Пёс, который изменил мой взгляд на мир. Приключения и счастливая судьба пса Наузада - Пен Фартинг

– Завтра я этим придуркам такое устрою – пожалеют, что талибы их не пристрелили, – пригрозил я, но мы оба знали, что никакого проку не будет. Что я мог им сделать, в конце концов?

Я погонялся пару минут за Наузадом и наконец завел его обратно в загон. Он вроде бы не возражал против новой соседки, которую Дэйв чесал за ушами.

– Не выбросим же мы ее за ворота, правда? – сказал я, уже зная, что ответит мне Дэйв. Нам было отлично слышно, как снаружи стая продолжает грызню.

Я все равно собирался встать пораньше, чтобы позвонить Лизе, и теперь не было никакого смысла идти досыпать. Поэтому воспользовался тем, что спутниковый телефон был в доступе, без всякой очереди. Я должен был позвонить и рассказать ей наши последние новости.

Но раньше чем я успел сказать хоть слово, взволнованный голос Лизы донесся до меня через тысячи миль.

– Долго же ты дозванивался. Я тут уже вся извелась!

– Да я…

Она перебила меня прежде, чем я успел договорить:

– Я нашла тебе приют.

Я плотнее прижал аппарат к уху, опасаясь, что неправильно расслышал.

– Пен, ты понял, что я говорю? Приют нашелся!

Я зажмурился и медленно выдохнул.

Лиза оживленно продолжила:

– Сама организация находится в Лондоне, в Мэйхью, но они помогают приюту на севере Афганистана. Они дали координаты человека, который готов забрать собак.

– Милая, ты просто прелесть! – Это все, что я мог сказать. У меня гора упала с плеч. – А сколько собак они возьмут? – Я же до сих пор не успел ей рассказать про сегодняшний цирк.

– Я им сказала, что у тебя два пса, которые нуждаются в помощи, – начала она и почти тут же осеклась: – О, нет. Только не говори мне, что…

Лиза обладала ужасным свойством чтения мыслей на расстоянии.

– Я думал, что видел в жизни всякое, Лиза… – Я торопливо начал излагать, что случилось у нас во дворе. По моим представлениям, вовремя избавить суку от посягательств мы не сумели, и скорее всего стоило ждать щенков. Но если так – она не должна оставаться на улицах Наузада. Когда я закончил, Лиза какое-то время молчала, в шоке от услышанного, и стало ясно, что она согласна со мной на все сто: эту собаку мы тоже должны спасти.

– Ладно, а как приют их заберет?

– Ты меня не дослушал, – сказала Лиза. – Я сказала, что приют готов взять собак, но отвозить их туда тебе придется самому.

Я ответил не сразу, мне надо было переварить эту информацию. Тяжеленная гора вползла обратно мне на плечи.

– А где они точно находятся, милая? – спросил я.

– Северный Афганистан. Судя по карте, где-то рядом с Кабулом, – ответила она.

Мне не нужно было иметь карту перед глазами. Кабул и все, что еще дальше к северу, с тем же успехом мог бы находиться на Луне. – Я тебе все написала в письме. Там карта и координаты человека.

Такие письма обычно распечатывали для нас в Кэмп Бастионе, а потом доставляли обычной почтой. То есть через неделю оно дойдет.

Я ухитрился не забыть о вежливости и задать ей все положенные вопросы про то, как у нее дела и как там жизнь в реальном мире. Но голова у меня была занята совсем другим.

Я вернул телефон на место и вышел на предрассветный двор. Спальник манил к себе, я ощущал немыслимую усталость.

Зайдя в вольер, я погладил наше новое приобретение. Она пробыла тут уже несколько дней и очевидно освоилась с жизнью на базе. Благо, внимания со всех сторон ей хватало.

Она сидела, вытянувшись в струнку, на своем любимом месте – на мешках с песком, служивших защитой при обстрелах; длинный хвост метелил по земле изо всех сил. Когда кто-нибудь приходил ее приласкать, она дрожала от восторга.

Короткая, очень гладкая шерсть была кофейного цвета, темнее, чем у Наузада, а живот и лапы – светло-палевые. Когда я наклонился почесать ей брюшко, она стала лизать мне пальцы. Издалека ее желто-карие глаза всегда казались печальными, но тут же вспыхивали радостью, когда она понимала, что к ней идут. Невозможно было оставаться к ней равнодушным.

Парни сразу же дали ей кличку, несмотря на все мои возражения. Это была их любимая американская порнозвезда – некая Джена. Лично я считал, что в этой шутке, как и во всей ситуации, нет ничего смешного, но был вынужден смириться с мнением большинства.

– Ну что, Джена, тебе это имя нравится? – спросил я ее. – Ладно, наверное, это лучше, чем получить кличку в честь русского оружия?

РПГ и Наузад с Дженой отлично ладили. Оба старались не нарушать ее личных границ. Возможно, они были младше, возможно даже, они сами были ее щенками – не знаю. Но она, очевидно, стала главной в их маленькой стаи.

– Приятного аппетита, – сказал я, накладывая завтрак Наузаду, подальше от Джены и РПГ, и вставая защитной стеной между ними. Все трое с восторгом принялись за еду.

Пища пока что была единственным поводом для конфликтов между Наузадом и Дженой.

Я повесил у входа в вольер специальное объявление для парней с просьбой не кидать собакам еду. Если некому было ему помешать, Наузад моментально заглатывал свою порцию, а потом накидывался на Джену и РПГ, чтобы отобрать у них лакомство. Джена пыталась сопротивляться, но Наузад кусал ее, и она удирала в безопасное место, пока он ел. В такие минуты Джена скулила, как обиженный ребенок, пока я не приходил успокоить ее.

С Наузадом надо было проводить больше времени, чтобы дать ему освоиться и привыкнуть к новым правилам общежития, но у меня такой возможности не было.

Проблема в том, что Джене нравилось есть не спеша. Удивительно еще, что она сумела выжить, если вокруг все псы были такими же, как Наузад. Но теперь я старался поддерживать в вольере мир и гармонию.

– Наузад, нельзя. – Я повысил голос намеренно, стоило ему доесть и начать озираться в поисках, у кого бы отнять завтрак.

Достаточно было слегка пнуть его носком ботинка в бок, и он тут же раздумал отнимать у Джены ее фасоль с беконом.

– Ничему-то ты не учишься, адский пес, – сказал я и еще раз подтолкнул его к собственной миске.

До Наузада доходило медленно, но верно. Он всего лишь негромко на меня порычал.

– Р-р-р, – прорычал я в ответ и кинул в него пригоршню песка.

Быстро убрав в загоне, я оставил их наслаждаться первыми лучами солнца у беленой стены. А мне пора было на ежедневное совещание.

– Попозже зайду вас проведать, договорились? – пообещал им я, закрывая калитку. Сегодня после обеда нам должны были подвезти обещанные припасы. Потом было свободное время.

Ничего нового на совещании не было, остаток дня тянулся бесконечно: мы занимались хозяйственными работами, которых на базе всегда хватало. Ноябрьское солнце все еще грело достаточно жарко, чтобы пот тек ручьями, пока мы наполняли мешки песком и укладывали их вдоль внешних стен для защиты.