Святая Земля. Путешествие по библейским местам - Генри Воллам Мортон

Многие считают, что если бы эту территорию можно было изучить, удалось бы найти нечто поразительное, возможно, даже Ковчег Завета или храмовые сосуды, которые не отвезли в Рим и не пронесли в триумфе Тита. Но мусульмане твердо отказывают в разрешении на раскопки, и район Храма остается одним из самых мучительных искушений и самых загадочных мест в мире.

3

Я вышел на ослепительный свет, избавился от шлепанцев и пошел на юг, по широкой мостовой в сторону мечети аль-Акса. По дороге я заметил несколько мусульман, моющих руки в фонтане, который, как и храмовый источник времен Соломона, питается водами ручья, находившегося в 24 милях от этого места, между холмами Вифлеема и Хеврона.

Аль-Акса похожа обликом на христианскую церковь, потому что арабы при ее возведении использовали строительные материалы из разрушенной церкви крестоносцев Св. Марии Новой. Это огромное здание в римском стиле, его нефы разделены часто поставленными византийскими колоннами. Пол покрыт коврами, престарелый шейх медленно передвигается внутри, заботливо сметая пыль с одной стороны на другую.

Откуда-то вынырнул проводник, повел меня к камню в центральном нефе, на котором была видна полустертая надпись. Он объяснил, что под плитой лежит один из убийц Томаса Бекета.

Затем мы спустились по каменной лестнице возле мечети аль-Акса и оказались в помещении, перекрытом чередой сводов, опирающихся на массивные, квадратные в плане колонны. 88 таких колонн, расположенных в 15 рядов, поддерживали тяжелую кровлю; судя по их основаниям, это подземелье, должно быть, служило криптой, в которой и по сей день виднелись осколки древности. Это знаменитые конюшни Соломона.

Библия сообщает: у Соломона «было тысяча четыреста колесниц и двенадцать тысяч всадников; и разместил он их по колесничным городам и при царе в Иерусалиме»[23].

И хотя эти сводчатые помещения, занимающие часть храмовой территории и сохранившиеся до наших дней, явно представляют собой памятник римской эпохи, вероятно, времени правления Юстиниана, а также несут на себе следы арабской реконструкции, я знаю, что археологи сходятся во мнении: они расположены в точности там, где ранее находились конюшни Соломона. Иосиф Флавий ясно показывает, что кони и колесницы покидали дворец с этой стороны, спускаясь прямиком в долину Кедрон. Отсюда изгнали царицу Гофолию, дочь Ахава и Иезавели, осужденную на смерть, чтобы не запятнать ее кровью само святилище. «И дали ей место, и она прошла чрез вход конский к дому царскому, и умерщвлена там»[24].

Сегодня сводчатое строение выглядит примерно так же, как и во времена, когда крестоносцы вступали в Иерусалим. Как и Соломон до них, они использовали подземелье под конюшни. Небольшие отверстия на колоннах отмечают места, где крестоносцы привязывали своих боевых коней.

На пути в мечеть я увидел старика-священника, окруженного учениками. Они сидели в тени и жадно слушали слова наставника. Он учил их основам ислама на том месте, где величайший из Учителей в истории сидел посреди тщетной красы и роскоши Храма Ирода.

4

Как-то утром я решил «прогуляться до Иерихона», как говорят в Иерусалиме. Они упоминают об Иерихоне, как лондонец о Брайтоне. «Ты еще не прогулялся до Иерихона?» — это один из первых вопросов, обращенных к иностранцу, а на любом вечернем приеме непременно кто-нибудь предлагает «прогуляться», чтобы искупаться в Мертвом море в сиянии лунного света.

Загадочная пустота к востоку от Елеонской горы, переходящая в совершенную дикость там, где полоска ярко-голубой воды попадает в тень розовато-лиловых гор, имеет мощное влияние на образ мыслей жителей Иерусалима. Как маяк на возвышенности, город все время обращен к Мертвому морю, на которое взирает с почтением и страхом: никогда не знаешь, кто может явиться из диких краев, словно корабль из океанских далей, призывая Иерусалим вернуться к Господу.

Для еврейского богослова Иерихон и долина Иордана служили знамением, а для современного геолога это явная аномалия. Нет во всем свете большего контраста горному граду Иерусалиму, расположенному на высоте 2300 футов над уровнем моря, чем долина Иордана, протянувшаяся всего в 23 милях от него: эта жаркая расщелина пролегает на 1300 футов ниже уровня моря. Это климатическая причуда, не менее фантастическая, чем полоса бразильских джунглей, внезапно появившаяся у подножия нашей горы Бен-Невис.

Когда я сказал одному из друзей, что намерен «прогуляться» на денек к Мертвому морю, он заметил:

— Ну, что же, постарайся вернуться до наступления темноты.

— А что? — поинтересовался я.

— Ты можешь встретить Абу Джильду…

— Кто такой Абу Джильда?

— Это разбойник, который застрелил нескольких полицейских. За его голову назначена цена 250 английских фунтов, и у него есть привычка возводить стену из камней поперек иерихонской дороги, останавливать машины и грабить пассажиров, а если будешь сопротивляться, он тебя убьет. Однажды он остановил 14 машин кряду, ограбил всех, кто там был, угрожая отрезать женщине палец, поскольку кольцо слишком плотно сидело на руке, и она не могла его снять, а потом скрылся в холмах — как раз к тому времени, когда об этом узнали полицейские. Так что не забывай мой совет и возвращайся до наступления темноты…

Пока друг давал мне этот совет, я невольно вспомнил притчу о добром самаритянине: «некоторый человек шел из Иерусалима в Иерихон и попался к разбойникам, которые сняли с него одежду, изранили его и ушли, оставив его едва живым»[25].

— Ты думаешь, что человек из евангельской притчи попался в руки кому-то вроде Абу Джильды? — поинтересовался я.

— В этом нет никакого сомнения, — ответил мой друг. — Дорога из Иерусалима в Иерихон на протяжении всей истории была знаменита ограблениями путников. Ты сам увидишь, это разбойничья страна. Есть мнение, что в притче о добром самаритянине Иисус использовал вполне реальный случай. Он рассказал о собственном путешествии по дороге из Иерихона в Вифанию на Елеонской горе, что подтверждает обоснованность этой теории. На полпути в Иерихон ты увидишь старый караван-сарай в стороне от дороги — на самом деле это единственное здание, помимо полицейского поста, которое можно встретить после Вифании. Считается, что этот караван-сарай — та самая гостиница, о которой упоминает Иисус в притче. Наверняка это так и есть, потому что скальные цистерны по соседству доказывают: гостиница стоит на этом месте еще с библейских времен. Тебе следует остановиться и зайти внутрь… Но не забывай, что вернуться надо до наступления темноты!

Я отправился в десять утра. Миновал Дамасские ворота и двинулся по дороге, что шла через долину Кедрон. Она сворачивала налево, после этого Иерусалим скрывался из виду. Я был целиком и полностью сосредоточен на дороге и опасных поворотах.

Примерно в трех милях от Иерусалима передо мной открылась чудесная панорама побережья Мертвого моря. Я видел белую дорогу, петлявшую между диких скал, постепенно спускавшуюся в призрачный, необитаемый мир. Я остановил машину и вышел.