Тысячи ночей у открытого окна - Мэри Элис Монро

Фэй почувствовала радостное облегчение при виде того, что ее дети снова ведут себя непосредственно и дурачатся, как и должны ребятишки в их возрасте. Она была растрогана до глубины души и внезапно даже почувствовала нежность к этому неугомонному мужчине, который заставил ее детей снова смеяться.

– А теперь все должны надеть шляпы. Какой же праздник без шляп! – Джек вручил им шляпы ярких расцветок, явно из набора оригами, на которых было написано имя каждого участника вечеринки. Было много смеха и возни, когда дети выбирали предназначенные им шляпы и надевали их.

После того как они покончили со своими напитками и крекерами, Джек, после нескольких пинков Мэдди под столом, поднялся и с торжественным видом, изображая из себя ведущего вечеринки, произнес заранее заготовленную речь.

– Как вам известно, Фэй, дети очень усердно и много работали, чтобы создать прекрасный сад, в котором мы имеем удовольствие отдыхать сегодня.

Мэдди гордо распрямила спину, а Том кивнул, еще сильнее цепляясь за маму от волнения.

– Конечно же, я об этом знаю, – радостно ответила Фэй. – И сад действительно просто восхитителен.

– А Джек тоже в этом участвовал, – вступила в разговор Мэдди. – Он так старался починить фонтан!

Фэй посмотрела Джеку в глаза. На лице ее играла счастливая улыбка.

– Итак, сегодня, – продолжал Джек, чувствуя, что краснеет от смущения, – мы имеем удовольствие приветствовать вас на официальном открытии нашего замечательного фонтана.

Фэй захлопала в ладоши, больше довольная тем, что дети веселятся, примеряя шляпы, чем перспективами лицезреть чудеса техники. Они, как козлята, бегали вприпрыжку вокруг фонтана. Наконец все было готово, и дети успокоились. Фэй сидела, сложив руки на коленях, и волновалась больше, чем ожидала.

Том поднялся с серьезным видом и направился к фонтану.

– Нет-нет, – громким шепотом произнесла Мэдди. – Еще рано.

Том смущенно нахмурился и поспешил обратно.

Мэдди торжественно вышла на площадку перед фонтаном, с кружевной шалью на плечах, накрашенными маминой помадой губами и с цветком за ухом. Подойдя к фонтану, она встала, выпрямилась – пятки вместе, носки врозь.

– Сегодня вечером в честь открытия фонтана я прочитаю отрывок из книги «Питер Пэн». Потому что Джек починил его, и мы нашли книгу, которую, наверное, оставил здесь для нас сам Питер.

Фэй вопросительно посмотрела на Джека и спросила:

– Что еще за книга? – Она ничего не знала о находке.

Джек поднял руки вверх и покачал головой, показывая, что понятия не имеет, о чем идет речь.

Мэдди приняла более непринужденную позу и быстро добавила:

– А может, ее оставили тут феи? Ведь книжка просто лежала на земле. Она как раз про него, – указала она на бронзовую статую.

Фэй скептически наблюдала за происходящим.

Мэдди подняла книгу, прочистила горло и очень серьезно и громко начала читать текст, написанный сэром Джеймсом Барри:

«Понимаешь, Венди, когда первый ребенок засмеялся в первый раз, его смех разбился на тысячи кусочков, и они разлетелись повсюду, и так появились феи.

И теперь, когда рождается маленький ребеночек, его первый смех превращается в фею. И на каждого мальчика и девочку приходится по фее.

– На каждого?!

– Да. Но теперь дети не верят в сказки. И каждый раз, когда ребенок говорит, что не верит в сказку, где-то умирает фея».

Мэдди закончила читать и закрыла книгу с загадочным видом посвященного. Фэй нервно поерзала в кресле и искоса бросила на Джека осуждающий взгляд. Он с невинным видом пожал плечами и потер ладони.

– Спасибо, Мэдди, – произнес он. – А теперь, леди и джентльмены, настал момент, которого мы так долго ждали. – Он повернулся к Тому и многозначительно ему кивнул. Щеки мальчика покраснели, и личико под бумажной шляпой приняло очень сосредоточенное выражение. Он подошел к фонтану, протянул руку и повернул кран, а затем побежал к матери с широко раскрытыми от волнения глазами.

Все присутствующие наклонились вперед в предвкушении. Секунды тянулись нестерпимо долго. В кустах стрекотали сверчки. Где-то на дереве щебетала птичка. Ветер шелестел в листьях. Но cтарый фонтан по-прежнему не работал.

Мэдди в отчаянии взглянула на Джека. Тот бросился к фонтану, поскреб голову, а потом с раздражением пнул его ногой. Внезапно гармония вечера была нарушена отвратительным скрежещущим звуком, который заставил их отскочить. Затем раздалось шипение и из трубы с силой вырвалась струя воды, обдав их брызгами, и тут же иссякла. Дети ахнули и затаили дыхание. Раздался неприятный металлический лязг, и наступила тишина. Из труб больше не вытекло ни единой капельки.

Раздался дружный вздох разочарования.

– Ну что же, дети, вернемся к нашим чертежам, как говорят инженеры, – произнес Джек, с сожалением качая головой. – Эти слова были встречены еще более тяжкими вздохами и стонами. – Не вешать нос! Неудачи – это тоже часть процесса. Продолжим наши попытки. Не стоит опускать руки.

– Пойду-ка я закончу готовить ужин, – сказала Фэй, поднимаясь с кресла.

Джек решительно положил руку ей на плечо.

– Фэй, позвольте мне угостить вас ужином в качестве компенсации за испорченное удовольствие.

– Нет, это вовсе не обязательно. Я лучше пойду и…

– Фэй, – прервал ее Джек, глядя на Фэй решительным взглядом. В его голосе она уловила железные нотки, которые были так хорошо знакомы его ассистентам в лаборатории. – На этой неделе вы слишком много работали. Видите, дети разочарованы. Почему бы мне не устроить вам праздник? Немного веселья им явно не помешает. Вот что я вам скажу. Я сейчас закажу рыбу с жареной картошкой в ресторанчике на углу. Устроим настоящий пир.

Фэй смущено моргнула, тем не менее чувствуя, что это предложение подняло ей настроение. Приятно думать, что кто-то о тебе заботится. Кроме того, Мэдди стучала пятками и радостно хлопала руками, всем своим видом говоря «пожалуйста, соглашайся!». Том замер, выпрямив спину и широко раскрыв глаза в ожидании ее ответа. Боже, неужели они так обрадованы перспективой полакомиться ужином из забегаловки? Как печально, что почти незнакомый человек указал ей, что праздник можно устроить даже по столь незначительному поводу!

– Это будет замечательно, – ответила она, решив отбросить контроль хотя бы на один вечер. – Благодарю вас.

Джек откинул голову и внимательно посмотрел на нее, потом улыбнулся своей искренней мальчишеской улыбкой и произнес:

– Я очень рад, миссис О’Нил.

– Фэй, – напомнила она с вежливым кивком, на который он незамедлительно ответил не менее вежливым наклоном головы.

Через несколько минут дети уже сидели перед телевизором, с аппетитом жуя рыбу с картошкой. Фэй и Джек остались на улице и наслаждались ужином, сидя за чугунным столом. Они оба отдавали себе отчет, что находятся наедине друг с другом в залитом лунным светом саду, хотя изо всех сил делали вид, что не замечают романтической обстановки.