Тайна жаворонка - Фиона Валпи

В воскресный вечер, на следующий день после вечеринки в поместье Ардтуат, Флора сидела на скамейке у домика смотрителя и наслаждалась солнечными лучами, красившими её волосы в красновато-золотой, пока солнце медленно катилось по западному небу. Она взяла с собой корзину с вещами, которые нуждались в починке, и теперь пришивала пуговицу к отцовской рубашке. Закрепив её несколькими быстрыми стежками, она оборвала нитку, аккуратно сложила рубашку, отложила в сторону. Прежде чем взять очередную вещь, она на миг расслабилась, прислонила голову к стене домика, закрыла глаза и подставила лицо солнцу.

Хотя день выдался мирным, в голове жужжали, как мухи, мысли, назойливые и раздражающие. Новости по радио тем утром были тревожными: только на прошлой неделе тысячи солдат были эвакуированы из Дюнкерка в связи с наступлением Германии, Нидерланды пали, а Бельгия сдалась несколькими днями ранее; британский авианосец был потоплен немецкими линкорами у берегов Норвегии; Париж бомбили, Италия делала все более воинственные заявления. Когда закончились новости и началась музыкальная программа, это стало большим облегчением. Но даже знакомые песни не сильно подняли Флоре настроение. А потом, в качестве напоминания о том, что война затронула и тех, кто был ближе к дому, она наткнулась на Бриди, которая рассказала о семье из Пулу, только что получившей телеграмму. Самолёт их сына был сбит над Ла-Маншем, и юноша пропал без вести, предположительно погиб. Бриди добавила, что, хотя эвакуация из Дюнкерка спасла много жизней, она слышала новости о том, что Третья высокогорная дивизия оказалась в ловушке внутри страны, а многие из ее состава взяты в плен. Угроза войны, которая, казалось, идёт где-то далеко отсюда, стала совершенно реальной. Война подкрадывалась к маленьким белым домикам на берегу залива, отбрасывая вездесущую тень страха даже в те дни, когда солнечный свет сверкал над водой.

Война занимала мысли всех обитателей деревни, и в сравнении с ней личные заботы Флоры казались мелкими. И всё же она не могла не думать о вчерашнем поведении сэра Чарльза по отношению к ней. Он был таким холодным. Обычно он относился к ней немного пренебрежительно, но в целом дружелюбно. Но что-то изменилось с тех пор, как он узнал об их отношениях с Алеком. Её гордость была задета тем, как сэр Чарльз её унизил. Она пыталась отогнать эти мысли. Она знала, что Алек любит её. Но бросит ли он вызов отцу, если до этого дойдёт? Вчера она почувствовала гнев Алека, но он был беспомощен. Сэр Чарльз сжимал мёртвой хваткой и Алека, и его мать. Много ли сил у любви Алека и Флоры, чтобы противостоять этой хватке?

Она вздохнула и открыла глаза, услышав гудок корабля, доносившийся с озера. Вошедший в гавань линкор уже бросил якорь, теперь приближался танкер, чтобы заправить его топливом. Флора подумала, что завтра утром она вернется на службу в лагерь в Меллон Чарльз и отвлечётся от всех этих мыслей.

Она вновь полезла в корзинку с вещами, вытащила носок, который нужно было заштопать, и начала продевать в толстую иглу нитку зелёной шерсти. Услышав звук шагов на тропинке за домом, повернулась, ожидая увидеть отца, но появился хмурый Алек. При виде Флоры он расплылся в улыбке, плюхнулся на скамейку рядом с ней и сжал её в объятиях, едва не наколовшись на иглу. Он сразу же начал извиняться за поведение отца.