Цыпочки в Лондоне - Вирджиния Ледре

На следующий день я снова начинаю просматривать университетские объявления. Один преподаватель сдает отдельную квартиру в Примроуз-Хилл. Классно, именно там, в этом замечательном квартале, расположенном между зоопарком Риджентс-парка и Чолк-фарм, живет Джуд Лоу. Во мне вновь оживает надежда. Но ненадолго… Квартира этого преподавателя состоит из двух крохотных комнат в basement, то есть в подвале дома, в полной темноте. Есть ванная, но… нет кухни. Когда я спрашиваю его, как готовить еду, он невозмутимо отвечает:

— Можете купить себе микроволновку, но я не хочу, чтобы здесь пахло едой.

Обстановка (ах да, забыла сказать, что 90 процентов квартир в Лондоне сдаются с мебелью) — что-то среднее между chintz[142]в цветочек, как у бабушки Жермен, и cheap[143], мебелью из искусственного ротанга от Pier Import. Скромная сумма за эту «отдельную квартиру»: 220 евро в неделю. Forget it[144].

Последняя попытка перед самоубийством: Джемма советует мне поискать среди bedsits, «лондонских студио», как она выражается (таких студио, как во Франции, судя по всему, здесь нет). Мне назначают встречу в Бетнал-грин, в лондонском Вест-Энде, в одном из зданий bedsits. Утром я читаю в газете, что в Бетнал-грин как раз сейчас зарегистрирована новая вспышка туберкулеза, из-за большого скопления бедноты.

— How nice,[145]— вздыхает Джемма в телефонную трубку.

Возле дома меня ждет, как я понимаю, сотрудница агентства недвижимости, чтобы показать мне место, а точнее, нечто. Десять квадратов неизбывного ужаса с кухней в углу в виде грязной жирной раковины, допотопной электроплиты и помятым чайником, а также шкафом и стоящей посреди комнаты одноместной железной кровати. Потертый коричневатый палас собрался складками, а пожелтевшие обои отклеились и кое-где оторвались. А где ванная?

— На лестничной площадке.

Я спасаюсь бегством.

Теперь остается только надеяться на то, что мне позвонят мои шотландки. Что они и делают три дня спустя. Спасена! Начинается моя жизнь flatmate.

Я постепенно познаю особенности британского жилья. Например, смысл power shower, маленькой коробочки, установленной рядом с душем и предназначенной для усиления напора воды (не все еще знают, что давление воды в Великобритании — величина неизвестная). Да здравствует power shower! Но нет, кругом обман. Несчастная струйка воды — это все, что вы получите утром и вечером, с power shower или без него.

— Это психология, — объясняет мне Джен, моя flatmate, — чтобы успокоить себя, что ты сделала все для решения проблемы.

Теперь понятно. Чуть не забыла рассказать об отсутствии смесителя в английских ванных: незабываемые ощущения, когда моешь голову. К этому великолепию прилагаются два шланга, как правило, из розового пластика, которые надеваешь на краны с горячей и холодной водой, чтобы не обжечь или не заморозить себе голову. Только в большинстве случаев наконечники соскальзывают, и ванная затапливается.

В разгар зимы я открываю для себя все прелести таймера. Хотя нормирование закончилось в конце 1940-х годов, отопление по-прежнему является объектом бережливости, граничащей с глупостью. Grosso modo[146], мои flatmates топят с 6 до 9 часов утра и с 19 до 22 вечера. И всё. Напрасно я пытаюсь им объяснить, что можно постоянно поддерживать температуру 19 °C, — они смотрят на меня непонимающе: «Какие вы странные в вашей Франции!» Результат: между 9 и 19 часами мы мерзнем. Если вы, к несчастью, оказываетесь дома днем, единственный выход: поглощать литрами горячий чай и завернуться в несколько слоев шерстяной одежды. Можно также растолстеть, чтобы меньше чувствовать холод. В свою первую зиму в Лондоне я поправилась на шесть килограммов.

Другая особенность квартирного съема в Лондоне: запрет развешивать что-либо на стенах.

— Хочешь повесить фотографию на стенку? Да ты с ума сошла! Мы не имеем права делать в стенах дыры. Иначе, когда мы съедем с квартиры, нам не вернут наш залог, — воскликнула однажды Джен, вырвав у меня из рук молоток.

Я навожу справки у знакомых, это оказывается правдой. Джемме пришлось попрощаться со своим залогом в 1500 евро из-за нескольких плакатов, прикрепленных кнопками к стене квартиры, которую она снимала вместе со своими университетскими приятелями.

Этот курс молодого бойца проходят не только иностранки, прибывающие в Лондон. Такова ежедневная жизнь лондонских цыпочек, которые не родились богатыми. Единственное отличие: при первой же возможности они планируют стать домовладельцами. По окончании учебы мысли нашей цыпочки DIY заняты только этим: охотой за mortgage, иначе говоря, жилищным кредитом, проценты по которому до малейшего пенса подробно выясняются во всех банках столицы.

— Нас готовят к этому с самого детства. Родители откладывают деньги, чтобы помочь нам. Ситуация с нехваткой жилья в Великобритании, а особенно в Лондоне, такова, что это быстро превращается в идею-фикс, — объясняет мне Джемма. — Когда процентные ставки низкие, становится проще. И потом, здесь мы можем брать кредиты на сорок лет, без всякого предварительного взноса.

Получив свою первую работу документалиста на ВВС, Джемма обошла несколько банков, чтобы найти лучшую ставку по кредиту.

— Я влезаю в долги на сорок лет, но мне на это плевать. Рынок недвижимости настолько спекулятивен, что с небольшой долей везения через три года стоимость моей квартиры вырастет в два раза.

И действительно, two-bedroom flat (трехкомнатная квартира) возле мечети в Хайбери-парк, купленная в 2000 году за 245 тысяч евро, через три года была продана ею уже за 475 тысяч евро. С тех пор Джемма поселилась в викторианском домике на Милл-лейн, между Вест-Хэмпстедом и Килбёрном. Дом с четырьмя спальнями обошелся ей в 630 тысяч евро:

— Я просто возобновила свой кредит в банке и взяла lodger[147], который помогает мне выплачивать мои ежемесячные взносы по кредиту.

Я сама превратилась в lodger, когда все мои английские подруги обзавелись собственным жильем к 25–30 годам. И мое положение незавидно. Жизнь с квартирной хозяйкой, которая к тому же является твоей подругой, может оказаться дипломатическим кошмаром.

Дело в том, что британцы умеют очень вежливо (и от этого особенно неприятно) дать вам понять, что, если вы хотите пригласить к себе на ночь своего парня, следует сначала спросить разрешения у вашего landlord или landlady (как вы правильно поняли, хозяина или хозяйки квартиры). Если вы хотите организовать ужин, пригласить родных или друзей на чашечку кофе, правила те же — не забыть спросить разрешения, словно вам четыре года. Через какое-то время у вас возникает лишь одно желание — уехать! Либо переехать вместе со своим Ромео в убогую двухкомнатную халупу в 90 минутах езды на метро от оживленного Оксфорд-сёкус.