Барса. Как создавалась лучшая команда в мире - Грэм Хантер

За первые два сезона Гвардиола часто показывал то, как должен вести себя тренер лучшего клуба в мире.

Лицо Гвардиолы показывают по телевизору, особенно во время Лиги чемпионов, но понять его можно, только послушав его выступления на пресс-конференциях. Дело вот в чем: перед и после каждого матча менеджер «Барсы» щедро выделяет время для пресс-конференций, на которых используется не менее четырех языков – испанский, каталанский, английский и итальянский (он бегло говорит на каждом из них). Учитывая плотность матчей «Барселоны», это часто означает шесть пресс-конференций за семь-восемь дней. Предполагая, что каждая конференция перед матчем занимает не меньше часа, а после матча длится еще минут 20, речь идет о четырех часах в неделю в большинстве случаев. Это неизбежно приводит к тому, что некоторые журналисты задают повторяющиеся вопросы, на которые он не хочет или не может отвечать, а некоторые допросы его утомляют. Но спросите его о футболе, и вы получите восхитительное представление о том, каков этот человек. Более того, он даже будет шутить.

Как-то во время его работы Гвардиолу на полуслове оборвал телефон с рингтоном последнего хита Эми Уайнхаус. Был один очень смешной инцидент, когда каталонский журналист, работающий на дубайские телеканалы, задал свой вопрос по-английски. Он несколько раз сбился, перешел на каталанский, объясняя Гвардиоле, что все утро тренировался, но когда Гвардиоле надоело обращение «мистер», он пришел к нему на помощь и благожелательно сказал: «Не стоит волноваться из-за тех умников, которые смеются над вами. Следующая конференция пройдет исключительно на английском языке, и тот, кто не сможет задать свой вопрос без ошибок, не получит ответа».

После того как Испания выиграла чемпионат мира, Пике, Пуйоль и Пепе Рейна в прямом эфире попросили у руководства «Барсы» вернуть Сеска Фабрегаса. Репортер ВВС попросил Гвардиолу прокомментировать этот инцидент. «Да, Пике умеет шутить», – смеясь, сказал Гвардиола. И зал тоже начал смеяться, потому что он уже начал хмурить лоб, показывая, что случится дальше: «Но иногда он шутит неудачно».

Часто случались ситуации (независимо от языка или конкретного канала), когда журналисту приходилось задавать вопрос, который ему не очень хотелось задавать, но таково было поручение редактора. Я думаю, что в такой ситуации оказался Давид Ибаньес из «Телесинко», когда перед испанским Гран-при «Формулы-1» в Каталонии он спросил Гвардиолу: «Если бы это зависело от вашего желания, кто должен выиграть на этих выходных – Алонсо, Масса или Хэмилтон?»

Этот великий человек сначала впал в ступор, но затем спросил: «Иными словами, кого поддерживают наши фанаты? Фаны «Мадрида» – за Алонсо, верно? Тогда я – за победу Хэмилтона!»

Конечно, ответ не так поражает воображение, как, например, жонглирование мячами, но демонстрирует, как быстро он умеет соображать, как жонглирует словами. А ведь это большой пласт его работы. Все это очень сильно контрастирует с тем, что Гвардиола чувствовал по поводу таких обязательных и бессмысленных вопросов во время сезона-2010/11.

Когда он находится на краю игрового поля, на котором играет его команда, он – само напряжение. В ноябре 2010 года он стоял в Копенгагене (Дания) рядом со Столе Сольбаккеном во время матча, который Пеп назвал «самой трудной, самой интенсивной и физически напряженной игрой за все годы моей работы». Это было сказано до того, как он начал соперничать с Моуринью. Сольбаккен попросил отстранить Хосе Пинто на четыре матча после первой игры, потому что барселонский кипер передразнил рефери, громко и резко свистнув вместо него, из-за чего «Копенгаген» не смог забить гол.

Гвардиола довольно резко отреагировал на то, что еще один тренер просил длительного отстранения еще одного игрока «Барсы». Убери когти! И вот двое мужчин двигаются вдоль боковой линии, сталкиваясь грудь в грудь, глядя друг другу в глаза. Еще бы 50 метров и…

Серхио Бускетс в команде «вышибала». Он подбежал, чтобы толкнуть Сольбаккена, но как только он это сделал, его тренер тут же схватил его за плечо – не столько «держись, мол, подальше от неприятностей», сколько показывая: «мои битвы я могу выигрывать сам».

Задумайтесь об этом: проигрыш у себя дома «Эркулесу» во второй игре в сезоне был унизителен и раздражал, но это принесло Гвардиоле куда меньше боли, чем продление контракта с клубом, который он любил и смог возродить. В июне 2011 года снова был поднят вопрос о продлении контракта, ведь в 2010-м Гвардиола согласился продлить его только до июня 2012-го. Как обычно, он настаивал на новых, расширенных условиях для всего персонала. Например, для Доменика Торрента и Карлеса Планчарта, которые просматривают матчи и готовят короткие и резкие видеопрезентации для него и его игроков. Или для Тито Вилановы, его правой руки и того, от кого все каждый сезон получают что-то особенное – роскошный обед, личный подарок – и у которого множество обязанностей.

Но, несмотря на все это, когда он объявил эту новость, язык его тела не выдавал радости и энергии. В середине февраля 2011-го перед тяжелой игрой вничью в Хихоне он говорил, словно усталый и не особо счастливый человек, очень далекий от того, кто занял этот пост в 2008 году:

«Кажется, пришел момент перестать откладывать решение на потом. Продление контракта больше чем на год? Для меня это слишком долго. Если бы я мог, то продлевал бы его каждый раз только на полгода.

Я не рассчитывал находиться здесь так долго. Если все пойдет хорошо, то мы посмотрим, что случится в конце этого четырехлетнего периода, на который я подписался. Если я откажусь от продления, то только потому, что такие вещи случаются в футбольном мире – время меняет все. Если я увижу, что сбился с пути, что мне не хватает сил или страсти, значит, пришло время уходить.

Есть только два способа оставить такую работу – когда тебя увольняют, потому что команда перестала выигрывать, или когда ты знаешь, что для этого настал нужный момент, и ты пользуешься этим. Либо мы останемся вместе, либо почувствуем нужный момент и используем его».

Многие взлеты и падения сезона-2010/2011 описаны и в других главах этой книги, ведь это было особое время для Лео Месси, Давида Вильи, Эрика Абидаля и особенно для Андреса Иньесты. Но именно в этом сезоне Гвардиола особенно сильно страдал от стресса и других проблем за все время, начиная с 2008 года.

За эти 12 месяцев его часто раздражал тренер мадридского «Реала» Жозе Моуринью, но больше всего Гвардиолу задело то, что он поставил под угрозу победу в Лиге чемпионов и завоевание испанского титула.

Не важно, как вы оцените тактику и тот факт, что, в конце концов, «Барса» подняла два трофея, а «Мадрид» всего один, но «белые» дышали Гвардиоле в спину все эти важные, эпические, маниакальные серии матчей испанского футбола: четыре игры «Эль-Класико» за 18 дней, которые определили судьбу Лиги Испании, Кубка Короля и того, какой клуб встретится с «Манчестер Юнайтед» в финале Лиги чемпионов.

Пеп Гвардиола умеет проигрывать, но он рожден, чтобы побеждать. Он очень сильно стремился придерживаться философии клуба. Когда я брал у него интервью в 2009 году, во время первых успехов, он с большой страстью говорил о том, как важно играть стильно и ярко, чтобы доставить удовольствие своим фанатам. Когда же он говорил про финал Лиги чемпионов в этом году, он пояснил: