Смешная девчонка - Ник Хорнби

– Ситком «Барбара (и Джим)» должен выделяться из общего ряда, – сказал Деннис. – От него должно веять молодостью и свежестью.

Берт засопел.

– Тебе прислали не того человека, – заявил он. – Посмотри на меня.

Деннис посмотрел – и увидел пожилого брюзгу.

– К субботнему вечеру с подготовкой надо закруглиться, – сказал Берт. – Остальное меня не интересует.

– А сама постановка? – спросил Деннис. – Она вас интересует?

– К субботнему вечеру надо закруглиться.

– Следовательно, ответ «да». Раз вам надо закруглиться с подготовкой не позднее чем к субботнему вечеру, значит и воскресная съемка должна интересовать.

Берт медленно заморгал и стал похож на рептилию.

– Я тут размышлял над заставкой и основной музыкальной темой, – сказал Деннис. – Мне хочется чего-то нового.

– Господи, – пробормотал Берт. – Начинается.

– Вы не хотите в это вникать?

– Нет, уволь.

– Значит, как я сделаю, так и будет хорошо?

– Нет. Конечно нет. В титрах ведь будет мое имя.

– Верно, – согласился Деннис. – Тогда как мы поступим?

– Ты организуешь заставку, музыкальную тему – и принесешь мне, – объяснил Берт. – А я отклоню.

Деннис хотел, чтобы музыка отражала различия в характерах персонажей, а потому заказал ее Рону Грейнеру, проверенному на «Мегрэ» и «Стептоу».

– Своя рука владыка, – сказал Грейнер, когда Деннис изложил ему свои пожелания. – Тебе же хуже будет.

– Почему? Я думаю, получится неплохо.

– Получится какофония.

Через неделю он прокрутил Деннису запись – получилась какофония. Тридцать секунд попсового припева, тридцать секунд современного джаза, тридцать секунд попсового припева и так далее. Ни дать ни взять драка двух кошек на ударной установке.

– Не уверен, что это была хорошая идея – так все перемешать, – сказал Грейнер.

Он не ругался, за что Деннис был ему благодарен. А если Грейнер ставил под сомнение его музыкальную компетенцию, это можно было понять.

– Какие будут предложения? – спросил Деннис.

– Могу найти поп-группу, которая исполнит джазовую композицию, могу найти джазового саксофониста, который сыграет песню «Битлз» или что-нибудь в этом духе.

Через пару дней Деннис получил главную тему. Рон Грейнер связался со студией «Декка» и попросил режиссера звукозаписи Шела Талми порекомендовать сессионного гитариста; Талми сказал, что у него на примете есть один паренек, зовут Джимми Пейдж.{29} Под руководством Грейнера Пейдж в приблюзованной манере записал «Ну и что» Майлза Дэвиса; по мнению Денниса, получилось бесподобно.

– Ах, чтоб тебя, – огорчился Билл, прослушав запись.

– Что не так?

– У нас текст совсем другой, – сказал Тони.

– А какой у вас текст? – не понял Деннис.

– Музыка душевная, стильная, – объяснил Билл. – А у нас не душевно и не стильно. Пусть уж лучше будет «Халявщик Фредди».

– Это кто такой?

– Это следующая вещь на диске.{30}

– Можешь напеть?

– Тааа, та… Тааа, та… Тааа, та… Тааа, та… Та‑та, та‑та, та‑та.

Деннис задумчиво покивал в такт. Он проникся мыслью Билла.

– Не смешно, – сказал Билл, – но тоже красиво.

На следующий день Деннис уговорил Джимми Пейджа сыграть «Халявщика Фредди». Из отпущенных на постановку средств он успел просадить пятьдесят восемь фунтов, хотя с самого начала ограничил музыкальный бюджет сороковником. Раньше он намеревался пригласить светского фотохудожника – Дэвида Бейли или Льюиса Морли{31}, – чтобы сделать портрет Софи, а также подрядить соседа-фотографа, подрабатывающего на свадьбах, снять Клайва, но перерасход нарушил его планы. Он убил целый день, собирая всякие детали быта – губную помаду, курительные трубки, книжные суперобложки, мини-юбки, – характеризующие супругов, и призвал штатного оформителя, чтобы тот пару раз щелкнул этот хлам на листе белого картона. Получилось лучше, чем можно было надеяться. В очередной раз прослушивая музыкальную тему, Деннис разглядывал эти снимки – и внезапно уловил искру надежды.

Берт забраковал все: и музыку, и фото.

– Чего ты добиваешься: чтобы люди повыключали телевизоры, не дожидаясь начала действия?

– Такого не случится, – возразил Деннис.

– Еще как случится, – сказал Берт. – Я бы выключил.

– Вы-то – конечно, – сказал Деннис. – Что и говорить.

– И моя благоверная тоже, – добавил Берт.

– Наверное, вы бы все же убедили ее посмотреть вашу работу?

– Убеждай не убеждай, – сказал Берт, – все без толку. Когда так по ушам бьет.

– Значит, главное возражение у вас вызывает музыка?

– И картинка.

– Хорошо. Вы со своей благоверной выключите телевизор из-за того, что вам не нравится заставка на титрах.

– Да нет же, – терпеливо объяснил Берт. – Мы выключим из-за музыки.