Модельный бизнес по-русски - Владислав Метревели

В пятнадцать минут десятого, как обычно, зазвонил будильник. Я долго выныривал из-под махрового покрывала, заменявшего мне одеяло летом, и из странного сна о поездке на футбол в каком-то незнакомом городе. Стадион находился на окраине, куда надо было добираться на двух автобусах и потом еще на попутных машинах, одна из которых была грузовиком и которую почему-то пришлось вести мне самому. Шел проливной дождь, грузовик буксовал на подъемах, какие-то люди в кузове орали и пели, но мы доехали, а футбол оказался матчем Германия – Турция, и игроки бегали по колено в жиже и пытались попасть по мячу, и им это, как ни странно, удавалось, и даже были забиты несколько голов, хотя я не помню, кто в результате победил.

Я вообще с детства мечтал стать футболистом. Нет, в самом раннем детстве я мечтал чистить зверям клетки, а уж потом, попав классе во втором с родным дядькой (он был зверским болельщиком) на матч «Заря» (Ворошиловград) – «Динамо» (Тбилиси), увидев финты Гуцаева, которого все почему-то звали «балериной», прочувствовав гул стадиона и это единство, которое вырывается одновременно из тысячи глоток в виде крика «Судью на мыло» или раскатистого «Го-о-о-о-о-ол!», обалдевший от огромных цифр 0:0 на еще пустом табло размером с круизный корабль, ерзая на жестких скамейках, сделанных из положенных на каменные бруски жердей, закрепленных шляпками мощных ржавых болтов и с намалеванными по трафарету циферками, обозначающими места, исследуя и чуть ли не пробуя на вкус дешевую (но добытую в честной давке у касс) программку с составами команд и историей чемпионатов СССР и, наконец, наблюдая за выходом футболистов из-под трибунных катакомб под бравурные звуки знаменитого марша, я навсегда попрощался с подшивками журнала «Наука и жизнь» и окунулся в мир протоколов и турнирных таблиц.

Отец у меня был с Украины, из маленького городка Шепетовка, что под Киевом, а мать – чистокровная бурятка, красивейшая женщина, словно сошедшая с картины о северных шаманах и обряде изгнания злых духов с помощью бубна, костра и танца. Этим, собственно, объясняется моя необычная внешность, в которой есть что-то первобытное, дикое и вместе с тем утонченный аристократизм восточного мандарина. Что-то подобное я подсмотрел в герое фильма «Любовник» Жан-Жака Арно. Это я сейчас и наблюдаю, стоя у зеркала в ванной комнате.

Я уже говорил, что от отчима мне досталась царских размеров ванная комната. Но год назад Гурам все-таки продал свою квартиру и на вырученные деньги купил мне малогабаритную двушку. Я не привык сетовать на судьбу, тем более что огромная квартира мне была ни к чему. Хорошо еще, что все это случилось до августовского кризиса, а то все могло сложиться не так удачно. Я перевез свой нехитрый скарб в новое жилище, прихватив, естественно, брошенную Гурамом библиотеку и кое-какую мебель. Все равно дома я бывал мало, мотаясь по городам и весям и подтверждая поговорку, что скаута, как и волка, ноги кормят. Ноги, да еще глаза – добавил бы я. А с этим у меня все было в полном порядке. Непорядок начинался в другом месте, но думать об этом не хотелось…

Мне удалось осадить мысли, начавшие было свою круговерть, и сосредоточиться на делах.

План на сегодняшний день выглядел в моей голове следующим образом.

1. Напечатать отснятый в Краснодаре материал.

2. Сделать повторную рассылку новых лиц, не выбранных топовыми агентствами, в агентства второго эшелона.

3. Позвонить в новое недавно открытое московское агентство «Понтиум».

4. Созвониться с фотографами и представить им Машу Звездную и Татьяну Круглову.

5. Встретиться с главным редактором русского W.

6. Купить поесть.

7. Позвонить в несколько региональных агентств и постараться назначить кастинги.

Поездок сегодня практически не предвиделось. Мне так не хотелось окунаться в пышущую бензиновым перегаром Москву. Из моего окна, если смотреть параллельно подоконнику, виднелись три березки, словно переплетающиеся кронами в самом верху, и кусочек голубого неба. Как будто какой-то подмосковный городок типа Химок притулился за стенами типовой хрущевки, а не один из центральных районов столицы со всеми прелестями урбанизации и антропогенеза.

Есть было совершенно нечего, и я выскочил к метро раздобыть съестное в ближайшей палатке. Как всегда, мое внимание привлек книжный развал, устраиваемый для увеличения сбыта районным книготоргом. Здесь можно было найти и новомодные детективы, и советы садоводу-любителю, и неплохо оформленные книги для детей, и исследования, разбивающие в пух и прах все наши представления о ходе истории за последние сто лет. Табличка на брезентовом тенте, укрывавшем столы с книгами от непогоды, гласила: «Все книги по 10 рублей». Я подошел. Завтрак мог подождать. Я всегда внимательно относился к книгам. Прежде чем купить, если это что-то неизвестное, открывал в разных местах, пытаясь понять, захватит или нет, приятен ли шрифт, не раздражают ли с первых мгновений имена героев и даст ли мне что-то это чтиво. Сегодня на столиках наблюдалось перенасыщение литературой. Книги были разложены стопками. Обходя это великолепие по периметру и выискивая глазами привлекательные обложки и названия, я задержался в первую очередь у книги «О чем говорят наши имена» (мне всегда было это интересно, но руки не доходили). Я пролистал книгу и отложил в сторону. Посмотрю повнимательнее позже и решу, брать или нет. Затем потянулся к толстенной монографии «Сталин жив», лежащей поверх высокой стопки.

– Извините, это отложено… мною… – На меня смотрели нереальные глаза. Банально было бы сравнивать их с глазами дикой серны, но что-то животное в них присутствовало. Или космическое.

Дальнейший разговор подтвердил инопланетный смысл нашей встречи и неожиданного знакомства. Обладательница распахнутых глаз, греческого профиля и пушистых волос, затянутых на затылке в развевающийся ковыль, называла себя Селена.

– Елена? – предположил я, переспросив.

– Нет. Селена… Лунная, – пояснила она, глядя на меня ласково, как на недоумка.

Я перевел взгляд на стопку книг, отложенных моей новой знакомой:

– И это все для вас?

– А что? – Она шла в нападение, не задумываясь.

– Просто много. У вас есть время читать?

– Я умею читать быстро. Скорочтение. Слышали? – Она вновь насмешливо посмотрела на меня.

Я мог задохнуться, но выжил.

– Мне кажется, это профанация. Или суррогат. Читать надо вдумчиво, останавливаясь после особенно понравившихся мест, мысленно прокручивая их в памяти, откладывая книгу в сторону, смакуя, перечитывая заново, чтобы запомнить какие-то обороты и целые фразы. – Я сел на своего любимого конька.