглянув на улицу. — Как они там оказались?

— Наверное, Никита выкинул. Ради прикола. Он вчера вообще был невменяемый. Не знаешь, кто ему глаз подбил?

— Павел. Они вместе выпивали, а Никита нажрался и на него стал наезжать. Ну, ему пришлось отбиваться.

— А ты откуда знаешь?

— Я там был. Вчера не мог заснуть — взял, оделся да сходил к ним.

«И ты, Брут… — все, о чем смогла подумать Элен. — Неужели только нас с Илюхой тошнит от всех этих пьяных бренчаний на гитаре?»

День прошел так скучно, как он вообще мог пройти. После обеда в столовой опять началась общая тусовка. Элен разрывалась на части: с Ильей ей было тоскливо, а стоило ей отойти от приятеля хоть на шаг — допустим, поболтать с Майей или Петром — он исчезал. Потом вдруг приходил обратно и как ни в чем не бывало продолжал разговор — например, отвечал на вопрос, который Элен задала полчаса назад.

Ближе к ночи они опять отправились на прогулку.

Пирс. Лунная дорожка поверх воды. Огоньки вдалеке на другом берегу Блинского моря — кто-то жжет костры.

Илья стоит, опершись на перила и низко наклонив голову.

Элен берет его за руку. Рука очень холодная, как у зомби.

— Ты меня избегаешь? — спросила Элен.

— Не тебя, а их, — голос Ильи угрюм. — А ты, если хочешь, можешь с ними развлекаться, я не против.

— Я хочу быть с тобой… — за последние дни Элен так вжилась в роль девушки, влюбленной в Илью, что последнюю фразу она произнесла так, будто сама в нее верит.

— Зачем тебе это?

— Илюша! — Элен вдруг поняла, что хочет откровенности, а для этого нужно самой сыграть в открытую. — Ну что я сделала не так?

Илья молчал.

— Это из-за Иры, да?

— Кто тебе рассказал? Майка? — сдержанно удивился Илья. — А, какая разница! Можешь считать, что из-за нее.

— Как у вас с ней вообще что-то началось? — не удержалась от вопроса Элен.

— Да я сам не понял как. Как-то раз она меня попросила съездить с ней в библиотеку, подобрать материал для реферата. Мы съездили, потом она мне предложила посидеть в кафе. Домой возвращались уже поздно вечером, я проводил ее до подъезда, и она меня… — следующее слово Илья проговорил с огромным усилием, словно оно царапало ему язык, — поцеловала… Так, слегка. Потом мы еще раз встретились вне учебы. И еще.

«Как я и думала, инициатива шла целиком от Иры», — отметила Элен. И тут до нее дошло: Илья — все еще девственник. Поэтому он до сих пор не умеет обращаться с девчонками и позволяет им себя разводить.

— А что было потом?

— Не важно.

— Вы спали? — нелюбезно перебила Элен. Впрочем, ответ был очевиден.

— Нет.

— Потом она тебя бросила, да? Илюша, ведь ты сам понимаешь, что ей просто захотелось с тобой поиграть.

Он как-то странно усмехнулся:

— А ты так уверена, что это она меня бросила, а не наоборот?

— Илюш, я не понимаю. Хочешь сказать, это ты ее бросил? Но почему? Она очень красивая.

Илья молчал.

— Илюш, ну я же вижу, как ты из-за нее страдаешь! Ну почему ты мне не хочешь ничего рассказать?

— Не из-за нее на самом деле.

— А из-за кого же тогда?

Молчание.

— Вот вы где! А я вас ищу! — воскликнула Майя. — Элен, без тебя так скучно! Пойдем!

— Без него я никуда не пойду, — отреза-ла та.

— Иди, я не против, — сказал Илья.

— Он не против, слышишь? Пойдем!

— Сейчас. Майка, оставь нас на минуту.

Майя кивнула и ушла с пирса.

— Илюша, у тебя все будет хорошо. Пойдем. Посидишь со всеми за столом, винишка попьешь… — Элен громко сглотнула, потому что в горле пересохло от волнения. — Я тебя поцелую. Обещаю.

Илья повернул голову к Элен. Луна сверкнула в его очках.

— Илюша, ты не думай. Я не как Ира. Я другая. Я не хочу сделать тебе больно. Ты мне просто очень нравишься. Ты мне всегда нравился.

Она подняла глаза и при свете луны увидела, что Илья улыбается:

— Ты мне тоже, Ленок. — Он вдруг щелкнул ее по носу, как совсем мелкую шмакодявку. — Но это ничего не значит. Если бы ты только понимала…

Он рассмеялся, хотя ничего смешного вроде бы не случилось.

Элен вдруг вспомнила, как они расстались в прошлый раз. Илья просто перестал ей звонить и писать по электронке, а она сама была слишком хорошего мнения о себе, чтобы выходить на контакт самой и набиваться на встречу.