Хозяин собаки - Брюс Кэмерон

– Послушай, что я скажу. Мы не можем противиться тому, что с нами случилось.

– Что? Ты разве не слышал меня? Ты этого хочешь – чтобы из всех мужчин племени именно Пэллок взял меня в жены? Чтобы я рожала ему детей? Ему, а не тебе?

– Конечно, нет, – огрызнулся Урс. – Все давно уже не так, как я хочу. Однако нельзя поступать, как нам вздумается. Ради блага всего племени.

Калли гневно сверкнула глазами.

– Это потому, что она красивая…

Урс дернулся, как от пощечины.

– Вот, значит, в чем дело, да? Белла на редкость красива. Ты клялся мне в любви – до того, как понял, что будешь спать с ней в одной постели, – желчно бросила Калли.

– Что ты такое говоришь? Разве ты не понимаешь? Я теперь ловчий. Харди не может дать мне совет, я не разбираю его слов и вынужден сам принимать решения. Мне надо думать об охоте, о том, где найти дичь. О браках всегда договаривались женщины. Я не могу вмешиваться в ваши дела!

Калли судорожно вздохнула, чувствуя глухую тоску. Как ни странно, слова Урса не стали для нее неожиданностью.

– Забавно получается, – пробормотала она. – Ты – старший ловчий, я – Старейшина. Кто бы стал перечить, если бы мы объявили о том, что хотим быть вместе? Достаточно одного нашего слова, и зимой моя мать подвела бы меня к твоему костру на радость всем Сородичам.

Урс наморщил лоб.

– Ты же говорила, что станешь Старейшиной через пять лет, – нерешительно протянул он.

– Урс, конечно, мы не можем поступить так прямо сейчас. Я просто… – Он не понимает, внезапно осознала Калли. И никогда не поймет. – Ты любишь меня? – вдруг спросила она.

Урс смутился.

– Да, – ответил он, – конечно. Но…

– Нет-нет, Урс, пожалуйста, помолчи. – Калли прижалась губами к его губам, продолжая горячо шептать: – Больше ничего не говори. Ты любишь меня.

– Да, но теперь все…

– Молчи, – попросила она и развязала узелок на набедренной повязке.

Урс смотрел на нее во все глаза.

На этот раз все было по-другому. Лежа на редкой жухлой траве, Калли крепко прижимала к себе Урса, задрожав, когда его губы коснулись ее груди. Потом она вспомнила, что через несколько недель его место займет Пэллок, который будет пялиться на нее своими рыбьими глазами. Она отогнала от себя эти мысли и со слезами на глазах глядела на Урса, всецело отдавшегося страсти.

И все-таки сейчас он мой, подумала Калли. Только мой.

Год девятнадцатый

Самым крупным и сильным щенком из помета была маленькая волчица, Волчишка. Ее братья уже успели почувствовать это, возясь и играя с ней на полу пещеры. Чаще всего они неуклюже наваливались на сестру, оскалив крохотные зубки, но тут же отпрыгивали, а потом все набрасывались на того, кто первым валился на спину. Щенки играли днями напролет, прерываясь только на сон и еду.

Человек был для них партнером по игре. Они не боялись его и даже не понимали, что он не член их стаи. Он жил в их логове и играл с ними – остальное волчат не интересовало.

Когда человек уходил, они продолжали резвиться друг с другом, кусаясь и царапаясь, но мать не трогали – при малейшей попытке волчат поиграть с нею, волчица угрожающе рычала и щелкала зубами, и щенки оставили ее в покое.

В той части пещеры, где тлели уголья костра, разведенного человеком, витали незнакомые запахи, проникавшие внутрь через расселину в стене. Щенки с любопытством посматривали на кусочек синего неба и дергали носами в ответ на дразнящие ароматы, доносившиеся снаружи.

Запахи внешнего мира проникали в логово и с другой стороны, просачиваясь между грудами камней. Щенки росли, и их манило все новое и неизвестное.

Однажды, когда человека не было в логове, а волчица задремала, щенки бросились к груде камней, закрывавшей выход наружу, и принялись ожесточенно рыть мягкую, податливую землю, отбрасывая носами мелкие камешки. Когда Волчишка начала работать лапками, братья впервые не стали ей мешать. Она трудилась, покуда не потеряла интерес к этому занятию, и тогда братья сменили ее. Поглядев, как под их лапками разлетаются в разные стороны комья земли, Волчишка ринулась помогать братьям.

Незнакомые запахи усиливались. Вскоре Волчишка просунула наружу носик и восхищенно зафыркала. Остальные волчата нетерпеливо заскулили. Наконец она отпрыгнула в сторону, и братья принялись рыть с двойной силой.

В тот день Волчишка поняла: братья будут во всем ей подчиняться.

И все-таки братья первыми протиснулись наружу, один за другим вылезая из темной пещеры под яркое солнце. Их сестра встревоженно попятилась от вырытого прохода. Ей хотелось последовать за братьями, однако что-то ее удерживало. Она нутром чувствовала, что исследовать мир за пределами логова нужно в сопровождении матери.

Она вспомнила о человеке, жалея, что его нет сейчас с ними, и заскулила, предчувствуя опасность. Нельзя выходить из логова.

В конце концов она протиснулась через вырытый проход и последовала за братьями.